Ни в мать ни в отца (СИ) - Волкова Дарья

Елисей перемерил уже с десяток футболок, и все не та, и все не так. И это Лесь, который обычно нацеплял на себя первое, что попалось под руку, а мог еще и на левую сторону, или задом наперед. А теперь — вертится перед зеркалом в прихожей. Лада почему-то вспомнила, как был всегда озабочен собственным внешним видом Арсений. Ей иногда казалось, что он перед зеркалом времени больше проводил, чем сама Лада. Что, получается, гены выстрелили?

Ой, нет, это она просто тоже перенервничала. Но снова вспомнилось, уже другое. Контрацептивный свитер Руслана. Вот кто вообще не заморачивается своим внешним видом, еще и специально может стараться выглядеть хуже, чем есть. А еще не звонит. И не пишет. Уже четыре дня. И от этого такая тоска.

Арсений оказался пунктуален, позвонил по телефону ровно в двенадцать. Позвонил Ладе, соблюдая договоренность.

— Елисей! — окликнула Лада сына. — Па… Арсений подъехал.

— Иду!

Она вышла проводить сына. Арсений держался… Ну, словом, придраться не к чему было. И машина у него новая. Не супер, но явно лучше, чем у самой Лады. И чем у Руслана. Тьфу, о чем она думает⁈

— Во сколько вернетесь? — Лада смотрела на то, как Арсений взял Леся за руку. И как сын не вырывает руку, хотя в последнее время за руку ходить не любил, постоянно вырывался.

— Ну, я думаю, часов в семь. Или восемь? Ты уроки сделал? — Арсений повернулся к Лесю.

— Да!

И не соврал. Под предлогом встречи с отцом Лада заставила сына сделать уроки в субботу, а не откладывать на самое последнее время, как это обычно бывало. Лесь из-за этой воскресной встречи был просто шелковый.

— Ну, тогда… — Арсений перевел взгляд на Ладу. — Тогда в восемь нормально же? Не поздно еще?

При всем желании придраться к поведению Арсения не получалось. И Лада молча кивнула. Так же молча поцеловала сына в щеку — дался, не дернулся. А потом долго смотрела сначала вслед отъезжающей машине, потом просто в створ между домами. Сейчас двенадцать. Она отпустила сына на восемь часов с человеком, которого не видела девять лет. Правильно ли сделала? Ладу грызло смутное беспокойство. Но Арсений вел себя безупречно. Может, Лада просто параноит? Она достала телефон.

— Мама, привет. Как у тебя дела?

— Все хорошо. Этот приехал?

— Да. Они поехали с Елисеем проводить время вместе.

— Вот зря ты мне не дала приехать!

— Не зря. Мам… А можно, я к тебе сейчас приеду?

Мама вздохнула.

— И ты еще спрашиваешь? Конечно, приезжай.

Этой дачей Руслана кто-то проклял, не иначе. Всю жизнь родители как-то обходились без дачи, и вот на старости лет деду приспичило. И бросился в это дело с энтузиазмом неофита. Впрочем, может, Руслану в его нынешнем состоянии это и к пользе. В садово-огородных работах Руслан решительно ничего не понимал, но послушно исполнял все поручения деда. Что-то таскал, что-то вскапывал, носил, пилил — и далее по списку. К вечеру упахался так, что ног под собой не чуял. А дед еще заявил, что в город не вернется, будет ночевать на даче. И Руся с дедом за компанию тоже собрался. Ну, может, и прав дед — на свежем воздухе пацану все же лучше, чем дома за компом. Да и в целом Руся демонстрирует поразительный энтузиазм, трется рядом, помогает, спрашивает. Правда, один раз поставил Руслана в тупик. Одним вопросом: «Папа, а можно в следующий раз с нами Елисей поедет? И тетя Лада?».

Да кто же их знает теперь! Руслан представил вот тут, на их участке, еще и Ладу с Елисеем. Представилось легко. Вряд ли с реализацией будет так же легко, как и с представлением.

В общем, уехал Руслан в город один. И это было так непривычно — войти в пустую квартиру. В которой до завтрашнего дня никого не будет. Он тут совсем один.

Еще недавно наличие постоянно кого-то в квартире Руслана бесило. В виду того, что у него нет нормальной возможности куда-то привести Ладу. Вот, теперь эта возможность есть. Целый вечер пропадает. И ночь. И пустая квартира. Ага, давай, позвони ей. Как думаешь, как далеко она тебя пошлет? К тому же, вряд ли Лада в принципе куда-то сорвется к нему, да еще останется у Руслана на ночь. Там же Елисей. Который завтра встречается со своим отцом.

Тьфу ты! Руслан открыл дверь ванной и на полную врубил горячую воду. Отмокнуть после трудов праведных в ванне и бахнуться спать. Отличный план.

Наутро дед с внуком объявили бунт. Когда Руслан позвонил, чтобы спросить, во сколько их забирать, дед заявил, что они останутся здесь еще на день.

— Бать, ты чего? Руське же завтра в школу!

— Я с соседом договорился. Напротив, помнишь, Рома? — Руслан напрочь не помнил никакого Ромы, но на всякий случай согласился. — Он завтра в шесть утра едет в город, нас завезет. Все успеем. Еда у нас есть.

— Ну и зачем такие сложности?

— Мне пастернак посадить надо.

— Это же композитор такой? — опешил Руслан. — Или писатель?

— Это такое растение, — отрезал дед. — Мне его Тамара дала. Знаешь, как в борщ хорошо? И вообще, Тома через неделю приедет. Надо подготовиться.

Зашибись. Так это у нас подготовка дачи к инспекторской проверке Тамары Сергеевны Гусевой?

— Ладно. Оставайтесь, — Руслан с трудом сдерживал раздражение. — Если что — звони.

— Да все будет в порядке, Руслан. Не переживай. Отдохни от нас.

На последнюю фразу Руслан отвечать не стал.

Он прошелся по пустой квартире. Заглянул в комнату деда и Руси, поворошил листы на столе. Комиксы, комиксы, комиксы… Круто, блин, нарисовано. Но как же непривычно пусто дома…

Руслан не находил себе места. Надо бы за продуктами съездить, но без деда это делать нельзя — потому что Руслан непременно купит не ту сметану и не тот сыр. От тоски Руслан запустил робот-пылесос — и вздрогнул от звонка телефона. А вдруг Лада⁈

Это оказался Серега.

— Русич, леща хочешь?

— Да за что?

— Андрюха привез. Вяленый. Вкусный. Закуска первостатейная.

— Андрюха же тренер.

— Ну, сегодня воскресенье. По воскресенья даже тренеру можно. Приходи, сообразим на троих.

— От таких предложений не отказываются.

— Вот за что ценю — за сообразительность. Давай, мухой. Ждем.

Нет, в этом, определенно, что-то было. Может, не так уж и плоха эта дача? В кои-то веки побыть предоставленным самому себе? Дед с Руськой там, на даче, а Руслан тут, с Серегой и Андрюхой, с вяленым лещом и взрослыми удовольствиями.

Хорошо-то как… Только как-то все равно не так. И когда братья вдвоем пошли за добавкой, а Руслан остался один, рука сама собой потянулась к телефону.

— Руся, ну что, как вы там?

— Хорошо! — бодро отрапортовал сын. — Дедушка пастернак посадил. И учил меня дрова колоть.

Дедушка научит, как же.

— Так, без меня к топору не прикасаться, понял? Я сам потом тебя научу.

— Понял, — согласился Руся. — Пап, а ты знаешь, что у Елисея сегодня эфир?

Руслан медленно отложил леща.

— Какой эфир?

— Прямой!

— Э-э-э-э-э… Это что-то про ваши комиксы?

— Нет! У них с папой эфир. Про семейную жизнь. Пап, а что такое коуч?

А если б Руслан знал! Что-то на современном.

— А при чем тут этот коуч?

— У Елисея папа коуч. И они вместе проводят эфир. Вот прямо сейчас. Я немножко посмотрел, а потом меня дедушка позвал.

Та-а-а-а-ак… Что там за неведома ху… зверушка происходит⁈

— Ссылку на эфир можешь прислать?

Руслан спросил и осекся. Не переоценивает ли он цифровую грамотность юного поколения?

— Сейчас пришлю.

Ни хрена не переоценил.

Серега с Андрюхой вернулись к тому моменту, когда Руслан уже успел подключиться к эфиру. И охренеть от увиденного.

— Эй, ты чего! — Серега звякнул пакетом о стол. — Давай, выключай шарманку, не для этого собрались.

— Еще рожа такая страшная, — заглянул ему через плечо Андрюха. — Была б девчонка симпатичная с распаковкой белья — дело другое.