Оставлять дочурку на ночь я пока не рискую — мала еще. А вот на день — вполне подходящий вариант. Утром привожу, вечером забираю. И мне удобно, и Миша счастлив. После аварии дети — его главная отдушина. Он прямо светится, когда они на пороге появляются.
— Вещи забрал, — сообщает Леня.
А затем помогает младшей сестре выбраться из машины, и мы все вместе устремляемся к крыльцу.
— А вот и мы! — кричу я, перешагивая порог молчаливого дома.
Нам навстречу выходит улыбающаяся Алевтина, Мишина сиделка. А следом показывается и он сам. В легких домашних трико и однотонной футболке. Бывший кажется слегка исхудавшим, но, несмотря на очевидные проблемы со здоровьем, держится молодцом: исправно бреется, выполняет рекомендации врачей и даже пытается удаленно управлять бизнесом.
— Папа! — дети бросаются в объятия к отцу.
Я же по-прежнему топчусь у двери, терпеливо дожидаясь момента, когда можно будет уйти.
— Может, зайдешь? — неожиданно предлагает Миша, переводя на меня взгляд.
— Зачем? — удивляюсь я.
Обычно я никогда не задерживаюсь у бывшего. Оставляю детей и отправляюсь по своим делам.
— Ну не знаю… — он заминается. — Поговорим, чаю выпьем…
Мои изумленно вздернутые брови ползут еще выше. Да что это на него нашло?
— Я вообще-то на автомойку собиралась… — озадаченно почесываю висок.
— Да брось, — настаивает. — Полчаса погоды не сделают.
Подумав, пожимаю плечами и скидываю туфли. Сегодня суббота. Дела, конечно, есть, но не сказать, что прям неотложные. Да и Аршавский на этих выходных уехал в Питер повидаться с сыном. Тот в этом году окончил школу и собирается поступать в институт. Так что Егор периодически наведывается в северную столицу, чтобы провести с ним время.
— Катя дома? — осведомляюсь я, вслед за Мишей направляясь в столовую.
— На массаж уехала, — без всяких эмоций отвечает он.
Я никак не комментирую услышанное, но внутреннее недоумение растет: как ни привезу детей к Мише, Катя постоянно отсутствует. То на фитнесе, то в салоне красоты, то в горы с подругами уехала. В общем, потрясающе занятая женщина.
Миша просит Алевтину поставить чайник, а детей отправляет в сад. Якобы для того, чтобы покормить уток. Но для меня очевидно, что это просто предлог. Похоже, бывший намерен пообщаться наедине.
Налив нам чай и расставив на столе угощения, Алевтина скрывается из вида. Я же обхватываю пальцами обжигающую чашку и делаю небольшой осторожный глоток. Первой начинать диалог не хочется. Отчего-то я не сомневаюсь: Мише есть, что сказать.
— Как дела вообще? — начинает он, неспешно размешивая сахара в напитке. — На работе какие новости?
— Все нормально. На прошлой неделе подписали контракт с крупной ювелирной сетью.
— Здорово. Ты руководишь проектом?
— Угу.
— Значит, опять в обойме?
— Ну, — усмехаюсь, — можно и так сказать.
Повисает пауза. Миша буравит меня немигающим взглядом, а я чувствую себя неуютно. Все же я уже отвыкла вот так запросто пить чай в компании бывшего мужа, будто и не было всех этих лет и испытаний. Будто мы по-прежнему что-то значим друг для друга…
— Я давно хотел признаться, — вздохнув, он вновь подает голос. — Я скучаю, Адель.
Отрываю взор от темно-коричневой поверхности чашки и фокусирую его на Мишином лице. Он кажется взволнованным и слегка покрасневшим. А еще смотрит так напряженно, так пытливо… Словно хочет пролезть в мою голову и прочесть мысли. Все до единой.
— Скучаешь? — переспрашиваю растерянно.
Я ожидала чего угодно, но только не этого.
— Да, — с жаром подтверждает он. — Скучаю по тебе. По детям. По нашей семье, которую мы по глупости потеряли…
— Мы потеряли ее не по глупости, — возражаю тихо, но твердо. — Это ты ушел, Миш. Ты оставил меня ради другой женщины.
Он кривится. Морщится как от зубной боли. Сокрушенно и с полным осознанием собственной вины.
А потом вдруг протягивает руки по столешнице и касается кончиков моих пальцев. Легко, почти неуловимо. Поглаживает подушечки и срывающимся шепотом добавляет:
— Я знаю, Адель. Я облажался. Но я осознал свои ошибки и очень хочу все вернуть!
Глава 52
Его признание звучит как гром среди ясного неба. Слишком внезапно. Слишком неожиданно.
И да, я солгу, если скажу, что не ждала этих слов. Что не жаждала их услышать.
Но то было раньше… Несколько лет назад. До встречи с Аршавским. До того, как я вновь обрела себя.
Кома, развод, годы реабилитации — испытания, выпавшие на мою долю, нанесли основательный удар и по психике, и по самооценке. Мне потребовалось немало времени, чтобы восстановиться. Чтобы вновь обрести смыслы и полюбить себя.
Сейчас моя жизнь ровно такая, о какой я и мечтала: здоровые дети, интересная и прибыльная работа, любимый мужчина рядом. И вот в чем ирония: теперь, когда у меня по-настоящему все хорошо, я больше не жду Мишиного раскаяния. Оно мне попросту не нужно.
Я счастлива и самодостаточна. Без него.
Все же права была Алиса Шер: мужчины всегда возвращаются. Причем именно тогда, когда в жизни наконец настал порядок и встретилась новая любовь.
Да, мужчины возвращаются. Но дважды в одну реку не войти.
Я грустно усмехаюсь и вынимаю свои пальцы из Мишиных ладоней. Когда-то до дрожи любимых. Ну а ныне — абсолютно чужих.
Подпираю кулаком щеку и делаю очередной глоток чая. Жасмин и мята. Вкусное сочетание. Все же бывшему чертовский повезло с сиделкой. А вот с новой женой — не повезло. И, похоже, он уже и сам это понял.
— Знаешь, а я ведь знала, что так случится, — говорю, помолчав. — Точнее даже так: не знала, но в глубине души надеялась, что рано или поздно ты все осознаешь.
— Правда? — Миша оживляется, неверно истолковав мои слова. — Значит, ты тоже тоскуешь, Адель? Тоже не забыла?
В его взгляде искрится надежда, но я лишь поджимаю губы и качаю головой:
— Раньше тосковала. А теперь… Теперь все уже иначе, Миш.
— Я знаю, я упустил время, — выдыхает он. — Непростительно много времени! Но, поверь, если ты захочешь, если дашь мне второй шанс, мы все наверстаем, Адель! Все-все вернем!
— А как же Катя? — спрашиваю я.
Не потому, что всерьез отнеслась к его обещаниям, нет… А больше из любопытства. Простого человеческого любопытства, которое свойственно каждому из нас.
— Да что Катя… — Миша произносит имя супруги с неприязнью, почти с ненавистью. — Эгоистка она! Причем неисправимая! Пока я был на коне, все лебезила передо мной… В рот заглядывала… А как беда — так она сразу переобулась. И речи льстивые закончились, и взгляды томные… В общем, лохонулся я, Адель. Клюнул на то, чего никогда не было. А теперь пелена с глаз с спала, и я все осознал. Каким был идиотом, как сильно тебя обидел…
Он вновь порывается схватить меня за руку, но я не позволяю ему этого сделать.
— Мне жаль, что все так вышло, Миш, — говорю, пристально глядя ему в глаза. — Жаль, что ты ошибся и разочаровался в своем выборе, но я не могу быть твоим спасательным кругом. Больше не могу.
— Ну да, конечно. Закон бумеранга, — горько усмехнувшись, он роняет голову на грудь. — Когда-то я отказался от тебя в тяжелый период, и теперь получаю по заслугам.
— Дело не в бумеранге. А в том, что я больше тебя не люблю.
Я произношу это спокойно. Без какой-либо агрессии и желания уколоть. Просто констатирую факт, который в последнее время стал очевидным.
Я больше не люблю бывшего мужа.
Не страдаю по нему.
Не хочу вернуть былое и не вспоминаю то, как мы раньше жили. Точнее вспоминаю, но лишь в контексте светлой грусти и благодарности за двух замечательных детей.
— У тебя кто-то есть? — лицо Миши перекошено мукой.
— Да, — я не вижу смысла скрывать свои отношения. — Я встречаюсь с одним человеком.
— Этот тот мужик с работы?
— Откуда ты знаешь?
— Ленька как-то упоминал, что один твой коллега периодически захаживает к вам в гости. Я уже тогда подумал, что это неспроста.
