После измены. Сохрани наш брак (СИ) - Райр Кара

Все. Наигралась. И с этим тоже пора заканчивать.

И с Завьяловым — тем более.

Потому что там тоже уже начиналась какая-то скользкая дорожка. Пока еще ничего не произошло, но я же не дура. Я видела, как смотрю на него. Видела, как ловлю себя на мысли о нем. Видела, как внутри что-то шевелится, когда он рядом.

И от этого мне стало даже не стыдно.. а неприятно. Потому что я была не свободной женщиной, которая встретила интересного мужчину. Я была женой, которая зависла в своем браке между обидой и надеждой. А такие истории никогда не заканчиваются счастливым концом.

В итоге у меня просто будет с руинах и старое и новое… и в довесок разбитое сердце.

Я легла, уткнулась в подушку, потом перевернулась на спину и уставилась в потолок. В голове полезли совсем другие мысли.

Про дочку. Про внучку. Они скоро должны были вернуться с отдыха, и вдруг мне до боли захотелось их увидеть. Забрать внучку к себе, повозиться с ней, послушать ее болтовню, накормить, уложить, просто побыть рядом.

Последние недели я совсем выпала из семьи. Часто раньше помогала, а сейчас я даже не заметила, как сама от них отдалилась. Нет. Так не пойдет. Надо собираться. Надо возвращаться в свою жизнь, а не болтаться между прокурором, изменщиком-мужем.

Качелям скажем — НЕТ!

Я повернула голову на пустую половину кровати и сжала челюсть. Андрей даже не вспоминал про них.. про нашу семью не только в формате нас сдвоих.

Про меня ладно. Мы взрослые. Мы можем злиться, молчать, ломать друг друга. Но когда мужчина выпадает не только из брака, а вообще из семьи, из дочери, из внучки, из дома… это уже вообще не прикол.

И сколько бы я ни пыталась оправдать его усталостью, кризисом, работой, возрастом, всем этим мужским бредом, суть не менялась. Он ушел.

Пока еще не официально, но ушел.

Просто сделал это трусливо, кусками.

На часах было почти три ночи. Я посмотрела на экран, потом снова на дверь спальни, будто он вот-вот зайдет. Не зашел. Я усмехнулась, натянула на себя плед и закрыла глаза.

– Все, что не делается, все к лучшему, – пробормотала я в темноту и сама же мысленно фыркнула.

Дурацкая фраза. Но сейчас мне надо было хоть за что-то зацепиться.

Я включила какую-то мелодраму для фона, отвернулась к стене и наконец заставила себя не думать о нем.

Ни об Андрее. Ни о Завьялове. Ни о том, что будет дальше.

Завтра новый день. Работа. Дело. Отдел.

И пора уже прекращать весь этот бардак.

Глава 51

Алла

Утром я приехала в отдел раньше всех. Специально.

Не потому что у меня вдруг проснулась дисциплина образцового сотрудника, а потому что мне надо было собрать себя в кучу до того, как в коридоре снова мелькнет высокий силуэт в дорогом пальто и с этой его понимающей ухмылкой, от которой у меня в последние дни в голове начинался бардак.

Я поднялась на свой этаж, кивнула дежурному, открыла кабинет и сразу включилась в работу.

Папки, протоколы, распечатки, фото с места, опросы соседей, схема дома, тайник за книгами, записка, которую мы нашли.

Все лежало передо мной, и я с жадностью вцепилась в это дело, потому что оно хотя было….

Оно не просто так на моем пути появилось. Для чего-то уж точно. И наверняка, чтобы меня отвлечь, а не чтобы я перед Русланом задом вертела.

А вот тут…

Улики не флиртуют. Бумаги не смотрят тебе в глаза. Протокол не заставляет вспоминать чужие слова, чужую ухмылку и этот дурацкий вопрос про имя.

Только про запятушки напоминает, черт его дери.

Я поймала себя на этой мысли и зло захлопнула папку.

Все.

Хватит.

Вчера я все для себя решила. Никаких игр. Никаких полунамеков. Никаких лишних разговоров.

Руслан Завьялов — проверяющий прокурор.

Я — сотрудник отдела.

На этом все.

Так должно было быть с самого начала. И если я сама сейчас не поставлю между нами точку на этом этапе, потом же сама и буду разгребать.

К девяти отдел уже зашумел. Пошли ребята, заскрипели двери, кто-то притащил кофе, кто-то ругался на принтер, у следаков началась обычная утренняя возня. Сейчас начнется беготня на перкур.

Я уже сидела за столом с распущенными по листам заметками и делала вид, что меня в принципе не существует нигде, кроме материалов дела.

Когда в дверях кабинета мелькнул он, я даже не сразу подняла голову.

Хотя, конечно, почувствовала.

Еще до того, как увидела.

— Доброе утро, товарищ Беркевич, — протянул он с той самой интонацией, где на поверхности вежливость, а под ней издевка.

Тоже решил меня по имени не звать?

Клоун.

Я подняла глаза, встретилась с ним взглядом и намеренно выдержала паузу.

— Доброе утро, Руслан Валерьевич, — ответила я сухо и тут же опустила взгляд в бумаги.

Без улыбки и без вчерашней легкости.

Но Руслан не ушел.

Остался стоять у стола, сунув руки в карманы, и я буквально кожей ощущала, как он рассматривает меня.

Не как прокурор материалы, а как мужчина женщину, которая вдруг решила захлопнуть дверь у него перед носом.

Стеклянную дверь.

— Уже работаете? — спросил он.

— Представьте себе, — отрезала я, делая пометку в протоколе. — У нас здесь так принято.

Он усмехнулся.

— Я, видимо, чем-то провинился, — наконец выдал он. — У вас сегодня настроение особенно гостеприимное.

Я подняла голову снова и посмотрела прямо.

— У меня рабочее настроение, Руслан Валерьевич. Рекомендую и вам его придерживаться. Если будет необходимо все бумаги и новости передам позже, как только закончу. Сможете проверить их.

Вот тсейчась он уже не усмехнулся.

На лице ничего не дрогнуло, но глаза стали другими.

Он понял.

Не дурак.

Слишком не дурак.

— Принял, — коротко кивнул он. — Тогда поработаем.

Он развернулся, но через пару шагов остановился, снова посмотрел на меня через плечо и добавил уже без шуток:

— Записку поедем поднимать по линии контактов. Через двадцать минут будьте готовы.

— Буду, — ответила я и даже не пошевелилась.

ЧЕРТ.

Он вышел, а я еще несколько секунд сидела, глядя в одну точку.

Внутри неприятно сжалось, и меня это разозлило еще сильнее.

Ну вот и прекрасно.

Значит, заметил.

Значит, понял.

Значит, дальше будет держать дистанцию сам.

И так правильно.

Так надо.

Я повторила это себе несколько раз, взяла телефон, хотела убрать его в ящик стола, чтобы не отвлекал, но экран вдруг вспыхнул входящим вызовом.

На дисплее высветилось…

Андрей.

Глава 52

Алла

День был бешеный.

Я вышла из отдела с таким ощущением, будто внутри у меня все стянулось в один тугой узел.

После звонка Андрея руки дрожали так, что я даже не сразу убрала телефон в сумку. Несколько секунд просто стояла в коридоре, смотрела в окно на серый двор, на машины, на людей в форме, которые куда-то шли, разговаривали, жили свой обычный день, а у меня в этот момент словно снова раскололось все, что я только утром пыталась собрать по кускам. Он позвонил. Сам.

Не написал сухое сообщение, не скинул дежурную фразу, не исчез, как делал это последние недели. Позвонил и сказал, что хочет поговорить. НОРМАЛЬНО МОЛ. Последний раз, если я захочу. И именно это слово — «нормально» — бесило.

Потому что, господи, нам и правда так не хватало простого человеческого разговора. Без этой гадкой войны. Без взаимных уколов. Без молчаливой злобы, которая уже въелась в стены нашего дома.

Я ехала в ресторан, куда он меня пригласил и все время думала только об одном: зачем я вообще согласилась?

Чтобы снова услышать ложь? Чтобы снова посмотреть в лицо человеку, которого люблю и одновременно не узнаю? Или потому что, как бы я ни старалась изображать из себя сильную и гордую, внутри меня до сих пор жила та женщина, которая двадцать лет была рядом с ним, просыпалась рядом с ним, ждала его с работы, ругалась с ним, мирилась, рожала от него, строила с ним дом, жизнь, семью, и просто взять и вычеркнуть это все одним росчерком злости у меня не получалось. Не могло получиться.