Только фиктивно, мажор - Матвеева Инна

И почему Илья не въезжает в ворота универа?

— И тебе советую, — бросает небрежно. — Мы в одной связке теперь, и раз уж вписались в это, лажать не должны. Возле моей машины вечно кто-то трётся. Так что это идеальный вариант: припарковаться и поцеловаться. Через пять минут об этом будет знать весь универ, но в то же время это будет как бы наедине. Как будто мы не хотели, чтобы нас видели.

Киваю, потому что не в силах выдавить ни слова. Конечно, надо было быть готовой к таким поворотам, но я какого-то чёрта даже думать об этом как будто не решалась. Отгоняла от себя мысли о любой взаимодействии с Ильёй, даже зная, что оно неизбежно.

— Тогда будь к этому готова, — Илья снова берётся за руль.

Но прежде чем заехать в ворота универа, смотрит на меня. И такое ощущение, что взгляд у него сейчас темнее, чем обычно. Не такой холодный... Но и не сказать, чтобы горячий. Скорее изучающий. Чуть задумчивый... И глубокий какой-то, до непривычности.

Ни понять ничего, ни сообразить, ни подготовиться не успеваю — вот мы уже въезжаем на территорию универа. И да, во дворе то и дело мелькают фигуры студентов. Я их не знаю, но с вероятностью сто процентов они узнают машину. Про Илью Золотова в курсе даже абитуриенты этого университета. Не удивлюсь, если и преподы шушукаются о нём.

Боже, во что я ввязалась...

Унять бы бешено колотящееся сердце. Это всего лишь игра. Всего лишь спектакль для чужих глаз. Я должна помнить об этом.

Должна.

Но грудь чуть не разрывается от ударов сердца, когда Илья всё-таки тормозит машину и разворачивается ко мне. Первый же порыв — вырваться, выйти из машины, и пошло всё к чёрту... Ну не готова я целоваться сейчас!

Мужская рука зарывается мне в волосы, надавливая на затылок. Вздрагиваю и закрываю глаза, силясь расслабиться. Это же просто чмок будет? Илья говорил, что сам не горит желанием переусердствовать. Я помню, это было, и если что, напомню ему...

И вообще, мы можем только делать вид, что целуемся, а не на самом деле. Может, Золотов тоже пришёл к этим выводам сейчас? А то я не чувствую его губ на своих. Только что он чертовски близко... Неровное горячее дыхание его чувствую, руку в волосах. И, кажется, взгляд. Илья так и не закрыл глаза?..

Не успеваю открыть свои и проверить. Или даже прошептать, что да, лучше вот так имитировать поцелуи, потому что со стороны наверняка выглядит так, будто мы целуемся. Потому что в момент, когда я более-менее свыкаюсь со своим положением и прихожу в себя, губы Ильи касаются моих. Прямо-таки обжигают. Кажется, я снова вздрагиваю, и на этот раз куда более крупно — Золотов сто процентов улавливает.

На это он фиксирует ладонью мой затылок так, что вырваться мне без шансов. Подмечаю это скорее где-то в отголосках подсознания, пока силюсь хоть как-то ладить с реальностью. Горячие губы мажора двигаются по моим, чуть сминают, посасывают верхнюю. Меня простреливает буквально от каждого его действия. Толком не отвечаю и не сопротивляюсь, но не похоже, что это как-то влияет на Илью. Он вот явно намерен вложиться по-полной. Уж не знаю, во всём вот так по-максимум действует, или всё-таки пользуется моментом... В конце концов, я когда-то ему нравилась.

И сейчас, когда его язык очень даже жадно проскальзывает в мой мимолётно открывшийся рот, возникает настойчивое ощущение, что симпатия Золотова не то чтобы в прошлом. У меня, кончено, нет опыта в поцелуях... Но слишком уж обдаёт волнами жанра, а ещё каждой клеточкой улавливаю только нарастающее желание Ильи.

Машинально чуть дёргаюсь назад, когда это ощущение переполнять начинает. Настолько, что даже напрягает.

— Это что, твой первый поцелуй? — шепчет мне в губы Илья, и на этот раз его голос не звучит привычно невозмутимо. Какие-то другие нотки там... — Вообще-то ты мне отвечать должна. Считай это репетицией для публики. Деревянную тебя сразу считают.

Жар ещё настойчивее приливает мне к лицу от этих слов мажора, которые словно вибрацией мне по телу раздаются, приятно щекоча губы. Вот только смысл сказанного...

Вообще-то да, это мой первый поцелуй. Так уж получилось. В девятнадцать, ага. Ну что я могу поделать, если до этого возраста никакой парень не вызывал во мне ничего? Не целоваться же с первым попавшимся. У меня даже интереса к этому не было.

Я и сейчас с трудом верю, что иду на такой шаг...

— Просто... — начинаю, даже не зная, что собираясь сказать.

Но в любом случае не успеваю: похоже, Илья решает, что не стоит меня слушать. Снова целует меня, на этот раз сразу с напором, до боли сжимая мне волосы, тиская ещё и свободной рукой. Буквально обрушивает на меня такую волну нетерпения, что тело снова пробирает дрожь. Но на этот раз не от неожиданности... От отклика странного и внезапного. Эта дикая жадность Золотова чуть ли не заразительна м иначе как объяснить, что начинаю шевелить языком в ответ? Причём сознаю это даже не сразу, как не в себе действую.

И... кажется, я всерьёз увлекаюсь. Мне вдруг не хочется останавливаться, и осознание этого застигает врасплох. Мне не может быть приятно и не по себе одновременно! Это странно. Тем более, с непредсказуемым и обычно холодным мажором, по которому и без того страдает немало девчонок нашего универа. Не стоит пополнять их ряды.

Я и не буду!

Золотов тискает меня периодически с таким энтузиазмом, что наверняка на нежней коже останутся следы. Но мне почему-то нет до этого дела. Единственное, что волнует меня где-то глубоко-глубоко в подсознании, скрытом волной новых ощущений — может, мне стоит самой остановить распалившегося мажора? Или он всё-таки контролирует ситуацию?

За меня решает мой же телефон. Неожиданно так звонит. Илья тут же отпускает меня, будто не целовал только что так, будто это важнее всего. А я толком в себя прийти не успеваю, только и достаю гаджет из кармана лёгкой курточки. Мама... Надо будет перезвонить. Вдруг по папе новости.

Эта мысль напоминает о главном. Перевожу взгляд на Илью и вижу, что он уже спокойно выходит из машины. Так ничего и не сказав. Ну правильно, сыграл роль, чего теперь ждать...

Сыграл. Да, скорее всего, это была просто игра. А мне по неопытности показалось, что Золотов слишком увлёкся... Пфф, из нас двоих он куда быстрее пришёл в себя. Ему словно и нужды не было это делать.

Выхожу следом. Что ж, игра начинается...

Глава 3. Аврора

Я, конечно, готовила себя к тому, что новость о наших с Ильёй «отношениях» вот-вот разлетится по универу, и я стану всем заметна. Но, честно говоря, не ожидала, что настолько быстро это произойдёт. Прям частота разгорающегося лесного пожара какая-то, и это слегка напрягает. Очень ощутимо окунает в понимание, с кем я всё-таки связалась. Всё, что связано с Золотовым — сенсация для большинства обычных людей, к которым ведь отношусь и я.

Пока мы шли от парковки до универа, обсуждая, у кого какие пары и где встретимся после занятий, было проще. Да, чувствовались взгляды, я даже как будто фразочки отдельные с оценкой меня ухватывала чьи-то — но в целом терпимо было.

Но вот уже большая перемена, и Илья встречает меня возле моей аудитории, чтобы отвезти пообедать в ресторан. И для копивших любопытство однокурсников и прочих, до кого только доносились разговоры о нас, это становится поворотным моментом.

Мы с Ильёй идём к его машине, и я не могу не подмечать, насколько это вызывает внимание буквально у каждого. А мажор ведёт себя так, словно привык к этому и даже не ощущает. Кажется, одно только его присутствие прочерчивает невидимую границу между ним и остальными, потому все разговоры и взгляды достаются мне. Так и хочется ускорить шаг или затеряться среди таких же, как я.

Но нельзя... На кону слишком многое. Мама в том своём звонке сказала, что наш адвокат предлагает пойти на сделку с признанием вины. Так себе звоночек...

Да и не только в папе дело. В этой связке фиктивных отношений я уже не одна, и подставлять по каким бы то ни было причинам доброго ко мне Илью не тянет.