— Эту победу я посвящаю своей жене Анастасии. Я тебя очень сильно люблю.
И всё, моя платина снова рухнула.
Зачем он так? На весь мир... Так не говорят, когда брак фиктивный.
— Настя, ты почему сидишь в темноте на кухне в такое время? — включает мама свет и сразу же замечает мои слёзы. Я блокирую экран телефона и вытираю слёзы.
— Мелодраму смотрела, вот и плачу, — вру я.
— Анастасия Сергеевна, эти сказки кому-то другому рассказывай. А я твоя мать. Знаю тебя всю твою жизнь. Я и так долго не вмешивалась. Но пора. Откуда деньги на это всё?
— Мама, я не могу пока тебе всего рассказать. Но я расскажу, позже. Когда вернёмся домой.
Я подхожу к ней ближе и просто обнимаю. Я не хочу от неё ничего скрывать. Просто сейчас у меня нет сил всё это рассказать. Потому что снова будет больно. А я устала от боли. Я хочу счастья. Обычного. Человеческого. Женского. И счастье — это вовсе не платье за несколько тысяч долларов. Это не крутая машина из салона. Это простые объятья любимого человека. Вот мама меня обнимает, мне легче. Но этого уже недостаточно.
— Ладно, конспиратор. Пойдём спать. Я так понимаю, завтра ты снова куда-то идёшь, но не скажешь куда и с кем. Надеюсь, это не экспорт, — я не вижу, но чувствую, как мама улыбается. Она знает, что её дочь ни за что на такое бы не пошла. Хотя... Чем фиктивный брак лучше?!
°Назар° «Я через час буду дома. Тебя где забрать?»
Прилетает от него смс, как только я приняла душ. Мы только вернулись с прогулки. Маше нельзя чрезмерная активность, но подышать свежим воздухом никто не запрещал. Рядом парк, и мы просто кормили голубей и ели сладкую вату, которую она обожает. Она быстро идёт на поправку. И если бы не шрам, который будет заживать дольше всего и за ним нужно наблюдать, то мы бы могли вернуться домой.
°Настя° «Я сама доберусь. Буду тоже где-то через час.»
Все купленные вещи я отвезла на квартиру, так как понимала, что выезжать мы будем оттуда.
— Машенька, солнце, как ты себя чувствуешь?
— Тс-с, — прикладывает мама палец к своим губам. — Она только уснула.
Я подхожу ближе и касаюсь губами щеки дочери. Они тёплые и такие притягательные. Хочется залезть к ней под одеяло и, укутавшись с головой, просто поспать с дочерью рядом. Дышать её запахом и уже не бояться. Потому что я её спасла. Она будет жить. Обязательно долго и счастливо. И пусть её отец не в курсе, но он тоже её спасал. Благодаря его переводам, наша дочь будет жить.
Но я не могу тут остаться сейчас. Мне предстоит завершить одно дело. Давно начатое. Тогда я трусливо сбежала. Сейчас я посмотрю ему в глаза и верну долг. Чтобы жить дальше, я должна закрыть и этот гештальт.
Глава 44. Анастасия
Я открываю дверь в надежде, что Назар ещё не приехал. Вот только прямо в коридоре валяется его большая спортивная сумка и куртка, которую, видимо, он тоже кинул на пол. Я аккуратно её поднимаю, и, пока он не видит, прижимаю её ближе к себе и вдыхаю аромат.
Как думаете, у любви есть запах?
Потому что я сейчас отчётливо слышу его. Дав себе пару секунд, я закрываю глаза и дышу. Тепло по телу разливается, и хочется улыбаться. Это секундное помешательство. Оно сейчас пройдёт... Вот-вот пройдёт. Но не проходит. Потому мне приходится силой оторвать её от себя и заставить себя идти вперёд.
Сегодня меня ждёт тяжёлое испытание, и любовь — это не то чувство, которое должно меня сопровождать. Ненависть — мой эликсир сил на сегодня. Её хватит для всех.
На кухне Назара нет, поэтому я иду в спальню. Зря. Ох, как зря.
Дёмa как раз выходит из ванной. Чёрт возьми. Голым, мать его. Вон до чего довёл меня. Матерюсь, хоть и про себя. Ужас!
— Назар, — кричу я и резко отворачиваюсь. — Тебя не учили одеваться?
— О, привет, любимая, — хмыкает он, и я слышу, как приближается ко мне. Звук этих шагов в такт с моим сердцем работает. Ужас какой. — Я же у себя дома, зачем мне одеваться?
— Потому что тут есть ещё я, вообще-то, — привожу единственный аргумент.
— Так ты моя жена. Что ты там не видела, — его дыхание обжигает кожу лица. А губы — слишком близко к моему уху. Тело моментально реагирует. Да и сердце несётся в унисон.
Его руки фиксируются на моей талии, и он тесно ко мне прижимается. Кожа его мокрая, но мне почему-то от неё жарко. Боже, как выстоять? Мне нельзя сейчас расслабляться. Ни за что!
Оттолкнув его спиной, я резко поворачиваюсь. Блин, вцепившись взглядом в его лицо, замечаю изменения. Это всё последствия боя. Боже, у меня пальцы подрагивают от желания коснуться.
Помимо разбитой брови, ещё синяк под глазом появился. Боже, это же как ему больно было. Я не могу перестать рассматривать его лицо. И меня сейчас даже не смущает то, что он голый стоит передо мной. И не только он стоит... Между ног явное увеличение размеров.
Щёки краснеют, руки потеют, во рту собирается слюна в большом количестве. И я отчего-то теряю связь с предыдущими мыслями о его ранах. Наоборот, я допускаю губительную ошибку. Я вспоминаю, как стояла перед ним на коленях и трогала его член губами.
— Ой, мамочки, — говорю вслух и машу головой в стороны, прогоняя это воспоминание. Что на тебя нашло, Настя? Думай о мести. О мести, чёрт возьми!
— А поцелуй мужу положен за победу?
— Какой ещё поцелуй? Ты охренел, Демченко? — нахожу в себе силы возмутиться. — У нас фиктивный брак, не забывай.
— Ничего не знаю. Брачная ночь была настоящая. А значит, и брак тоже.
— Не мечтай, — резко разворачиваюсь и собираюсь уйти, но Назар ловит меня за руку и возвращает назад в свои объятия.
— Насть, я люблю тебя. Ну как ты не понимаешь?
— Любишь, значит. Да?
— Да, — в глаза смотрит.
— А одной любви мало, Демченко. Я тоже тебя любила в прошлом. Забыл? Ах да. Я же с другом твоим за деньги переспала. Да? — он молчит, но его черты лица напрягаются, и даже зубы скрипеть начинают. Злится мой муж. Злится. А сделать ничего не может. — Так вот, Назар, одной любви мало.
— А что нужно? Я хочу всё исправить.
— Нельзя исправить прошлое. Понимаешь? Есть такие вещи, которые возврату и обмену не подлежат. Прошу, отпусти, мне надо в душ и собираться. Не хочу опоздать на помолвку.
— Зачем мы туда идём? — убрав руки и повернувшись к окну лицом, спрашивает.
— Это секрет. Скоро узнаешь.
Через полчаса мы уже выходили из подъезда дома. Назар был одет в красивый костюм, а я — в вечернее платье. Вместе мы смотрелись гармонично. Откуда я знаю это?
Потому что муж перед выходом стал за моей спиной и, посмотрев в зеркало, сам это озвучил. А ещё он надел мне на шею красивое колье с драгоценными камнями. Металл был холодный, но обжигал всё равно. Как и голодный взгляд Назара.
Мы ехали в машине мужа и молчали. Ему хотелось говорить, я видела это. Но, в отличие от него, мне нужна была тишина. Я должна была собраться и подготовиться.
Страшно ли мне?
Безумно. Я иду в логово зверя намеренно. Но смелости это не придаёт. Даниил Ахматов — влиятельный парень с огромными преступными связями. И даже Назар не взлетает против него. Семью Даниила знает весь город. Их боятся и уважают. А я собираюсь высказать ему в лицо, какой он отвратительный человек.
— Насть, ты уверена, что хочешь туда идти? — Назар останавливает машину у входа в элитный ресторан.
— Да, хочу, — почти дрожащим голосом говорю. На самом деле я не хочу тут быть. Не хочу говорить и видеть Даниила Ахматова. Но я должна ему кое-что вернуть. А значит, бежать нет смысла.
Мы выходим из машины, и я сразу замечаю Алёну. Она стоит у входа и нервно перепрыгивает с одной ноги на другую. Что ж, подруга у меня огонь. Сказала, что одну с этим монстром (это о Данииле говорила) не оставит. И да, ей плевать, что нет приглашения. Она сюда не есть пришла. Хотя платье всё-таки надела. Вчера она сказала, что и в спортивном костюме сюда бы пришла, но так сразу спалилась бы. Приходится слиться с толпой.
