Правда, морщинки мелкие вокруг глаз повылезали.
Но… ведь это счастья?
Потому что я все время улыбаюсь, как дурочка.
Искупавшись, надеваю новое белье, так как что вариантов больше не имею, снова кружусь в зеркале на стене, мысленно благодаря любимый пилатес за гибкость и плавность линий, и в предвкушении выхожу из ванной комнаты.
Как Золушка после полуночи.
- Илья… - зову ласково.
Осматриваю голые пятки, ослабленные в поясе джинсы и мерно вздымающуюся грудь.
Сам Александров не двигается.
Опустившись на постель, улыбаюсь.
Так ждал, что уснул, бедный.
С любовью рассматриваю выразительные черты лица и темные волосы.
- Заводится с пол-оборота, - ворчу тихонько. - Вранье какое… Глохнет так же быстро.
Смеюсь своим мыслям и, счастливо вздохнув, опускаюсь на каменное плечо.
Лежать вот так… В красной комнате, со своей первой любовью, отбрехавшись от всех детей, внуков, собак и должностей, - это роскошь, наверное.
Роскошь, которая обычно не ценится.
- Лелька…. Ты уже вернулась? - мужская грудь подо мной начинает ходить, как тектонические плиты при землетрясении.
Илья поворачивается и сгребает меня в свои сильные руки, но не просыпается ни на секунду.
- Вернулась. Спи уже, - я целую теплое предплечье, и сама устало прикрываю глаза.
Правда, всего через несколько минут начинается такой храп, что меня до печенки пробирает.
- Хр…р… Хр…р… Хр... р
Я ворочаюсь, пытаюсь сдвинуть с места Илью - но все бесполезно.
Потом вскакиваю и вспоминаю про оригинальные прищепки, лежащие на столе. Сдвинув скатерть, игнорирую остальной срам, беру одну.
- Хр…р… Хр…р… Хр... р
Щедро полив антисептиком и высушив, с любовью зажимаю Александрову нос.
Прислушиваюсь.
Тишина…
Ах… вот они для чего?
С чувством выполненного долга ложусь обратно.
Все-таки хорошая гостиница, думаю перед тем, как заснуть. Надо будет девчонкам на работе посоветовать…
Глава 46. Ольга
«Хочешь сделать человека счастливым?
Отними у него самое дорогое, что есть, а потом верни…»
На пятом десятке наконец-то понимаю смысл этой фразы, потому что снова чувствую себя невероятно счастливой женщиной.
Сказка. Ведь мы проводим чудесные, наполненные близостью и заботой друг о друге выходные. Вдали от родни.
А потом врываемся в обычную жизнь, но разве можно сказать, что она теперь обычная? Когда просыпаясь каждое утро, знаешь, что где-то в городе есть человек, храп которого ты с серьезным выражением лица купировала зажимами для сосков? Разве можно?
Кстати, их истинное назначение Александров продемонстрировал мне тем же утром. И потом… еще кое-чего из набора непотребств на столе. От этих фривольных воспоминаний, посещающих меня то на городском совещании в кабинете мэра, то в супермаркете у витрины, мои щеки неизменно горят, а внизу живота разливается что-то вязкое и густое.
Хотелось бы, конечно, повторить, но жизнь бьет ключом. Прямо по голове, потому как я отправляюсь в область, чтобы довести до ума реабилитационный центр, а Илью командируют на обязательные сборы.
Первая встреча происходит в аккурат перед семейным вечером.
Мы оба паркуемся у дома нашего сына.
Илья спешит поскорее открыть водительскую дверь «Тигуана», а я думаю, что надевать тесную кожаную юбку-карандаш было слишком опрометчиво. И то, как винный цвет идет моим бедрам - вовсе не оправдание.
Правда, видя, как бурно реагирует на них Александров, оставляю эти скромные мысли.
В конце концов, стилизовать кожу под дресс-код муниципального должностного лица сложновато, а вещь и правда мне понравилась.
Куда как не на семейный праздник ее выгулять?
Тем более, я уравновесила энергию женщины-кошки уютным белым свитером тончайшей воздушной вязки.
- Шикарно, Лель! - Илья крутит мою руку, за которой я верчусь юлой. - Может, ну их… эти праздники… - поглядывает на дом. - … и в отель?
- Какой еще отель, Илюш? - улыбаюсь счастливо, прикладывая вторую ладонь к мощной груди и вдыхая пары терпкого мужского парфюма.
- Ну тот, что «сорок плюс» ночью и «восемнадцать плюс» днем… - иронично приподнимает брови мой храпун.
Я по-девичьи хихикаю, забираю с заднего сиденья пакеты с ленивым пирогом на кефире и хачапури, которые сообразила на скорую руку дома, и передаю все Илье, заостряя внимание на его внешнем виде.
Он ведь просто одевается, без претензий на моду или стиль, но, благодаря высокому росту и широким плечам, всегда выглядит представительно. Как и сегодня - в обычных синих джинсах и черном полувере с v-образным вырезом под кожаной курткой.
- У тебя новая обувь? - обращаю внимание на классические черные туфли с короткой шнуровкой. Видно, что недешевые.
- Поддался чарам нашей с тобой дочери, - Илья галантно пропускает меня вперед. - Да и подумал, что такой женщине, как моя Чума, надо начинать соответствовать. Не в старых драндулетах же мне к тебе на завтрак, плавно перетекающий в следующий завтрак, напрашиваться.
- Скажешь тоже, Илья… - флиртую, поправляю прическу и смотрю на него с обожанием.
Не знаю, как я собралась скрывать наши отношения от семьи, потому что мы уж слишком очевидно… снова влюблены.
Правда, оказывается Полина все предусмотрела.
В доме пахнет чем-то кислым, напоминающим «Оливье» третьего января.
- Оля! - слышу уж больно знакомый мужской голос и ошеломленно выглядываю из-за широкого плеча.
- Валера? - обескураженно спрашиваю.
- Илья! - ласково так зовет… женский…
- Алена… - растерянно говорит Илья и… еле слышно чертыхается.
- Оля!
- Валера…
- Илья!
- Алена…
- Оля… - Валера снова начинает…
- Да хватит вам уже. На третий круг пошли. Достаточно. - резко обрываю «Формулу-1».
Не очень элегантно скидываю в руки Александрова пальто и спускаю ворот джемпера с одного плеча.
Все-таки такому мужчине тоже надо соответствовать, а то и гляди - уведут.
- Оля! Ты чудесно выглядишь. - Валера рассыпается в комплиментах.
Я смотрю на отглаженные стрелки на рыжих брюках и такой же куцый пиджак.
Ну как все это могло мне понравиться?
В каком отчаянии я тогда была?
Хотя - сейчас уже понимаю. Я ведь намеренно не строила новые отношения и выбирала кого попроще.
- Илья Владимирович, - Алена обращается с официозом, но таким тоненьким голоском, с придыханием и полным игнорированием меня, что сразу все становится понятным. - Надеюсь, вы не против, что Полина пригласила и меня? Ей нужно было помочь здесь…
Красивая девушка - отмечаю. Была бы. После отопластики….
- Полина может приглашать кого угодно, - вежливо отвечает Александров и обращается ко мне. - Куда это все? - приподнимает пакеты.
- На кухню. - говорю чуть нервно. - Пусть хозяйка дома распоряжается.
- Ох, Ольга Александровна, не стоило… - выглядывает Полина в переднике. - Мы с Аленкой столько еды наготовили. Сейчас все будем есть окрошку, проходите. Гости уже собрались.
В гостиной слишком много людей. Я здороваюсь сразу и со всеми, а затем пробегаюсь взглядом.
Мама и Марина с Генкой сидят с одного угла.
Тамара Семеновна - с другого. Здесь же сватья и Настя с Кириллом.
- Привет, мамуль! - пробегает мимо Артем и целует в щеку. - Пап, - обмениваются рукопожатием. - Все садимся.
Генка зовет Александрова.
- Выпьем, Илюха! - вскрывает бутылку коньяка.
Илья, в свою очередь, тащит меня за собой.
- Только бы пить! - закатывает глаза мама. - Нет бы что-то серьезное обсудить.…
Мы с Мариной поддерживаем друг друга тихими взглядами.
- А мы и обсудим, мамаша! - Генка подмигивает мне и пихает жену в бок. - Щас обсудим. Вот, например, не подскажете почему через позвоночник нельзя позвонить?
За столом слышится хохот, который не поддерживает только мама.
Замечаю, что Валера и Алена в лучших драматических традициях садятся напротив. «Формула-1» медленно перетекает в армрестлинг взглядами.
