Развод. Сын моего мужа (СИ) - Кучер Ая

Витя недовольно ведёт челюстью, отвлекается на официанта, принёсшего напитки. Муж не сильно доволен, что не получилось так просто съехать?

Но ведь работа – не оправдание!

Многие женщины тоже с девяти до шести, но от «семейных обязанностей» их никто не освобождает.

– Мы можем обсудить дни или выходные, – я поджимаю губы. – Но выбери дни, когда ты можешь. Или просто скажи, что нет времени. Я это не с претензией. Я пытаюсь защитить детей.

– Окей. В субботу я могу, – соглашается, чуть подумав. – Но Назар будет со мной. Ты же за это тоже будешь ворчать?

– Я… Да, ладно, буду ворчать, как обиженная жена.

Мне несложно принять на себя эту роль. Если Витя хочет видеть это так, не чувствуя вины, то пусть. У меня другая цель.

– И по поводу Назара…

Я прикусываю губу. Я не буду рассказывать мужу про то, что натворил мальчик. Он сам должен.

Видимо, доверие между ними не настолько прочное, чтобы Назар покаялся. А расскажи я…

Он и мне больше ни в чём не признаётся. А учитывая всё – это тоже важный фактор, хоть я лезть в жизнь мальчика не собираюсь.

– Вить, у него проблемы, – выдыхаю я. – Нет, послушай! – повышаю голос, когда муж пытается меня перебить. – У него мать, которая всё любовь ищет. То приюты, то соседи, то вот папа забрал. У него страх, что его бросят. Что он плохой. Много страхов, много моментов. С этим работать нужно.

– Я…

– Занят, да, я поняла. Найди хорошего детского психолога. Моя подруга Кира работает в социальной службе, у неё есть контакты. Всё в игровой форме, не в напряг для ребёнка. Займись этим.

– Это твоё условие? Серьёзно? Хочешь из пацана психа сделать, чтобы не оставлять его с девочками?

– Сегодня я оставила. И ты меня не слышишь? Неужели тебе настолько плевать на собственного сына, Вить?

Можно ли разочароваться ещё сильнее в собственном муже?

Я сказала Вите всё, что могла. Присушиваться или нет – его дело. Заставить я не могу.

Но со встречи я ухожу разочарованная. Очень горько и обидно. Потому что всё больше складывается впечатление, что Витя был идеалом только в моих глазах.

Да, любит меня. Любит детей. Но так как удобно ему. Не в ущерб собственным амбициям и желаниям.

Стоит ли говорить, что я не удивлена, когда в субботу у него не получается забрать мартышек?

А ведь он уже пообещал сводить их в планетарий. Там будет какое-то представление для детишек, рекламы было много.

– У папы командировка, – объясняю я. – Он… – о нет, про «сожалеет» я не буду врать. – Он поехал по работе.

– Но папа обещал! – Соня выпячивает нижнюю губу. – Так нечестно. Мы же хотели! Мы платьишко мне купили…

– Ну раз платьишко… Тогда пойдём втроём?

– Без папы?

– Без, мартышка. А потом зайдём ко мне в кондитерскую? Там новый торт-мороженное в наличии.

– Торт с мовоженным? Да-да-да!

Алиса принимает решение за всех, начиная активно кивать. Соня тоже сдаётся, милостиво соглашаясь.

Она грустит не так долго, а после я увлекаю её рассказами о звёздах и сказках. Собираемся мы впопыхах.

Я не думала, что мне придётся ехать куда-то сегодня. Планировала день по-другому. Снова отменять занятие?

Решаю немного по-другому. Послушаю во время представления, когда будут заняты детки. Как раз успею.

Мне самой хочется успевать всё-всё. Я посвящала себя семье, и, конечно, не буду пренебрегать малышками.

Но мне нужно научиться думать о самой себе. Свои увлечения поддерживать, заниматься собой. Развиваться, а не тормозить на месте.

Ведь если бы я изначально ударилась в развитие кондитерской, то успеха бы добилась намного раньше.

Сейчас всё идёт активно, несмотря на постоянный хейт и жалобы. Кто-то даже полицию вызвал раз, без повода. В общем, весело. Но при этом и доход, и чистая прибыль – всё растёт!

– Алиса, не убегай, – ловлю младшую у кассы. – Сонь, не трогай. Умницы мои.

Перехватываю ладошку дочки, чтобы не стащила всю упаковку флаеров. Покупаю нам билеты.

Выхватываю последние лучшие места. Получилось приехать заранее, поэтому мы даже успеваем выпить молочные коктейли.

Первая часть представления – как зарождалась Вселенная. Рассказывается просто, но красочно. То, что нужно.

Даже я сама залипаю на картинках, как звёзды мелькают на потолке. Что уж говорить о малышках?

Мне приходится их одёргивать, чтобы не слишком громко визжали, но сама улыбку сдержать не могу. Классно!

Отгоняю грустную мысль, что Витя – козёл. Такой праздник мог испортить детям. А ведь своему сыну и испортил. Назару бы тут точно понравилось.

Надеюсь, муж додумается это исправить. Или свекровь… Мария Владимировна всегда была чуткой женщиной. Хоть она должна подумать о мальчике.

– Это классно так! – Соня подпрыгивает от переизбытка эмоций. – Вау! А ещё можно?

– Да! Есё! – требует Алиса, хлопая ресничками. – Повалуйста, мамуль. Мовно? Пять минут!

– Можно ещё столько же.

Я подмигиваю дочкам, отчего они, кажется, любят меня ещё больше. А всего лишь нужно не озвучивать всю правду сразу.

Ведь мы вышли просто на перерыв. Пятнадцать минут на отдых, а потом вторая часть.

Но пусть я просто буду крутой мамой. Это приятно.

– Сонь, не бегай!

Крутой, но строгой, ладно.

Но вокруг много детей, все смешиваются между собой. И если Алису я держу за ладошку, то старшая дочь сама проталкивается между ребятишек. Спешит.

– Сонь, не пей на ходу, – прошу в который раз. – Ты сейчас в кого-то… Врежешься.

Я стону, когда малышка именно это и делает. Налетает на крупного мужчину, обрызгивая его водой.

Я принимаюсь извиняться, но его это не останавливает. Разворачивается ко мне, его ноздри недовольно раздуваются.

Ох, сейчас начнётся…

– Вы мать или кто? – рявкает. – За детьми следить будете? Понарожают…

– Успокойтесь, это обычная вода. Она скоро высохнет.

– Ты мне будешь говорить, когда я успокоиться должен? Твоя дочь прыгает как обезьяна, а остальные терпеть должны?!

– Мужик, у тебя проблемы?

Знакомый бархатный голос раздаётся за спиной. А после на моё плечо опускается крупная ладонь, к спине прижимается мужское тело.

– Прости, родная, я опоздал. Что тут у вас?

Глава 35

Я напрягаюсь от такого наглого вторжения в моё личное пространство. Даже малышки затихают, нахмурившись.

Грубиян кривится, хмурится ещё сильнее. Очевидно набирает побольше воздуха, чтобы нервную тираду продолжить.

Но не успевает.

– Чем облили? Водой? – уточняет мой «спаситель». Я киваю. – Отлично, обсохнет. Пошли.

Меня тянут за собой, я едва поспеваю за мужчиной. Перехватываю дочек, чтобы они никуда не делись.

Но ощущение такое, что они настолько ошарашены происходящим, что как на ниточке следуют за мной.

Ладонь с плеча никуда не исчезает. Давление становится только сильнее, пока мы пробираемся сквозь толпу.

Я успеваю и уловить лёгкий травянистый запах парфюма. И ощутить шероховатость стёртых ладоней, когда ладонь задевает оголённую кожу.

– Порядок? – усмехается.

– Да, но не нужно было, – я поджимаю губы. – Я не девочка в беде, Денис, не обязательно меня спасать.

– Благодарность принимается.

Мужчина подмигивает, ничуть не обижаясь. Ястребов проходится по мне цепким взглядом, словно пытается понять – пострадала я или нет.

– Всё в порядке, – я улыбаюсь. – Он просто грубил, ничего страшного.

– Если у него желание ругаться – это его проблемы. Тебя касаться не должно. Зачем настроение портить?

– Незачем, ты прав. И… Спасибо тебе.

Если бы Денис не вмешался, я бы ещё долго разбиралась. Обогнуть крупного мужчину, сильнее тебя раза в три – не так-то просто.

– А что ты тут делаешь?

Я показательно киваю на толпу носящихся детей. Ястребов не походит на фаната звёзд.

– Я… А, вот.

Мужчина выхватывает из толпы паренька. Поднимает его в воздух, удерживает на руках.