Отец подруги. Тайна между нами - Черно Адалин

– Убирайся.

На что я рассчитывала? О чем думала, когда шла сюда? Что мне это сойдет с рук?

Поспешно отойдя в сторону, со всех ног несусь к выходу. Слезы застилают глаза, в груди жжет. Он никогда мне не поверит. Обида душит. Я ведь ни в чем не виновата. Разве что в том, что влюбилась, думала о нем все это время, прокручивала нашу последнюю встречу. Размышляла, что могла бы сказать иначе, чтобы он поверил.

Я думала… господи, я действительно думала, что между нами лишь недоразумение. То самое, в котором он верит, что я украла часы. И только это мешает нам… быть вместе? На деле же причин куда больше. Социальное неравенство, разница в возрасте, его дочь – моя лучшая подруга. И это еще не все. Если задуматься, что я вообще знаю о Дамире? Ничего. Я даже не знаю, кем он работает.

Разозлившись на себя, собираюсь подняться в комнату и переодеться, но меня неожиданно перехватывает Ульяна. Она улыбается, радуется, говорит что-то, но я ее не слышу совсем. Стараюсь не расплакаться. Она такая добрая, внимательная, а я расстроилась из-за того, что ее отец не разделяет моих чувств. Что не думает обо мне так же, как я о нем.

– Тась… что-то случилось? Ты бледная какая-то… снова плохо?

– Нет, я просто…

Замолкаю. Вижу, как Дамир к нам приближается, вытягиваюсь буквально по струнке, но он всего лишь проходит мимо и даже не смотрит в мою сторону. Ульяна это замечает, прослеживает мой взгляд, тяжело вздыхает.

– Папа снова что-то сказал?

– Нет, просто я… боюсь его немного. Он у тебя строгий.

Ульяна смеется. Натурально так, звонко.

– Он не строгий, но иногда может и перегибать. Но знаешь что, – добавляет шепотом, – он все-все мне разрешает. И тебя тоже разрешит, просто сейчас он взвинчен, расстроен чем-то. Думаю… у него давно никого не было.

Смысл ее слов доходит до меня не сразу, а когда доходит, у меня начинает гореть лицо. Я от стыда даже руки к щекам прикладываю и смотрю на Улю осуждающе. Разве принято о таком кому-то рассказывать? Тем более, когда речь идет об отце.

– Да ладно тебе, – толкает меня в бок. – Папа мужчина видный, обычно вокруг него женщины толпами вьются, но я давно никого с ним не видела. Вот он и бесится. И на тебе злость свою срывает. Ну и на мне. У него скоро встреча с друзьями. У дяди Димы день рождения. После таких вечеринок он обычно возвращается спокойным и на многое соглашается. Я его уговорю, вот увидишь.

Я неопределенно киваю, ловя себя на мысли, что вспоминаю ту, первую вечеринку. Так они всегда развлекаются? Находят девушек на вечер и сбрасывают пар? Но ведь в прошлый раз Дамир не согласился. Или же я ему просто тогда не понравилась и не подошла.

– Ты снова меня не слушаешь, – раздосадованно говорит Уля.

– Прости.

– Нам надо переодеться. Сейчас приедет Рома. Он неожиданно позвонил, сказал, что уже вернулся. Какие-то дела у него тут срочные, но как только он узнал, что я готова представить ему новую сотрудницу – согласился приехать.

– Уля… я ведь говорила, что ничего не смыслю в графике.

– Ой, не начинай, – отмахивается. – Рома в курсе, я же говорила. Давай, – подгоняет меня на второй этаж. – Пошли, нужно переодеться. Можно, конечно, и так его встретить, уверена, он будет не против, но думаю, тогда поговорить о работе не получится.

– Уля!

– А что? – хмыкает. – Ромка видный. Не удивлюсь, если ты ему понравишься.

– Ты забыла, что я беременна? – шепчу тихо, чтобы не дай бог никто не смог услышать.

– И что? – искренне недоумевает. – Если один придурок отказался от ребенка, это еще не значит, что все такие.

Я прикрываю глаза. Мысленно отчитываю себя за то, что приходится скрывать от Ульяны все, врать ей, глядя в глаза. Я чувствую себя плохой, ужасной, особенно когда не могу выбросить Дамира из головы, не могу перестать о нем думать, а ведь надо не просто сделать это, но еще и постараться отдалиться от Ульяны. Так будет лучше для всех.

– Вот эта рубашка тебе подойдет, – Уля протягивает свою вещь, прикладывает ее ко мне, одобрительно кивает.

– Это слишком, – говорю ей.

– И ничего не слишком. Роме нравятся девушки в такой одежде. Надевай.

Чувствуя вину перед Улей, надеваю рубашку и брюки-палаццо, подчеркивающие талию.

– Тебе бы еще очки, и все мужчины в этом доме падут к твоим ногам.

Мне бы хоть одного. Того, который никогда так не сделает.

Прогоняю эти мысли, улыбаюсь Ульяне и смотрю на себя в зеркало. И правда красиво, но разве хорошая одежда поможет устроиться на работу, если я ничего не умею?

– О, Рома приехал, идем! – подруга тянет меня на выход из комнаты и вниз.

Я всецело ей доверяю. Иду уверенным шагом, хоть и кажется, что выгляжу, находясь дома, как цирковая зверушка. Но и Ульяна приоделась. Не в шорты и футболку, а в красивый костюм.

– Встретим его на улице, – шепчет мне уже внизу.

Пока идем, я нервно осматриваюсь. Понятия не имею, что подумает Дамир, когда увидит нас, но гоню от себя эти мысли. Он нас не увидит. Он наверняка ушел плавать, а мы идем на улицу. Но кто-то сверху точно решил надо мной посмеяться, потому что нам остается пара шагов к выходу, как входная дверь открывается, и на пороге появляется Дамир. Одетый в обычную домашнюю одежду. Окинув нас взглядом, выгибает бровь.

– Вы куда в таком виде?

– Ульяна!

За Дамиром входит молодой парень в ярко-синем костюме и очках.

– Привет, Ром. А это Таисия, – улыбается во все тридцать два. – Я говорила тебе о ней. Ты сказал, ее можно будет определить на новый проект.

– Да, – кивает Рома. – Можно. Если Дамир Давидович будет не против. Это проект его. Мы с нуля делаем дизайн для его нового ресторана в центре.

Это что… я даже понадеяться еще не успела на новую работу, как уже лишилась ее? Очевидно, что Дамир не согласится.

Глава 7

– Конечно же, папа не будет против! – смеется Уля, подхватывая одной рукой меня, а второй Рому, и тянет нас за порог.

Что удивительно, за нами следует и Дамир.

– Вы далеко собрались? – недовольно бубнит он и совершенно ничего не отвечает на утверждение Ули, словно и правда он не против того, чтобы я работала на него.

– На террасе посидим, – отмахивается Уля, а затем все же оборачивается к отцу и, выгибая бровь, спрашивает: – А что? С нами хочешь? Обсудить Тасину работу?

Рома издает смешок, а Дамир неожиданно идет следом за нами. При этом очень неодобрительно глядя на меня. Я теряюсь, отворачиваюсь и начинаю смотреть себе под ноги.

Совершенно никакого впечатления я не произвела на Дамира.

Да и… стоило ли надеяться? Дура.

К моей огромной неожиданности, когда мы попадем на террасу, я вижу на столе свои рисунки, которые я показывала Уле. Когда она успела их не только забрать у меня, но и сюда принести?

Вот у кого бы получилось первоклассно выкрасть часы и остаться при этом незамеченной. Улыбаюсь абсурдности собственных мыслей и пропускаю момент, когда к столу подходит Дамир. И пока Рома и Уля устраиваются поудобнее на диванчике, он берет в руки мои рисунки.

Сердце словно леденеет. Иначе я свое состояние назвать не могу. Словно я вся горячая-горячая, а внутри меня образовалась глыба льда, которая холодит меня изнутри. Дышать невозможно, ноги немеют, руки сами не свои, я краем взгляда вижу, как Рома берет меня за руку и тянет на диванчик следом за ними, но я словно не чувствую его касаний к моей руке. Зато Дамир будто ощущает все вместо меня: в момент, когда я плюхаюсь рядом с Ромой, он отрывает взгляд от рисунка и хмуро смотрит на нас.

– Почему ты вернулся раньше, Ром? – спрашивает Уля и тянется за лимонадом, что тоже ждал нас на столе.

– Так вот… – Роман отпускает меня и ладонью указывает на Дамира, – из-за твоего отца раньше и вернулся. Он сказал, что ему нужен только я, и никто другой этим делом заниматься не будет.

– А теперь ты, – произносит Дамир, больше не не глядя на Рому, а все еще рассматривая… кажется, уже третий по счету рисунок, – решил скинуть задачу, которую я поручил лично тебе, на не то что некомпетентного сотрудника, а вообще не на сотрудника.