Отец подруги. Тайна между нами - Черно Адалин

– Дамир Давидович, – Роман разводит руками, а затем поднимает солнцезащитные очки, я же отмечаю, какие у него красивые глаза.

Голубые-голубые, очень эффектно гармонируют с темными, почти черными волосами и загорелой кожей. И костюм оттеняет их еще сильнее.

– Вы же прекрасно знаете, что сам я не художник и никогда им не был. Хороший рекламщик и мастер выискивать таланты. От бога. Поглядите только, какие рисунки, – улыбка Романа становится самодовольной, словно это он сам нарисовал мои рисунки, и их красота и очарование – целиком и полностью лишь его заслуга.

В этот момент он становится мне неприятен, несмотря на свой располагающий внешний вид.

– А ты умеешь видеть сквозь бумагу? – усмехается Дамир, отрывает взгляд от моих рисунков и поверх них смотрит на Романа. Причем так смотрит, что я на месте Ромы съежилась бы мгновенно.

– Нет, Ульяна выслала мне их фотографии.

Ульяна в этот момент показательно громко пьет из трубочки лимонад и откидывается на спинку дивана. Словно она здесь не при делах.

А я понимаю, что все, что здесь сейчас происходит, спланировано от и до. И весь этот спектакль вплоть до моего красивого наряда рассчитан на одного актера – Дамира.

Что же она творит!

Ведь сама не понимает.

А вот Дамир очень даже понимает, что творится, снова ухмыляется, переводит взгляд на меня и выгибает бровь. И либо я чокнулась, либо сейчас во взгляде Дамира плещется вызов. Не может такого быть.

Я прищуриваюсь, инстинктивно облизываю губы, взгляд Дамира становится еще гуще, он следит за движением моего языка, а затем кидает мои рисунки на стол, словно это ненужные бумажки, место которым лишь в урне.

– У тебя есть четыре дня, Рома, чтобы научить ее делать то же самое в графике. Расчет Ульяны был верен, – на выдохе произносит Дамир, складывая руки на груди, – такой стиль рисунков – это как раз то, что мне надо.

Со стороны Ули раздается очередной громкий фырк трубочки, словно она дует через нее воздух, и лимонада там совершенно не осталось. На самом деле это она так выражает очередное свое “я тут совершенно не при делах”.

– Дамир Давидович, четыре дня это нереально. Минимум две недели, перед тем как мы сможем показать вам наброски.

– Четыре дня – именно столько есть у этой девушки времени. Дальше ей придется заниматься уже поиском крыши над головой, а не изучением графики.

– Папа! – вскрикивает Уля, громко ставит стакан на столешницу. – Ты сам все слышал: две недели. Зачем отвлекать Тасю на поиски никому в этой ситуации не нужного жилья, когда она может быстрее выучиться и отлично поработать над тобой? Над твоим рестораном то есть.

Я закашливаюсь. Почему-то от Улиных слов мысли в голове уходят сразу в другую сторону. Уж явно не на рабочий лад.

Рома, сидящий рядом, начинает мягко постукивать меня по спине, затем приобнимает и подставляет к моим губам бокал с лимонадом. Я пью. Жадно и долго. Прямо так. Из рук Романа.

– Ульяна, чего ты от меня добиваешься?

– Чтобы ты разрешил Таисии жить у нас столько, сколько ей нужно, – четко отвечает Уля, – мое желание неизменно.

– Так а в чем проблема? – Роман усмехается, его ладонь на моем плече сжимается, он отнимает стакан от моих губ, а затем чуть выгибается, заглядывая мне в лицо. Убирает стакан на стол и отодвигает прядь волос, закрывающую мои глаза. – Таисия, у меня полностью свободен второй этаж. Я на него даже не поднимаюсь. Если ты стесняешь Дамира Давидовича, то пойдем ко мне. Меня ты не будешь стеснять.

Молодой мужчина смотрит на меня сочувствующим взглядом, полным участия, и мне совершенно не верится, что и это часть их “игры” с Улей.

Я открываю рот, затем закрываю, поджимаю губы, не в силах сообразить, что мне ответить. Я не хочу идти к нему жить. На самом деле не хочу. Это посторонний для меня мужчина. Хоть и друг Ули. Хоть и фраза “целый второй этаж” звучит очень заманчиво, я все равно не хочу.

Роман же продолжает.

– И научу так всему тебя намного быстрее, – улыбается он, а взгляд его падает в вырез моей блузки, и от того слова его теперь звучат жутко двусмысленно и немного бесстыже.

– Хорошо, – тихо-тихо произносит Дамир, а затем резко выбрасывает, словно эти слова жгут ему язык: – Таисия остается у нас. – он разворачивается, но Уля кидает ему вслед:

– До конца лета?

– Столько, сколько ей будет нужно, – не оборачиваясь, отвечает Дамир и стремительно уходит.

– Ура-ура! – Уля хлопает в ладоши и пищит. – Папа сдался, спасибо тебе, Ромыч, что подыграл.

– А я, вообще-то, не подыгрывал. Если что, Тася, мое предложение в силе.

Я киваю, а перед глазами все еще стоит злой взгляд Дамира. Уля же как заведенная снова пищит.

– Не нужно ей твое предложение больше. Папа сдался, папа сдался. Я же говорила, что он мне все разрешает и Тасю разрешит.

Нет, что-что, а Дамир уж точно не сдался. Он скорее перегруппировался и отступил назад перед ударом. Хорошего ждать от него совершенно не стоит.

Глава 8

– Ты до сих пор работаешь?! – не то спрашивает, не то возмущается Ульяна.

“Отлепив” глаза от экрана, фокусируюсь на подруге, глядя на нее слегка мутным взглядом. После минимум десяти часов работы за экраном реальность воспринимается смазанно.

– Прости, – прикрываю веки и тру глаза.

– Ну хватит, – силой отбирает у меня планшет. – Пошли.

– Не могу, – упираюсь, когда Уля тянет меня за руку. – Я должна доделать это задание сегодня.

– Идем, – все равно стоит на своем и вытаскивает меня с кровати, как бы я ни упиралась.

По пути прихватываю с собой тарелки, которые притащила в комнату, чтобы есть, не отрываясь от обучения. Все потому, что Дамир дал мне четыре дня. И хоть я понимаю, что после его разрешения жить здесь столько, сколько понадобится, в этом нет смысла, все равно хочу переступить через себя и сделать все возможное. Я должна усвоить предоставленный Ромой курс максимально быстро. И я это сделаю.

На кухне кладу тарелки в мойку и включаю воду, начиная их мыть, но Ульяна тут же перекрывает поток и смотрит на меня вопросительно.

– У нас есть прислуга для этого.

– У вас, а не у меня, Уль. Я хочу помыть сама.

Включаю воду и отмываю те две тарелки, что принесла с собой. Уля все это время терпеливо меня ждет, а как только заканчиваю, кивает на холодильник и предлагает поесть чего-нибудь.

– Выйдем на террасу, посидим немного. Ты проветришься, и учиться будет легче.

Я киваю, подхватывая тарелку с фруктами и поднос с напитками.

– А вообще, я не понимаю, зачем ты так много сидишь. У тебя ведь достаточно времени. Рома сказал, что курс для твоего уровня мастерства несложный, ты разберешься быстро. Две недели точно хватит.

О том, что слова ее отца больно ударили по моей гордости, умалчиваю.

– Просто хочу поскорее удостовериться, что у меня получится, – обхожусь отговоркой, которой Ульяна, кажется, впервые верит.

– Я успела увидеть то, что ты набросала… красиво.

– Скажешь тоже… там ничего такого, я кисти пробую все, методику, о которой Рома на курсе рассказал.

– Ты же знаешь, что позвонить ему всегда можешь? Ну и у меня спросить, если что, я же дома часто и знаю, что к чему.

– Я пока вроде бы со всем разобралась.

На самом деле мне не хотелось беспокоить ни Рому, который любезно бесплатно предоставил мне свой довольно дорогой курс по обучению, да еще и на работу взял, ни Ульяну, которая этому всему поспособствовала и даже дала свой недешевый планшет для работы. Я пообещала, что верну ей деньги, но пока что не представляю, когда все будет. В моих представлениях все пока призрачно и эфемерно.

Я хорошо знаю работу официантки, но с дизайнерством никогда не сталкивалась. А ведь Рома планирует взять меня в команду, которая будет заниматься реставрацией нового ресторана Дамира.

– Уль, а ты не знаешь, что за ресторан твой папа купил?

– Не-а. Он никогда мне не рассказывает о делах. Я даже не знала, что у него ресторан есть. Тебе тоже интересно?