— Надеюсь, у вас я смогу немного развеяться.
— Непременно, мессир, — закивала заискивающе графиня.
Графиня Жанна начала что-то говорить, обмахиваясь веером, чтобы занять министра. Он же молча, в пол уха слушая болтовню графини, начал методично рассматривать окружающую публику В какой-то момент, скучающий взгляд Фуше, пройдясь по пестрой веренице гостей, нечаянно остановился на невероятно прелестной молодой даме с золотыми волосами, стоявшей неподалеку, рядом с высоким гусаром с суровым лицом.
— Кто это прелестное создание, вся в золотом? Не имел чести видеть ее ранее, — воскликнул заинтересованно герцог. Графиня проследила взглядом, куда был устремлен взор Фуше и быстро ответила:
— Это жена моего племенника, Луиза. Они русские. На прошлой неделе они приехали из России и остановились у меня. Позвольте, я представлю их Вам?
— Да, непременно, — закивал Фуше.
Когда Жанна приблизились вместе с герцогом к молодым людям, Корнилов разговаривал с коренастым французским офицером. Графиня без предисловий воскликнула:
— Позвольте, мессир, Вам представить моего племянника Павла Александровича Корнилова и его жену Елизавету Андреевну. Жозеф Фуше, министр полиции, — уже обратилась к молодым людям Жанна.
Прервав разговор, Павел и офицер, склонили головы в знак приветствия. Фуше, так же, поздоровался и его глаза с восхищением пробежались по совершенному личику Лизы.
— Для меня честь познакомится с вами, мессир, — кратко бросил Павел и чуть прищурился, понимая, что герцог весьма важная персона.
Жозеф Фуше слыл весьма хитрым и умелым политиком. Уже третий раз подряд он был назначен на пост министра полиции Франции. Он обладал блестящим умением удерживаться при быстро меняющейся власти, оттого, умудрился послужить и королю Людовику, а позже и Бонапарту, играя подчас сразу на разных сторонах и умело скрывая свои темные партии ото всех.
— Мадам, вы восхитительны! — произнес напыщенно герцог, целуя руку Лизы.
— Благодарю вас, ваша светлость, — Лиза слегка поклонилась ему.
— Вы разрешите пригласить вашу жену на танец? — задал вопрос герцог, устремив взор на Корнилова и, в следующий миг, ощутил, как пронзительный жесткий взгляд Павла, проникает прямо под его кожу. Фуше поморщился и быстро перевел взгляд с волевого хмурого лица русского, на его прелестную жену, Луизу. Под его настойчивым взглядом молодая женщина смутилась и опустила взор.
Отметив, что герцог почти неприлично глазеет на Лизу, Корнилов сильнее нахмурился и невольно сжал кулак. Первым порывом Павла было, тотчас, отказать Фуше, но он прекрасно понимал, что более близкое знакомство с таким влиятельным человеком может пригодиться в их деле. В очередной раз, силой воли Корнилов заставил свои чувства замолчать. Изобразив на своем лице приветливое выражение, он почти безразлично ответил:
— Как Вам будет угодно, сударь.
— Благодарю, — довольно заметил Фуше и подал руку молодой женщине. — Вы соизволите подарить мне первый полонез, мадам?
В ответ Лиза призывно улыбнулась и вложила свои пальчики в ладонь Фуше.
Графиня Жанна, довольно заулыбалась и, сделав знак рукою музыкантам, велела начинать бал. Все гости вслед за герцогом Фуше и Лизой проследовали в бальную залу. Корнилов подал локоть тетке, и та, ухватившись за него, поспешила за остальными гостями.
Дав свое позволение на первый танец с герцогом, Корнилов надеялся на то, что позже Фуше приведет Лизу обратно к нему и она вновь окажется под его защитой. Но, молодой человек просчитался. Едва закончился первый полонез, на который Павел ангажировал свою тетку, как Фуше быстро увлек Лизу в следующий польский танец. Корнилов побледнел, чувствуя, что герцог бросает ему вызов. По всей видимости, Фуше до такой степени был уверен в себе и своем положении, что не боялся скандала на людях. Так как, по этикету после танца полагалось привести даму обратно к сопровождающему ее лицу, а уж потом, через некоторое время, дозволялось вновь испрашивать разрешения пригласить ее. А два танца подряд с одним кавалером, вообще вызывали в обществе недвусмысленные сплетни.
Эта ситуация выбила Корнилова из колеи. Все его существо взбунтовалось. Ему безумно захотелось, тотчас, увести Лизу с этого бала, только, чтобы укрыть ее от глаз этого наглого высокомерного герцога. Второй танец молодой человек остался стоять среди других приглашенных, скрестив руки на груди и настойчивым взором, следя за Лизой и Фуше. Весь невыносимо долгий для Павла танец, молодая женщина мило улыбалась герцогу и поддерживала оживленный разговор. Идиллия между герцогом и Лизой, с каждой минутой вызывала в душе Корнилова все большее недовольство. Оттого, едва музыка смолкла, молодой человек, незамедлительно, приблизился к парочке и громко сухо, очень чисто по-французски, произнес:
— Благодарю вас, месье. Вы уже достаточно уделили внимания моей жене. Но, мазурку Елизавета Андреевна обещалась мне.
Подтвердив свои слова грозным убийственным взглядом, Павел по-свойски схватил Лизу под локоток.
— Неужели? — удивилась Лиза, обернув лицо к Корнилову. Павел даже не спрашивал ее о танцах. Герцог недовольно прошелся взглядом, по наглому широкоплечему русскому, который, видимо, вообще не считал нужным уважать его высокое положение и авторитет и вел себя слишком вызывающе.
— Да, безусловно, — кисло заметил Фуше, переводя опять настойчивый взор на Лизу, что в упор смотрела Павла, как будто желая ему возразить.
Павел стремительно увлек Лизу в центр зала, где раздались первые аккорды быстрой мазурки.
— Вы что творите, милостивый государь? — прошептала Лиза по-русски, едва Корнилов приблизился к ней на минимальное расстояние, выполняя нужные движения танца. Они оба понимали, что стоит говорить на родном языке, чтобы окружающие не поняли ни слова.
— А вы? — вмиг парировал он, так же по-русски. Они вновь разошлись. И через минуту вновь оказались лицом к лицу и Лиза очень тихо вымолвила:
— Из этого человека можно выудить столько информации! А вы? Что на вас нашло? Еще бы миг и вы бы все испортили!
— Говорите тише, — произнес Павел. — Вряд ли этот герцог может быть полезен нам.
— Я чувствую, он многое знает, — прошептала Лиза и молодой человек разобрал ее слова только по губам, потому как музыка просто гремела.
Павел поджал губы и замолчал. Весь последующий танец они провели молча. Павел исподлобья наблюдал за бесстрастным лицом Лизы и ощущал, что ему не по душе эти игры, заставляющие Лизу кокетничать с нужным важным господином в угоду их делу.
Едва танец закончился, как рядом с молодыми людьми вновь появился герцог.
— Могу я пригасить Елизавету Андреевну на следующий танец? — без предисловий заявил Фуше. Корнилов, окатив герцога предостерегающим взором серо-зеленых глаз, холодновато и нагло улыбнулся Жозефу прямо в лицо и твердо заявил:
— Нет. У моей жены занята вся бальная карта. Ведь так, дорогая?
Лиза метнула на Павла недовольный взгляд — молнию и сладко улыбнувшись герцогу, проворковала:
— Я могла бы освободить следующий гавот для вас, мессир.
— Я не думаю… — начал Павел и перевел взор на Лизу и его брови сошлись у переносицы.
— Ах, Поль, я как раз хотела переговорить с тобой! — воскликнула графиня Жанна, которая, вдруг, появилась около них. — Простите нас, — быстро добавила графиня и обворожительно улыбнулась герцогу. Она оттащила большую фигуру Корнилова чуть в сторону.
— Конечно, буду весьма признателен вас, мадам, — довольно бросил им вслед герцог Фуше, галантно подставляя локоть молодой женщине. Лиза в ответ кокетливо улыбнулась герцогу и последовала за ним. Павел проследил за ними мрачным взором и сжал кулак, чувствуя в себе нарастающее желание, ударить этого разряженного, жеманного герцога в наглое лицо. Но, он прекрасно понимал, что на людях лишний скандал был ни к чему. Поэтому он позволил тетке увести себя в сторону от остальной массы гостей к большому зеркалу. Оставшись почти наедине с племянником, графиня прошипела:
