Они выдержали в противогазах лишь несколько секунд, а затем разом сорвали ужасные маски. Глаза у обеих слезились от хохота и едкого химического запаха. Ощущение прохладного воздуха на лице немедленно принесло облегчение.
Оливия бросила противогаз в коробку, и улыбка на ее лице погасла.
– Смешно, конечно, но мне в нем не понравилось.
Эмме этот опыт тоже был совершенно не по душе.
– Хорошо, что они нужны нам только на случай ЧП.
– Чрезвычайных происшествий? Каких? – В бездонных голубых глазах дочери мелькнула опаска.
Счастливое неведение ребенка так хрупко, так недолговечно. Однажды разрушив, его уже не собрать, не склеить воедино. После смерти отца Эмма поняла это на собственном опыте. К этой стороне материнства она была готова меньше всего. Как матери оставаться честной со своим ребенком и одновременно сберечь это драгоценное неведение?
Когда возобновятся занятия в школе, одноклассники девочки будут не столь деликатны, обсуждая новости о войне, особенно те дети, чьи родители или старшие братья и сестры ни о чем не умалчивали, рассказывая об уничтожении Польши.
Но, с другой стороны, не все так чувствительны, как Оливия.
– Есть вероятность, что Англия вступит в войну, если Германия не выведет войска из Польши, – осторожно произнесла Эмма. – Если это произойдет, Германия может попытаться распылить на нас газ.
– Газ? – Оливия поморщилась от отвращения.
Эмма кивнула.
– Газ затрудняет дыхание. Вот зачем нам всем выдали противогазы. Чтобы мы были в безопасности.
Оливия бросила взгляд на картонную коробку со своим противогазом, словно оценивая, действительно ли может дотянуться до нее в любой момент.
– И вот почему мы должны все время держать их при себе. – Эмма улыбнулась, притворяясь спокойной и уверенной, хотя ей определенно было не по себе.
В газетах часто писали о том, как подготовиться к войне, чего ожидать. Она читала все подряд, считая, что, чем больше она знает, тем лучше сможет защитить дочь.
Но забивая голову подобными вещами, она обрекала себя на бессонницу. По ночам Оливия мирно спала рядом, а Эмму преследовали призраки возможных несчастий, один страшнее другого. Тело человека после контакта с боевыми отравляющими веществами. Кровавое месиво в воронках на месте падения бомб. Эскадрильи вражеских самолетов, пикирующих на их тихую улочку.
Эти картины были невыносимы и заставляли ее прижимать дочь ближе к себе. Если бы только любовь могла защитить Оливию от ужасов войны.
Нет, Эмма не была ни спокойна, ни уверенна, но ради дочери она могла быть сильной.
На лестничной площадке, прямо у входной двери в их квартиру, раздался крик. Ей не надо было смотреть на часы, чтобы понять – около одиннадцати.
Час, когда Чемберлен объявит войну Германии. Час, когда жизнь всех и каждого навсегда изменится.
Эмму пробрала дрожь.
Она должна была услышать это своими ушами, чтобы тяжесть слов закрепила истину. Она не помнила, как выскочила на лестницу. Вновь раздался голос миссис Пикеринг: она звала мистера Сандерсона, а Эмма уже сбегала вниз по ступеням, спеша на бормотание радиоприемника в квартире хозяйки дома.
Миссис Пикеринг жестом предложила ей войти. Следом вбежала возбужденная Оливия. Стоило ли позволять ей слушать это?
Эмма колебалась, пытаясь найти ответ на извечный материнский вопрос: как поступить? Что лучше для ребенка? Миссис Пикеринг мягко коснулась ее руки, положив конец сомнениям.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
