Матабар X (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

— Что это? — он спросил у барона.

Тот присмотрелся, нахмурился и пожал плечами.

— Порой буклеты могут отличаться на один-два пункта, господин Эгобар. Бывает, лоты попадают к организаторам в последние недели перед мероприятием, так что в уже имевшихся каталогах они не отображены. Это ведь не официальная организация, так что… да. Такое бывает.

Ардан прислушался к сердцу депутата. Тот не врал. Впрочем, с Миларом данную ситуацию все равно лучше бы обсудить.

В итоге, после всей суеты, в «Брюс» Ардан приехал уже в сумерках. И разговор, ожидание которого весь день давило на него пусть и невидимым, но от того не менее тяжким грузом, оказался ровно таким тяжелым, каким и обещал быть.

— Еще раз, — Аркар отставил в сторону недомытый стакан и оперся обеими лапищами о стойку. — Только медленно. И желательно другими словами, потому что от предыдущих у меня чешутся бивни. То есть, Арди, ты хочешь сказать, что на моей земле… Всего в десятке кварталов от моего бара… Соберется весь цвет столичных хомяков… богатеев, значит-ца, а следом подтянутся твои коллеги в черных пальто. И ты мне об этом говоришь… когда?

— За сутки, — честно признался Ардан. — Раньше не мог. Сам узнал все детали только вчера. И то не окончательные.

— Матаба-а-ар, — с чувством протянул Аркар. Насколько понимал Арди, у орков такой интонацией поминали чужую родню до седьмого колена. — Какая шикарная ответная услуга, Арди. Век не забуду… внукам, тобишь-та, завещаю помнить. И что мне с ней делать? Мы все равно в Старом Городе не работаем. И ты это знаешь! Так что обкашляй… скажи уже, значит-ца, что тебе опять потребовалось от честных бандитов.

Он отвернулся, прошелся вдоль стойки, переставил с места на место совершенно ни в чем не виноватую пепельницу и вернулся обратно.

— Есть какие-нибудь… новости? — издалека начал Арди.

Какое-то время полуорк смотрел на него с высоты своих двух метров и двадцати сантиметров, после чего оперся на многострадальную столешницу.

— Ладно, — Аркар шумно выдохнул через ноздри. — Слушай сюда. По улицам второй день гуляет ветер… слух, значитца. Тихий такой. Что-то вроде тем, из-за которых потом всяких болтливых идиотов вылавливают из Ньювы. На «Розу» в этот раз собираются гости. И нет! До того, как я стал главой Пиджаков, я вообще не знал о существовании данного мероприятия. Дарг, как я понимаю, несколько раз посещал, но я не знал.

Ардан понимал, что Аркар не врет. Да ему и смысла не было.

— Если коротко, то кто-то пытается туда вломиться, — продолжил орк. — Может быть, слух из-за деятельности твоих коллег, конечно. Тут понятия не имею. И, если честно, знать не хочу, у меня и так забот полон бар. Никогда бы не подумал, что передача дел от одного главы к другому такое муторное предприятие… я уже зашиваюсь… не знаю, за что хвататься в первую очередь, значит-ца. Мы пока деятельность немного приостановили, Ард. Но если ты вдруг решил переться туда со своим цирком из коротышек, имей в виду, матабар, вы там будете не одни такие все красивые и нахрен местным не сдавшиеся.

Ардан медленно кивнул. Учитывая инцидент с тремя убийцами, то все, как и сказал Милар, начинало выглядеть несколько странно. Но при этом все еще никаким образом не отдавало Кукловодами.

С другой стороны, в том же Дельпасе, заговорщики тоже замешаны не были. Как и в Шамтуре.

Может быть капитан Пнев упомянул Конгресс вовсе не из-за общей нервозности на тему мерещащегося на горизонте призрака громадного военного конфликта.

— Аркар. Мне может понадобиться…

— Нет, — отрезал полуорк раньше, чем прозвучало продолжение.

— Ты даже не дослушал.

— А чего там греть… слушать, тобишь-та, — Аркар навис над стойкой. — Ты хотел попросить пару моих ребят. Постоять снаружи. Тихонечко, на всякий случай, натурально по-соседски. Так вот — нет, матабар. Пиджаки в это не полезут. Ни снаружи, ни изнутри, ни за какие «на всякий». Если среди Kar’Tak пройдет слух, что я тебе, на общественных началах, чисто из-за альпинизма, помогаю…

Ардану потребовалось некоторое усилие воли, чтобы не поправить «альпинизм» на «альтруизм».

— … я только-только утряс дела после твоих художеств на границе. У меня теперь бл… сраный куратор от Короны. У меня, о пути предков и Спящие Духи, отчеты каждые пятьдесят шесть дней! У меня три сотни ртов, за которые я отвечаю своим качаном… головой, тобишь-та. А она мне, к твоему сведению, дорога как память. И если, а зная тебя, матабар, там даже не «если», а «когда». Так вот — когда все полетит в задницу и при этом рядом увидят моих парней… Нет. Мне лишние проблемы, сверх тех, которые я и так себе обеспечил, когда сдуру пустил тебя на порог «Брюса» два года назад… к демонам. Не хочу. Я уже не так молод для всего этого дерьма.

Он помолчал и закончил тише:

— И тебе, Арди, советую. Бери Тесс и валите из столицы. Уезжай обратно в Алькаду. Живите себе там. Детей растите. Встретьте старость и помрите в один день, как в какой-нибудь нелепой сказке. Поверь мне, парень, поверь… это как в океане купаться. Чем дальше в воду, тем выше она поднимается. Только в твоем случае это не вода, а кровь и говно. И ты-то высокий. Как и я. Как и остальные. А другие могут и захлебнуться. Это я, надеюсь, как твой друг говорю.

Ардан посмотрел на него. На широкое, усталое лицо. На слегка седую щетину. Забавно, как порой может повернуться сон Спящих Духов. Кто бы мог подумать после инцидента на Пятой улице Бальеро, что их с бывшим Распорядителем Орочьих Пиджаков действительно свяжет дружба.

Очень странная, очень необычная, учитывая, какую форму они оба носили, но дружба.

— Я уже обещал Тесс, что мы уедем, как только я разберусь с… одним расследованием.

— Угу, — Аркар забрал стакан и вернулся к полотенцу. — Обещал он… Иди уже. И вот что, матабар… да, плевать. Все равно ведь не послушаешь. Я бы в твоем возрасте тоже не послушал. Хотя…

Он не договорил и махнул полотенцем. То ли прощаясь, то ли прогоняя.

Арди вышел на улицу и посмотрел на окна их с Тесс квартиры. Свет не горел. Рыжеволосая красавица пропадала на репетициях. Либо театральных, либо музыкальных.

Удивительно, что они вообще умудрялись выкрасть у времени те часы, когда могли провести их вместе. Уехать в Алькаду и целыми днями напролет наслаждаться обществом друг друга, покоем и всем прочим, что сулило данное обещание?

Арди не знал, существовало ли в мире что-то, о чем бы он, в последнее время, мечтал бы сильнее, чем об этом.

Но, как учил Эргар, он должен был делать то, что должен был.

Они уедут.

После того, как оба закончат с тем, что держало их в столице.

В случае Арда это все еще были Кукловоды.

В случае же Тесс… Арди понял к чему все шло еще с того момента, как они впервые посетили киносеанс. Тесс пока не говорила этого вслух, но Ардан уже точно знал, почему его жена не настаивала на том, чтобы покинуть столицу.

Мысли завтрашнего дня.

Все началось с того, что Ардана переодели.

— Сто сорок эксов за изделие, — объявил Дагдаг тоном врача, объявлявшего неутешительный диагноз. — Стой смирно, ковбой. Дернешься — уколю. Не нарочно, но, честно тебе скажу, с большим удовольствием.

Вотчина обеспечения этим утром выглядела непривычно торжественно. На центральном манекене, отдельно от строя черных служебных костюмов, красовался вечерний комплект: парадный, приталенный костюм, белоснежная сорочка, лакированные туфли. На фоне стеллажей с накопителями и ящиков с маркировкой все это смотрелось примерно так же уместно, как рояль посреди оружейной. Причем концертный рояль.

— Вроде нормально, — Дагдаг ходил вокруг Арда кругами, одергивая, подкалывая булавками и бурча. — Пятно посадишь — вычту как за боевое повреждение. И не надо на меня так смотреть, капрал. Прецеденты были. Фамилий называть не стану, но человек до сих пор выплачивает за соус Аоси.

— А сорочка?

— Сорочка тоже наша. Запонки казенные, вернешь обе. Обе, ковбой. Я считать умею, у меня, в отличие от некоторых, с арифметикой с детства все в порядке.