Все, что останется - Калинин Сергей

— Что надо?

— Меня Олег зовут.

— Коля. — Он пожал протянутую руку. — Что там у тебя? — В голосе появилось что-то похожее на понимание.

— Жена терпеть не может рыбалку. В общем, я все свои снасти всегда на чердаке прятал. Ты представляешь, она их выбросила лет пять назад. Все. Я пьяный приехал с рыбалки. Просыпаюсь, а нет ничего. С тех пор на чердаке прячу все.

— Да ты что?! Я б прибил. — Коля сочувственно кивнул.

— Слушай, может, по сто грамм? — Олег доверительно кивнул.

— Да неплохо бы было. — Новый знакомый замер, явно согласный на все.

— Пошли.

Они зашли за угол, Олег достал бутылку водки и пару бутербродов. Себе он налил на дне, заметив вопросительный взгляд нового знакомого:

— Нельзя мне. На работу.

Понимание было достигнуто, через две минуты они были лучшими друзьями.

— Так что там у тебя? — Коля расправил плечи и уже чувствовал себя важным человеком, от которого многое зависело в этой жизни.

— Вот я и говорю, — Олег наполнил только один стаканчик, предпочитая пропустить, — удочки, спиннинг, набор блесен, да все — на чердаке спрятал. Мне когда-то ключ оставил сантехник, — пришлось сморщить лоб, словно вспоминая имя, — лысоватый такой, забыл. — На лице читалось огорчение от забытого полезного друга. — Не работает он уже. Беда.

— Может, Вася? — Коля напрягся, пытаясь вычислить возможного конкурента в борьбе за полезное знакомство. — Похоже, он. Уволился. Запил.

— Да бог с ним! — Олег как отрезал все прошлое. — Жить-то надо. Помоги. Достань ключ. В долгу не останусь.

— Ну, ты того, озадачил. Взять могу, но ведь надо вернуть.

— Так ты мне на пару часов достань. Я дубликат сделаю.

— Ну, оно-то можно. Но не сегодня уже. Куда мне такому идти на работу. — Коля пошатнулся, и Олег понял, что идти ему сегодня уже нельзя.

— Так я, может, завтра подбегу? Ты же работаешь в субботу?

— Да мы все работаем. Ты лучше скажи, какая квартира, я занесу. — Коля протянул стаканчик, показывая готовность выпить за здоровье друга. Закусывать он не стал, задымив дешевой сигаретой.

— Пятьдесят четвертая. — Мысленно Олег сказал себе спасибо за внимательность, которая помогла запомнить номер квартиры Светланы Ивановны. — Только я же тоже на работе буду. Что я жене придумаю?

— Ладно. Завтра в это же время сюда подходи. Вынесу на час. Только это, — Коля стал еще серьезней, — вопрос серьезный. Ответственность я беру на себя большую.

— Да я ж понимаю. — Олег развел руки, демонстрируя ширину своей души. — С меня поляна.

— Ну, что ж не помочь хорошему человеку. Только смотри, аккуратно. Слух пошел, что на чердаке бомжи живут. Не попадись под руку нашей начальнице. Она обещала инспекцию устроить как-нибудь.

— А что ее уже устраивать? Они туда не попадут. Законопатили не дай бог как.

— Вот и я о том же. А ей неймется. Говорит, жалоба была.

— Тогда завтра подойду перед обедом? — Олег протянул руку.

— Давай.

«Все решилось куда проще, чем казалось с самого начала. Завтра я все получу, вот только сегодня надо где-то перекантоваться. Ничего, что-нибудь придумаю, — Олег почти бежал на работу, не оборачиваясь и не замечая никого вокруг. — Денег почти нет, вот что плохо, — досада проскочила почти незаметно, добавив новую тревогу. — Если завтра он не сможет сделать ключ, то и к Мамаю попасть не получится никак. Время! Черт возьми! Почему оно так быстро летит. Надо бы поработать, чуть-чуть осталось. Собраться надо. Последний рывок. Но как?! Куда? Ведь знал, что делать, план был, а сейчас как заморозило. Я же уже все придумал, а выходит, что ошибся. Или не ошибся? Тогда что сейчас? В любом случае сначала ключ, потом что-нибудь придумается само».

Рабочий день закончился, Олег растерянно сидел на скамейке, перебирая варианты, но так и не находил выхода из сложившегося положения. Пару часов назад забежала Настя, абсолютно счастливая, и было очень приятно видеть, что, наконец, у нее появился смысл жизни. Все же молодец этот адвокат — помог. Теперь можно быть спокойным. Они обещали забрать его к себе, когда получат общежитие, — глупые. Не выйдет. Он и сам не пойдет, да и ни к чему говорить о том, что невозможно в принципе. Они молоды, вся жизнь впереди, им надо. А ему уже все равно, так стоит ли переживать из-за того, что негде ночевать? На самом деле, можно было придумать тысячу вариантов, но сейчас задача сводилась лишь к тому, чтобы пережить одну ночь, а это совсем не сложно. Олег провел по подбородку рукой, отметив, что завтра щетина будет иметь отчетливый и неприглядный вид. Сейчас было жаль себя, как никогда. Жизнь прошла, а что он мог вспомнить? Бездарная юность, потраченная на глупые мечты и ошибки, которые так и не превратились в опыт. Зона, ставшая черным пятном на большей части его существования. Романтика, о которой столько пишут и рассказывают, оказалась обычным враньем. Книги. Лишь они остались с ним, и только они могли помочь пережить остаток бесполезной жизни, даря надежду на то, что для чего-то он был нужен на этой земле. Именно в них он пытался прожить ту жизнь, которая могла бы быть и которая заставляет задуматься о том, что ничего не происходит зря. Так ли это? Кто знает. Впрочем, если быть откровенным, не знает о жизни никто и ничего, даже если убежден, что это не так. А тот, кто, может быть, знает, никогда не расскажет правду. Потому что смысла, может быть, никакого и нет. Есть просто жизнь и черная дыра, которая где-то откроется, решив все проблемы. Но как же не хочется верить в то, что лишь пустота ждет впереди, и все терзания, все стремления — лишь мирская суета, которая бестолкова и никому не нужна.

— Что сидишь? — Тарас появился как из-под земли со своей спутницей, всем видом давая понять, что сейчас у них полная идиллия в личной жизни.

— Скучаешь? — Марта участливо присела рядом под ревнивым взглядом своего ухажера. — А мы на днюху идем. Там хата нарисовалась подходящая, и еще не очень известная. Пошли с нами.

— Только если у тебя есть что. — Тарас посмотрел на подругу с легким предубеждением.

Олег прикинул, сколько осталось денег, и с учетом того, что спать было негде, решил, что это сама судьба послала ему старых знакомых.

— Есть, пошли.

Закупились они на точке — магазин был и дорог, и считался слишком большой роскошью. С учетом того, что ни у Марты, ни у Тараса денег не было вообще, Олег на их фоне выглядел просто богачом. Рассматривая содержимое пакета, Тарас довольно подвел итог:

— Ништяк. Мы будем сегодня козырными гостями. Двухкомнатная квартира имела еще не самый ужасный вид, но первая волна не самых аккуратных (мягко говоря) гостей успела оставить следы опустошения. Исчезли хоть сколько-нибудь ценные вещи, что угадывалось по пустотам на полках шкафов, а среди гор пустых бутылок, окурков, мусора и грязных тарелок найти островок чистоты уже было сложно. Но еще было что-то, что оставляло маленькую надежду на спасение. Ведь завтра об этой квартире будет знать весь район, и выпроводить этих гостей будет не просто сложно, а почти невозможно, как и вернуться к нормальной жизни. Впрочем, все присутствующие считали себя более чем нормальными и загрызли бы любого, кто попытался бы доказать обратное. Хозяйка, которая и была именинница, радушно встретила их в зале. Она пьяно поднялась с дивана, бросаясь к Марте с объятиями:

— Подруга моя золотая! Я так уже соскучилась. А что это за красавчик с вами? Лиза. — Она картинно протянула Олегу руку.

— Олег. — Он осмотрелся вокруг, уже жалея, что согласился на предложение.

— О Шапир! Какими судьбами? — Тип, появившийся из кухни, был старым знакомым, с которым они не были ни друзьями, ни врагами. — Это, Лизуня, Шапир! — Он повис на Олеге с объятиями. — Это легенда! Это человек, можно сказать, с того света. Ты смотри, — он вдруг стал серьезным, — это моя любовь, не думай даже.

— Привет, Цапля. — Олег отстранился от всех этих бурных объяснений в любви. — Поверь, даже мысли не было. Береги ее и дай вам Бог счастья в наше нелегкое время. — Ерничать не хотелось, но получилось само собой.