Все, что останется - Калинин Сергей

— Звучит обнадеживающе. Вот уж не думала, что получится такая детективная история.

Ситуация, когда обед оплачивает женщина, была для Роберта из разряда невозможных. Он наблюдал, как Метелина бегло взглянула на счет и быстро отсчитала деньги.

— Что смущает? — Она заметила пристальный взгляд Роберта. — У нас деловая встреча, а потому платит тот, кто приглашает. Нормальная практика, и не нужно смотреть на меня, как на старую каргу, которая обхаживает мужчину.

— Со старой согласиться не могу, а все остальное понимаю, только все равно что-то не так.

— Что такое? Мужчина боится, что его сочтут альфонсом? — Прозвучали игривые нотки, красноречиво говорящие о том, что тревоги двадцати минут назад забыты. Ну, или практически забыты, как показалось Роберту. — Не переживай. Сейчас на такие мелочи уже никто не обращает внимания.

— Я всегда знал, что старомоден.

Засиживаться времени не было ни у кого, а потому разбежались быстро, прощаясь уже на бегу. Роберт спешил на встречу с Настей, надеясь, что ее ситуация понятна и там он справится быстро. Она уже ждала в офисе, вскочив как школьница при его появлении. Маринка устроилась за столом рядом с Машей и что-то рисовала, увлекшись своим занятием настолько, что не замечала никого вокруг.

— Итак, на чем мы остановились. — Роберт сел за стол.

— Я нашла работу, и у них есть общежитие. Мне сказали, что возьмут на работу с пропиской, и даже есть заявление подписанное. Вот только в общежитие возьмут только тогда, когда я на работу устроюсь. — Настя развела руками. — И что мне делать?

— Бог мой, да ничего! Поехали. Будем ко мне прописываться. А то времени кучу убьем, и работу не получишь, и общежитие потеряешь. — Признаться, Роберт и сам не знал, как быстро все сделать. Все было просто на бумаге, но путь решения проблемы был таким тернистым, что можно было еще месяц ходить по кабинетам, ничего не добившись. — Сегодня все сделаем. Поехали.

Пришлось докупить к шампанскому и конфетам канцелярских принадлежностей и пачку писчей бумаги, свозить паспортистку в управление, но через два часа в паспорте Насти красовалась заветная печать с адресом Роберта.

— Поздравляю, теперь мы родственники. — Он протянул документ Насте, которая сконфуженно теребила замок сумочки. — Завтра же устраивайся на работу. У тебя же почти на полтора месяца квартира оплачена, так что до того времени нужно решить проблему с общагой. Эта задача уже проще. Так что не теряйся. Позволить тебе пропасть я теперь не имею права.

— Спасибо вам большое. Я не обременю. Мне сказали в администрации, что направление в общежитие дадут.

— Ну и хорошо. Если будут тянуть, звони сразу же. Будем думать. Странное состояние — день суеты, а результата нет практически никакого. Вечером предстоял разговор с женой по поводу новых жильцов квартиры, причем отнести его к разряду приятных было бы слишком оптимистично. Как-то на глаза попалась фраза: «Не нужно заниматься тем, что не приносит денег, потому что это, скорее всего, никому не нужно». Сегодняшний день не принес ничего, но разве все, что он сделал, никому не нужно? Однако смысл в сказанном есть, если говорить о работе или, например, творчестве. Если никто не покупает твои услуги, товары, песни или книги — значит, пора подумать о том, почему это происходит. Но не стоит думать, что каждый поступок или вещь должны иметь денежный эквивалент. Есть шанс, что просто не пришло время.

Подъезжая к дому, Роберт понял, что чуть побаивается реакции Оли. Рассказывать душещипательную историю девочки, у которой ничего не складывается в жизни, было слишком прозаично и больше напоминало сказки старого холостяка, чего хотелось меньше всего. Но, к удивлению, все сложилось более чем хорошо.

— И что это сегодня было? — Оля задумчиво смотрела в окно. Собирался дождь, и за окном потемнело неожиданно рано.

— Это временно. Буквально пару месяцев. Она и сама еще ребенок, а у нее еще и дочка на руках, работы нет, а без прописки не берут. Грустная история, но решаема. Нельзя просто так бросить человека.

— Кто бы нам помог. — Оля сказала, словно ни к кому не обращаясь. — Вы теперь будете вдвоем всем помогать в своей конторе?

— Мам, а ты считаешь, что лучше пройти мимо? — Матвей оторвался от экрана ноутбука. — Я смотрел сегодня, как живут люди, какие проблемы, и они не сдаются. Их много, они никому не нужны, но они живут. Это очень тяжело быть сильным тогда, когда сил нет никаких. Папа прав, мы же ничего не теряем, а человеку мы поможем. Оно все возвращается.

— Возвращается. — Оля втайне была рада, что у сына появился хоть какой-то интерес. — Только не приходит оно к нам.

— А с чего приходить? — Матвей был не похож сам на себя, и Роберт удивлялся неожиданной перемене в сыне. — Мы же ничего не делаем.

— Ладно. Это не проблема. Я сегодня написал заявление на увольнение. Шаганович уже позвонил, но, знаете, даже не уговаривал. Да оно и понятно, свято место пусто не бывает. Вакансия не плоха, достойных много. Так что «Рубикон перейден, жребий брошен». — Роберт пытался делать вид, что все отлично, хотя понимал, что перемены всегда несут новые переживания.

— Только вот ты не Цезарь, а мы не в Риме. Ладно, других вариантов все равно уже нет. — Оля обвела взглядом комнату. — Не забудь, в выходные мы уезжаем.

Неожиданно в окно резко ударил порыв ветра, и крупные капли дождя наполнили дом ровным гулом, словно падающим с крыши и растекающимся вокруг. Роберт закрыл глаза, вслушиваясь в бушующую за окном стихию. Настольная лампа освещала лишь стол. В тетради мелким почерком были отмечены основные тезисы и те вопросы, которые требовали изучения. Музыка на компьютере играла чуть слышно, а экран погас, «уснув» вместе с потерявшим нить мысли хозяином. Столько лет он что-то пытался искать, придумывая себе новые цели и задачи. Столько раз ничего не получалось, но он не сдавался, стараясь находить новые стимулы и веря в то, что однажды получится. Кажется, что вот-вот что-то начинает получаться, но ведь все так зыбко, и нет никакой уверенности. Почему же нет чувства, что он все делает верно? Он знал ответ, но признаваться даже себе не хотелось. Завтра он проснется и привычно улыбнется новому дню. А эту минутную слабость он себе простит. Кто обещал, что будет просто? Не он первый, не он последний.

Глава 35

— Мне нужно на пару часов отлучиться. — Олег подошел к Тимуру перед обедом.

— Алэг, куда? Я тэбэ дэнэг добавил. Работать нада.

— Добавил — это не значит, что я тебе по гроб должен. Отдал то, что я заслужил. А раз мне нужно, значит нужно. — Олег понимал, что начинает выходить из себя. — Я что, каждый день убегаю?

— Иды. — Тимур обессиленно махнул рукой. Спорить с Олегом у него не получалось, но ведь и работник он был хороший: безотказный, быстрый, аккуратный. Да и умел многое. И по электрике, и сантехнику мог починить — что тут скажешь?

Утром Олег пытался подождать у домоуправления кого-нибудь из ремонтников, но, как назло, они начинали в девять, а ему уже пора было бежать. Сейчас нужно придумать, как попасть на чердак, причем сделать это без посторонних, что выглядело не самой простой задачей. Он сел на скамейку недалеко от ЖЭУ, присматриваясь к работникам, выходящим из дверей. Наконец, появился тот, кто привлек его внимание и подходил под те требования, которые он себе нарисовал. Мужичку было под пятьдесят, маленький, худощавый, с лицом, несущим последствия тяжелого вчерашнего дня. Чемоданчик, с которым лет тридцать назад ходили в баню любители «поддать парку», выглядел настоящим раритетом. Он не спеша шел, понурив голову и разговаривая сам с собой. Олег с первого взгляда определил, что кандидатура самая подходящая, и оставалось определиться, с чего начать разговор:

— Мужик, помоги. — Он решил, что нужно брать «быка за рога», тем более в голову пришла идея. Олег даже усмехнулся. Еще с института он знал, что самые лучшие мысли приходят к нему в последний момент, когда времени на обдумывание не остается. — Ей-богу, ситуация бредовее не придумать. Я заплачу. — Последняя фраза заставила работника домоуправления остановиться, и на лице мелькнул явный интерес.