Неуловимая невеста лорда и канцлера
Таша Тонева
1. Долг
— Не артачься, дочь. Я уже подписал брачный договор. Ты станешь женой лорда Храминга, — равнодушно роняет отец, не отрывая задумчивого взгляда от бокала с рубиновым вином в своей руке.
Сначала мне кажется, что я ослышалась. Потом смысл его фразы доходит оглушительным ударом по голове. И я стою посреди библиотеки, совершенно потерянная в пространстве, ощущая, как пол уходит из-под ног.
— Что? — вырывается у меня, и голос предательски дрожит от возмущения и ужаса. — Уже подписал? — срывается у меня голос.
Лорд Храминг. Неприятный, отталкивающий образ всплывает в сознании: холодные, рыбьи глаза, влажные ладони, которыми он пытался удержать мою руку, когда целовал ее в прошлый свой визит к нам и тяжёлый запах дорогих духов, не способный скрыть его гнилой запах.
Ему под семьдесят. Конечно, как маг, он не выглядит на эти годы и проживет вдвое больше обычных людей, но…
Мне — всего девятнадцать. Огромная разница и огромное отвращение к этому странному выбору родителей. Отец точно в своем уме? Может этот Храминг околдовал его.
Я с надеждой смотрю на маму, но ее взгляд такой же непреклонный и решительный, как у отца.
— Эльга, как ты можешь так себя вести? Ты ведь знаешь наше положение! — визгливо напоминает она, вскакивая с кресла.
Её лицо, обычно тщательно напудренное и бесстрастное, искажено гримасой раздражения.
— Лорд Храминг берет тебя в жены даже без приданого! Это же дар судьбы! — уже угрожает мама, надвигаясь на меня.
Ее бездушные резкие слова обжигают, как пощечина.
Наше положение… Но почему я должна расплачиваться за ошибки своих родных? Почему я одна? Это ведь результат их же безрассудства.
Сначала Кири, моя младшая сестра, забеременела от какого-то проходимца-офицера, а родители чтобы скрыть позор и поскорее выдать её замуж, переписали на неё наш родовой дом — единственное, что ещё имело хоть какую-то ценность.
Так мама рассчитывала уломать того мерзавца взять Кири в жены. Расчет сработал. Теперь счастливая Кирия готовится к свадьбе, а мой отец на радостях сел играть с будущим зятем в карты и проиграл ему остатки наших сбережений.
Об этом я узнала только что, вернувшись домой из академии на выходные.
И вот теперь я одна должна расплачиваться за все их ошибки. Выйдя замуж за мерзкого Храминга. Именно он обещал отцу помочь закрыть его долги и разобраться с остальными расписками.
Лорд Храминг держал известную адвокатскую контору и имел солидный доход. Для кого-то, возможно, он и был бы весьма выгодной партией, но только не для меня!
Ведь, помимо всего прочего, отец обещал ему мой дар!
Не знаю зачем он лорду, но мне уже было озвучено это его требование. Магический дар он заберет в первую брачную ночь. Меня невольно затошнило от нового приступа омерзения…
Но родителям было очевидно наплевать. Кроме счастья Кири их сейчас ничто не волновало.
— Я не выйду за него замуж, — сквозь злые слезы отвечаю я, сжимая кулаки. — Я учусь в академии. У меня есть хороший потенциал! Так все преподаватели говорят! Я не могу всё бросить! Пусть Кири за него выходит, раз лорду вдруг так потребовалась жена.
— Ты в своем уме? Какая учеба, Эльга? — фыркает отец, наливая себе ещё вина.
Его равнодушие почему-то ранит больнее, чем мамины истерики.
— Твои жалкие фокусы никому не нужны, дочь. Ты должна, наконец, подумать о семье. Ты старшая. Мы вырастили тебя. Это твой долг теперь — позаботиться о родителях и младшей сестре, — с пафосом заявляет он.
— Но ведь есть другие пути! Я готова помогать. Мы выплатим тот долг, но чуть позже. Я могу отдавать вам не половину, а всю стипендию, подрабатывать транскрипцией свитков…
— Хватит! — резко обрывает меня мать. — Я всегда знала, что ты жуткая эгоистка, Эльга! Думаешь только о себе и своей прихоти! А мы на краю пропасти!
Дверь в библиотеку со скрипом открывается, и на пороге появляется Кири. Она уже освоила роль несчастной жертвы до совершенства: глаза полны слез, дрожащие ладони сложены на едва заметном ещё животике. Её белокурые локоны обрамляют бледное личико. Слабая и невинная…
Младшая сестра, которую я обязана была всегда защищать и заботиться о ней. С самого детства мне это твердили, чуть ли не каждый день. Ты должна, Эльга. Ты старшая.
Но разница у нас с Кири всего один год!
— Я всё слышала, — тихим надтреснутым шепотом произносит она. — Эльга, пожалуйста... Подумай о моём малыше. Разве ты не хочешь быть доброй тётей для своего племянника? Ему нужна респектабельная семья, а не жизнь в нищете и позоре.
Я смотрю на неё и вижу не сестру, а актрису, играющую свою главную роль. Она знает, как давить на жалость. Всегда знала и всегда этим пользовалась.
— Я хочу тебе помочь, Кири, но не такой ценой! — пытаюсь я возразить. — Продать себя в брак с этим... этим… Неужели тебе хочется от меня именно такой жертвы?
— Так значит, ты отказываешься нам помочь? — перебивает она, и её голос становится таким же визгливым как у мамы. — Ты хочешь, чтобы мой ребёнок родился изгоем? Чтобы я осталась на улице? Я твоя сестра!
С этими словами она издает душераздирающий стон, подносит руку ко лбу и картинно, медленно, как в плохой театральной постановке, опускается на пол. Её платье живописно расползается по ковру.
— Кирия! Дочка! — взвизгивает мать, бросаясь к ней. — Что ты с ней сделала! — кидает она мне обвиняющий взгляд, полный упрека.
Отец тяжело вздыхает и отставляет бокал.
— Всё решено, Эльга. Договор подписан. Ты выйдешь за лорда Храминга, когда он назначит свадьбу. Твои мечты о карьере мага — просто детские фантазии. Мы потакали им, пока была такая возможность. Пора стать взрослой и выполнить свой долг ради семьи.
Я стою, буквально парализованная всей этой ситуацией и их поведением. Смотрю на эту сцену будто со стороны, как на плохой дешевый спектакль.
Вот сестра, лежащая в искусственном обмороке, мать, рыдающая над ней, и отец, буравящий меня холодным, тяжелым взглядом. В груди разливается ледяное ожесточение. Они видят во мне только должницу, которая должна принести себя в жертву их интересам.
Жертва? Возможно. Но у меня ещё есть время. Храминг, по всей видимости, еще не назначил точную дату свадьбы. А я не намерена принимать свою судьбу так же покорно, как они хотят от меня.
Раз родные отвернулись, то я буду действовать сама.
Не говоря ни слова, я разворачиваюсь и выхожу из библиотеки, плотно прикрыв за собой дверь. За спиной я слышу причитания матери.
— Бедная моя девочка, что с тобой сделала эта жестокая Эльга…
Но их голоса уже кажутся далёкими и какими-то чужими. В ушах же звенит только одна мысль, ясная и чёткая, как магическое заклинание.
Я не буду его женой. Не отдам свой дар. Я должна помешать этому.
2. Сестры
Я захлопнула дверь своей комнаты, прислонилась к прохладному дереву и обреченно закрыла глаза, пытаясь заглушить гул в ушах.
Вот и узнала новости, Эль. Хоть совсем в академию перебирайся, чтобы дома не бывать. Я с тоской оглядела свою любимую комнату. Мой единственный островок спокойствия в этом безумном доме. Был…
А сейчас и на него покушались, пытаясь вышвырнуть меня прямиком в объятия того… монстра.
Слова отца все еще жгли мозг. Ты станешь женой лорда Храминга… Договор подписан… Мы вырастили тебя. Это твой долг.
Долг.
Слово-петля. Слово-кандалы.
Сколько себя помню, я всегда была почему-то должна. Должна, как старшая сестра, теперь как дочь.
Должна, должна, должна…
Я оттолкнулась от двери и подошла к окну, бездумно глядя на темнеющий сад за ним.
Да, они вырастили меня. Кормили, одевали, обували, дали образование.
Но разве любовь должна быть такой холодной, расчетливой, условной?
