Annotation
Поступая в магическую Академию, я твёрдо помнила, что мне нельзя влипать в неприятности. Но Александр Рид Хейз — выпускник факультета боевых искусств, сам по себе ходячая неприятность. Прилип так, что не отвяжешься.
Какие ещё нити судьбы? И почему на моих запястьях тогда нет никаких нитей, зато появились кандалы?! Тьфу ты, брачные браслеты
Я же говорила, мне не нужны никакие неприятности!
Хотя на этом они, кажется, только начинаются.
Книга 3
Дарья Коваль
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Конец ознакомительного фрагмента.
Дарья Коваль
Старшая кровь в Академии Крылатых. Теория выживания
Глава 1
Городская крепость, возвышающаяся над столицей, словно страж времён, представляла собой грандиозное сооружение, восхищающее своей мощью и величием. Четыре массивные башни, увенчанные зубчатыми карнизами, стремились к небу как стальные пики, охраняющие город от незваных гостей. В их окнах ярко мерцал свет факелов, разгоняющий ночную мглу. Башни соединялись между собой крепкими стенами, и рельефными изображениями гербов каждого из родов-основателей, символизируя единое могущество империи Шаардан.
Но впечатление от величественных видов быстро померкло, едва я оказалась внутри, на самом нижнем из уровней крепости, в подземелье…
Там оказалось гораздо темнее. И холоднее. Меньше воздуха. Четыре стража из городского патруля вели меня вдоль длинного узкого коридора, часть стен которого заменяли массивные прутья из трансмутировавшей триллиевой руды, по другую сторону которых были камеры для заключённых. Многие из них оставались пустыми. А в другие не получалось так быстро заглянуть. Последнее я осознала не сразу, но их обитатели слишком успешно забивались в самые дальние и тёмные углы, словно не желали, чтоб их кто-нибудь увидел. Почему? Я не знала. А единственная догадка не понравилась мне настолько, что я не захотела озвучивать её даже для самой себя.
— Где мои друзья? — обратилась к одному из четырёх стражей, что шагал рядом со мной молчаливой грозной тенью, закутанной в плащ, увенчанный отличительным знаком власти. — Их вы тоже сюда приведёте?
Он промолчал. Только поджал губы. Зато ответил другой.
— Непременно, — послышалось за моей спиной.
Голос звучал снисходительно-небрежно, но я не стала зацикливаться на таких мелочах, моментально обернулась.
— Когда? — поинтересовалась у того единственного, кто заговорил со мной, с тех пор как на меня нацепили сдерживающие наручи, а потом втолкнули в переливающийся всеми цветами радуги переход, отделив от Ксандра и остальных.
Я почти сразу пожалела о своём любопытстве — как только прутья из трансмутировавшей триллиевой руды по бокам от нас сменились на глухие узкие двери из того же непробиваемого сплава, а из-за одной из них донёсся душераздирающий человеческий вопль, полный страдания и боли. Тогда же сквозь очередную снисходительно-небрежную усмешку страж ответил:
— О, ты непременно услышишь их, когда они будут здесь.
Намёк оказался настолько прозрачным, что невозможно было его не понять. У меня всё внутри похолодело и сжалось. Тем более что вопли стали громче. Что хуже всего…
— Не разговаривай с ней, — пресёк нашу беседу тот самый страж, к которому я изначально обратилась.
— Да что она мне сделает? — хмыкнул на это второй. — Нас четверо, она одна. И на ней блокиратор.
— С каких пор для таких, как она, это стало реальной преградой? — мрачно отозвался его собеседник. — Сбежать не сбежит, но твоя шея вполне может пострадать. Или ты уже забыл, что она сотворила со вторым и третьим уровнями ратуши? — добавил ядовито.
Так и подмывало уточнить, что значит «для таких, как она» и просветить их насчёт того, что второй и третий уровни мэрии попортила вовсе не я, а Серафина. Ладно, не совсем одна Серафина. Я ко всему этому слегка, но тоже причастна. Да и то, наверное, лёд уже начал таять, к утру и следа не останется от моего выплеска чистой силы, разве что пара-другая луж и сырость. К тому же я в любом случае им ни о том, ни о другом не сказала. И не только потому, что о первом вопросе жалела до сих пор, а также помнила, что Ксандр велел не рассказывать им ни о чём, лишь настаивать на встрече с Седриком Хейзом.
Наш путь завершился.
Мы остановились перед самой последней дверью в конце коридора. Перед ней дежурили ещё двое стражей. А сама дверь была распахнута настежь. Внутри помещения имелся один-единственный стул, и ничего больше. Никаких инструментов для пыток или залитого кровью пола я не увидела, но это ничуть не сбавило нарастающее внутри меня напряжение. Наоборот. А всё потому, что, помимо стула, к которому привязывали специальными узлами, я заметила кое-что ещё. Если снаружи дверь была из трансмутировавшей триллиевой руды, то внутреннюю поверхность полотна покрывал… янтарь. Янтарь, служащий основой для многих амулетов и артефактов, защищающих своих носителей от биоэнергетического воздействия. Янтарь, способный поглотить даже самое мощное ментальное воздействие. Янтарь, покрывающий здесь не только дверь, но и стены, потолок и даже один из слоёв пола. Янтарь, который прямо свидетельствовал о том, что…
— Передача задержанной для проведения ментального допроса, заочное разрешение номер семнадцать — восемь — восемь — сорок два, — сухо проговорил один из стражей рядом со мной, обратившись к тем, что дежурили у двери в янтарную камеру.
В тот же миг на его раскрытой ладони вспыхнуло пламя, из которого возник свиток, который он передал.
— Да, нас предупредили. Лорд-командующий прибудет в течение часа, — сверившись с информацией в свитке, скупо кивнул тот, что стоял слева от входа в место, где собирались как следует поджарить мой мозг.
И если в самом начале, едва ступив в этот коридор, я почувствовала страх, то теперь мне стало откровенно жутко и дурно аж до тошноты. Я застряла перед проёмом, в который ни один здравый человек не возжелал бы добровольно зайти, и не сдвинулась с места, даже когда один из стражей поторопил меня жестом.
— Нет, — замотала я головой. — Лорд-командующий не может подвергнуть ментальному допросу ни одного из Даркрэ`Аш без личного разрешения сюзерена, а его не получить без главы тайной канцелярии.
Ксандр был абсолютно уверен в своей правоте, и я ему тоже верила. Он не мог ошибиться. Только не в этом. В противном случае он бы ни за что меня так легко не отпустил. Это я тоже знала.
Но почему они так не считали? Не могли же законы империи поменяться за какой-то час? Или таким образом они просто запугивали меня, чтоб я сдалась и добровольно им всё рассказала под угрозой участи провести остатки своих дней в виде безвольного овоща с промытыми мозгами? Все знают, чем глубже вторжение в человеческий разум, тем хуже последствия, многие из них необратимы.
Что ж, если так, у них это превосходно получалось!
Тем более что…
— Верно. Тут ты права. Была бы. Если бы законы империи распространялись на врагов империи, — желчно ухмыльнулся тот самый страж, который обещал, что я услышу, когда мои друзья окажутся на этом уровне.
— Врагов империи? — переспросила непонимающе.
В качестве ответа меня всё же пихнули в поясницу, чтобы я инстинктивно сделала шаг. Я вошла внутрь, а ещё через несколько секунд оказалась усажена на единственный имеющийся в камере для ментального допроса стул. Только после этого всё тот же страж соизволил сообщить:
— Не знаю, в самом ли деле ты не понимаешь, что происходит, или же притворяешься, но на тебе красная метка. Поисковая сеть идентифицировала следы применения заклинания высшей категории на твоей ауре, девочка. Такие подвластны магистрам при наличии у них нужного количества накопителей, дающих дополнительный резерв силы, или же архимагам. Но ты не магистр и не архимаг, да и никаких накопителей при тебе найдено не было. — Он выдержал паузу, но в моей ответной реакции не нуждался и тут же продолжил: — А все мы знаем, что если не архимаг, то столь внушительный резерв силы бывает только у… — не договорил, вместо окончания фразы многозначительно посмотрел на меня.
