Рыжая Акула для черного ворона (СИ) - Леденцовская Анна

Проснувшись, Варника, видимо, услышала, что внизу, в кухне, веселятся. Разъярившись, что ее, больную и несчастную, опять бросили без помощи и совершенно игнорируют, женщина помчалась ставить на место чему-то радующихся бессердечных мерзавок.

— Ах вы...

Встрепанная и слегка опухшая от целительного сна белобрыска влетела в самый разгар пиршественного чревоугодия и от представшего ее глазам изобилия словно наткнулась на стену. Она застыла, подавившись рвущимися наружу ругательствами, с раскрытым ртом и выпученными глазами, в нелепом приседе, словно собралась отплясывать что-то русское народное с коленцами и выходом типа камаринской.

Присутствующие, обернувшиеся на вошедшую, тоже разом смолкли.

Руи, в этот момент отрывавшая аппетитную ножку от зажаренной до хрусткой золотистой корочки птички, выпустила из рук тушку, и та, оскорбленная таким пренебрежением, с сочным шмяком приземлилась в запеченный паштет из дичи.

У Жильки на остреньком носике собрался целый сугробик из желтоватого крема с пирожного, которое она как раз пыталась впихнуть в рот целиком, а Литеша щеголяла шикарными белоснежными усами из сливочной пенки-мусса, украшавшего ее кружку с горячим шоколадом.

К большому сожалению Акуличевой, плясать блондинка не стала, не стала даже петь.

Придя в себя и совершенно игнорируя двух мужчин, находящихся в гостях, Варника с жадностью кинулась к накрытому столу, костеря подружек-соседушек на чем свет стоит. Обещая жаловаться, обвиняя в воровстве и бог знает еще в каких прегрешениях всех и вся, дамочка в выражениях не стеснялась.

Иногда Алине казалось, что у этой молодой еще тетки не все дома. Что, попав в этот мир, она под гнетом обстоятельств чуток свихнулась. Нет, не настолько, чтобы стать совсем-совсем сумасшедшей, но вполне достаточно, чтобы вести себя вызывающе и не вполне адекватно, при этом совершенно не задумываясь о последствиях своих поступков.

Только сюрпризы не заставили себя ждать. Первое же схваченное «больной» пирожное испарилось из ее рук, словно его и не было.

— Это что? Это мираж? Вы меня с ума свести решили? Наглые жадные твари! Отдай! — Женщина вырвала у Литеши кружку, чтобы торопливо отхлебнуть чужого сладкого напитка, и тут же выплюнула его, забрызгав подол своей юбки.

Вместо шоколада в отобранной ею кружке плескался бульончик с блестящими золотистыми кружочками растаявшего жирка и мелко нарубленной зеленью.

— Мамзель, я же ясно вам сказал, — строгий голос Эйти-бейна с трудом доходил до несчастной, пытающейся схватить со стола еще какое-нибудь лакомство поаппетитнее, — даже не пытайтесь. Только бульон и овощи ближайшие дни.

Встав с места, мужчина пошел к ней вокруг стола, пытаясь донести до Варники объяснение происходящего:

— Я все же целитель высшей категории, а пациенты не всегда послушно выполняют предписания, а потом обвиняют в ухудшении здоровья своего лекаря. Руны на ваших руках исчезнут, как только ваш организм пойдет на поправку, а пока не портите еду. Возьмите вот соте, в трактире «Крылья Дресна» мамаша Пуэ прекрасно его готовит. Специи выписываются аж из-за Жуонских хребтов.

Мужчина совершенно не принял во внимание пакостный характер пациентки. Осознав, что вкусности ей недоступны, а руны на руках превращают их в совершенно другие продукты, Варника обозлилась еще сильнее и решила испортить пиршество остальным.

Вреднючая тетка заметалась вокруг стола спятившей мухой, стремясь перелапать все, до чего только могла дотянуться.

Не учла она лишь одного. Господин Махторкис, из-под носа у которого дамочка выдернула кусок пирога с мясной начинкой, превратив его в здоровенный печеный корнеплод, похожий на брюкву, сердито нахмурился и активировал один из артефактов обездвиживания. Такие использовались для строгих допросов потенциально опасных преступников.

Застыв скрюченной статуей с растопыренными, готовыми все хватать жадными пальцами и перекошенным лицом, Варника смотрела, как целитель с усмешкой достает из кармана артефактный приборчик из разноцветных переплетений нитей, металлических колечек и мелких сверкающих кристаллов. Помахав им перед носом злыдни, Эйти-бейн скучающим тоном профессора сообщил, что для предотвращения ущерба кондитерским и лавкам с недиетическими товарами от вынужденных соблюдать диету пациентов, впадающих в неадекват, магические артефакты обратного действия тоже предусмотрены.

Под просиявшими взглядами Жильки и Литеши он, красуясь перед дамами, вернул здоровенную ледяную вазу с замороженным фруктовым щербетом, который девчонки еще не успели попробовать. Для этих сладкоежек, перепачканных шоколадом и взбитыми сливками, полный пожилой мужчина в сиреневом одеянии на несколько мгновений почти превратился в прекрасного рыцаря в сияющих доспехах.

Впрочем, застывшая Варника целителя тоже заботила. Как предположила про себя Алина, в этом мире, видимо, существовало что-то вроде магической клятвы Гиппократа. С помощью Зайла женщину разогнули, усадив на стул с максимальным удобством, и Эйти-бейн собственноручно принялся маленькими порциями впихивать в нее полезный бульончик и разрекламированное им овощное соте. Выплюнуть еду блондинке не позволяли артефакты, и она, с ненавистью смотря на поедающих пирожные девушек, вынуждена была глотать прописанный ей рацион.

К слову, Алина из интереса попробовала кулинарный шедевр мамаши Пуэ и про себя отметила, что белобрысая гангрена зря выкобенивается. Овощи были прекрасно протушены, гармоничный аромат пряностей и легкий кисловато-сладко-острый вкус казались просто потрясающими. Особенно если вспомнить недавнюю приютскую кашку.

Сыскарь, благодарный дамам за щедрые комиссионные, был, видимо, готов не просто оправдать доверие попаданок, но еще и обеспечить им комфортное существование. Мужчина перед уходом отозвал Алину в сторонку и под клятвенное обещание вернуть выдал ей один из собственных артефактов ограниченного радиуса и сроков действия.

— Тут с десяток зарядов минут на десять каждый. Надеюсь, этого хватит, чтобы вправить мозги вашей товарке, — проинструктировал он. — До чего же противная баба, советую в случае положительного ответа от графа оставить ее здесь. Не сомневаюсь, что она найдет куда пристроиться.

Только вот сейчас, читая письмо, Алина понимала, что отделаться от Варники не выйдет. Его сиятельство не только взял приют под патронаж, но и организовал его переезд в свои владения.

Со дня на день, после улаживания всех формальностей с документами, должны были прибыть экипажи с сопровождающими. Даже в этом случае можно было бы попытаться избавиться от блондинки, к двуликим та не рвалась, презрительно морщась при упоминании оборотней. Но, как всегда, имелось одно но...

Граф Нейрандес оплачивал всем переезд, включая пособие на дорогу и новый гардероб. Сумма для покупки одежды была солидной. По-видимому, сиятельный лев мало представлял обычные расценки скромных магазинов дамского платья и мыслил категориями мастерских индивидуального пошива.

Варника такой случай прибарахлиться на халяву упускать не пожелала, справедливо полагая, что уехать потом в более привлекательное для себя место всегда успеет.

Вся жизненная подлость ситуации с письмом заключалась в том, что противная тетка обо всем узнала первой. Увидев в окно хорошо одетого симпатичного молодого мужчину, блондинка тут же оказалась в холле и открыла ему дверь. А получив письмо с графской печатью, сразу же его распечатала и, едва пробежав глазами по строчкам, развопилась на весь дом.

— Новый гардероб, пятьдесят золотых на новый гардероб! Мне?! А-а-а! Я уже согласна ехать. Когда мне дадут деньги? Кто будет ходить со мной по магазинам и носить мои покупки? — трещала она сорокой, вцепившись в посланника и небрежно засунув письмо в старую подставку для зонтов.

Сбежавшиеся на эти вопли обитательницы приюта тоже были шокированы суммами. Пособие выпускницы составляло десять золотых, и скромно жить на это можно было как минимум полгода.

Пока остальные отдирали Варнику от двуликого курьера, уже выпустившего в раздражении когти и стремительно обрастающего шерстью, Герти выудила документ и расфыркалась, поняв, в чем было дело.