Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность

Дальше пришел черед рекламы в соцсетях. Ника тонко настроила кампанию, и теперь объявление с призывом «Елена, отзовитесь!» показывалось всем жителям Кабардинки.

В итоге вот уже второй день реклама сжирала бюджет, не принося результата. По объявлениям кликали, переходили на сайт, но практически сразу его закрывали – в диджитал-маркетинге такое поведение потенциального клиента называлось «отказом». В норме количество отказов составляло двадцать-тридцать процентов от общего числа кликов, при более высоких цифрах стоило задуматься об эффективности кампании. Показатель шестьдесят процентов вопил о некомпетентности маркетолога.

В поисках Елены Ника достигла максимума – семьдесят два процента. На месте заказчика она бы давно саму себя уволила. Но дело было не в настройках кампании – все упиралось в скудность входных данных. Свидетельница знала о Нике так же мало, как и Ника о ней, поэтому приходилось цепляться за соломинку. К сожалению, идея не сработала. Алгоритм поисковых систем уже предупредил, что показы рекламы сокращены из-за низкой эффективности.

Ника злилась на себя за то, что не попросила скан паспорта Елены. Не записала ее фамилию, адрес. В кои-то веки отложила дела до понедельника, решив насладиться семейным вечером и помолвкой. Результат прилетел незамедлительно: контакт со свидетельницей утерян. Ее словно наказывали за попытку жить своей жизнью, словно требовали усвоить правило «Или-или». Нельзя делать сотню дел одновременно. Нельзя участвовать в судебном процессе, развивать агентство и готовиться к свадьбе! Если хватаешься за все сразу, то проигрываешь по всем фронтам. И что же теперь делать? От чего отказаться?

На экран выскочило сообщение от папы:

Ника открыла почту.

– Что за свинство!

Лежащая рядом Бафка дернула ухом, призывая хозяйку к порядку.

Значит, оператор связи им не поможет, и у адвоката в данной ситуации нет никаких рычагов давления. Будь на их месте Якут, ему бы мгновенно предоставили все необходимое, разве что уточнив, в каком виде уважаемый прокурор предпочитает данные: в электронном, в распечатке или, может, по старинке – факсом. И это называется состязательным процессом?! На бумаге стороны действуют на равных, но на деле – никаких полномочий у защиты нет, а адвокатский запрос по сути – фикция. Хочешь запрашивать информацию – пожалуйста! Никто не запрещает. Однако и отвечать никто не обязан. Ну и как в таком случае доказывать невиновность подсудимых?

– В следующий раз устроюсь помощницей прокурора, – проворчала Ника, поглаживая Бафку.

Серая любимица посапывала, не интересуясь ее проблемами. Однако рассуждения вслух натолкнули Нику на мысль:

– Хм-м, а это может сработать…

Она подключила стример к ноутбуку и послала видеовызов Кириллу. Да, адвокатский запрос не работает, но зато прокурору ответят! Значит, нужно зайти с другой стороны!

Спустя пару секунд Кирилл улыбнулся с экрана:

– Привет, любимая! Как самочувствие?

– Гораздо лучше. У тебя есть минутка?

– Конечно. Что нового?

Хороших новостей у Ники не было.

– Оператор связи вежливо послал папу, сославшись на закон о персональных данных. Толку от рекламы тоже нет.

– Понятно. – Кирилл откинулся на спинку кресла, поправив очки. Он сегодня работал в офисе «Царской трапезы». – Значит, вся надежда на заявление о розыске?

Ника скептически хмыкнула. В эту историю она тоже не верила. Папа подал заявление еще в понедельник, не преминув добавить: «Выдадут формальный ответ, и на этом все закончится». Сторона обвинения не была заинтересована в показаниях Елены, а потому сотрудники Следственного комитета едва ли проявят ретивость.

«По крайней мере, все это даст нам повод для апелляции, – объяснял папа. – Укажем на бездействие следователя и сможем обжаловать приговор. Если повезет, к тому времени найдем свидетельницу».

Однако он не озвучил самого главного: на апелляцию и новое судебное заседание уйдет год, если не больше. И все это время Сергей проведет в тюрьме.

– Я тут подумала, не будет ли наглостью попросить Леху о помощи? Вдруг он по своим каналам выбьет данные о номере Елены?

Кирилл задумался на секунду:

– Знаешь, мы с Лехой довольно давно дружим. Уверен, он скажет прямо, если я попрошу о невозможном. Так что стоит попробовать. Давай я прямо сейчас ему позвоню?

– Спасибо!

Попрощавшись с Кириллом, Ника закрыла глаза, мысленно взывая богиню правосудия к благосклонности. Должны же их усилия оправдаться! Или удача закончилась в тот момент, когда после показаний Альбины судья удовлетворила ходатайство о вызове новой свидетельницы? Папа попросил о продлении сроков, объяснив, что Елену нужно найти. Но Ханеш отказала. По ее мнению, у адвокатов было достаточно времени на подготовку к процессу.

Помогать с поисками свидетельницы она тоже не собиралась, это не входило в ее обязанности. Выписать повестку – пожалуйста! Вот только на чье имя и на какой адрес? Судью это не заботило. Разбираться с такими нюансами стороне защиты предстояло самостоятельно.

Ника смотрела на окно браузера, не представляя, что еще придумать. Поиск в интернете не сработал, реклама тоже, по официальным каналам они ничего не добились. Вся надежда на Леху. Других вариантов попросту нет.

Стример сообщил о входящем звонке. На этот раз по видеосвязи звонила Женек. Ника вспомнила о двух пропущенных вызовах и сообщении «Как будет минутка, перезвони». Но она так и не нашла той самой минутки.

– Черт!

Раньше получалось держать задачи в голове, теперь их стало слишком много. Хоть напоминалки ставь! Перед подругой было неудобно.

Ника приняла вызов:

– Привет, Жень! Прости, замоталась и не перезвонила.

– Привет! Я так и поняла. Бывает! В общем, на субботу ничего не планируй. Мы едем на девичник в Абрау!

Ника застыла, глядя на экран. Девичник?! Господи, как же не вовремя!

– Жень, а передвинуть нельзя? У меня столько дел…

– Нельзя! – отрезала подруга. – Ника, прекрати! Свадьба при хорошем раскладе случается раз в жизни! Ну что сейчас может быть важнее?

«Суд, поиски Елены, попытки вытащить Сергея из тюрьмы», – мысленно ответила Ника, но вслух произнесла:

– Ладно, я… подожди! Ты сказала в Абрау?

Как она туда доберется? Поездка по трассе на автобусе – это пытка! Далеко не то же самое, что прокатиться по городу на трамвае. В лучшем случае все закончится приступом паники, в худшем – Ника умрет от страха!

– Жень, я не смогу на автобусе, ты же знаешь, после той аварии я все еще боюсь…

– Никаких автобусов, не переживай! Я все продумала. Тебя Кирилл отвезет. С ним же тебе не страшно?

– Кирилл? – С ним действительно не было страшно. Точнее, не так страшно, как могло бы быть. – Ты позвала на девичник Кирилла?!

Женек звонко рассмеялась – аппараты не успели подстроиться, и металлический скрип резанул по ушам. Ника поморщилась, машинально касаясь уха. Через мгновение программа переключилась, звуки вернулись в норму, но осадок остался: будто по стеклу провели ножом.

– Все хорошо? – насторожилась подруга.

– Да, просто перебои с громкостью. Так что там с девичником и Кириллом?

– Я подумала, что будет здорово отметить девичник и мальчишник одновременно. У парней своя программа, у нас – своя. Вроде как отдельно, но при этом рядом. Кирилл тебя привезет, а потом доставит обратно. Будем купаться, загорать, пить шампанское и составлять для тебя дневник с пожеланиями.

– А кто еще приедет?

– Твоя мама и Света. Я с ними договорилась. Повеселимся в узком кругу.

– Света? Вы что, уже познакомились?

– Ну да, попросила ее телефон у Кирилла. До тебя же не достучишься.

– Прости, у меня нереальный завал. Не знаю, за что хвататься. Столько всего и сразу! Еще и заболела, три дня валялась с больным горлом. Суд в самом разгаре, а у нас свидетельница пропала, и я уже не представляю, где ее искать.