Капеллан: Цена Силы. Том II (СИ) - Нетт Евгений

Из-под края плотного мехового одеяла выглядывала моя рука. Не смертельно бледная, но выглядящая преотвратно из-за тянущихся по коже тёмных, уже высохших и ещё блестящих влагой линий, образующих весьма точную проекцию внутренней структуры энергетического тела.

Кое-где линии эти намеренно прерывались, и, сосредоточившись, я без труда почувствовал, что именно там расположены «запорные точки», лишающие меня возможности прикоснуться к собственной магии.

Её давно и надёжно перекрыли, дав «застояться» и «онеметь».

И если верить что старухе, что собственной логике — сделано это было не без причины. Я ведь и правда должен был сгореть после того боя, развалившись на части от перенапряжения. Слишком много тяжёлых нагрузок разом: Бур, зачистка крепости, ритуал, столкновение с координатором роя, бой с Сиваром — и везде я черпал магию так, словно у меня пять жизней в запасе…

Подавив стойкое желание прочистить горло, я аккуратно вернул голову в прежнее положение, закрыв глаза. Втянул носом пропитанный ароматами трав и горчинкой дыма воздух и аккуратно, готовясь к боли, начал поочерёдно шевелить конечностями уже куда основательнее.

Приподнял руки, ноги. Проверил суставы. Левой рукой, сокрытой ото входа в шатёр моим собственным телом, сложил несколько привычных жестов-триггеров. Тяжесть и нерасторопность ощущались, но не настолько сильно, насколько я ждал.

Варвары, кем бы они ни выглядели в глазах Ордена, многое знали о врачевании, раз уж я дожил до этого момента и пришёл в себя не обречённым на угасание инвалидом.

«Но их методы… чреваты проблемами в будущем» — промелькнула мысль одновременно с волной тепла, прокатившейся по рёбрам и ушедшей глубже, ко внутренним органам.

Черепа и кости, моя реакция на них, разговоры шамана и Изиды — всё указывало на то, что лечение шло и идёт не без помощи аспекта Смерти.

И даже если обособиться от того, что магическая доктрина Империи строго запрещает разделение Потока на составляющие, то Смерть — очень и очень специфический аспект. Специфический и опасный, а потому упоминающийся исключительно вскользь и только там, куда по каким-то причинам не добралось бдительное око архивариусов.

Иными словами, я имел грубое представление об основных стихийных аспектах, но вот о фундаментальных не знал практически ничего. При этом один из фундаменталов, вероятно, прочно осел в моём теле, и неведомо когда из него выветрится.

«И Орденские хранилища знаний мне не помощники — за такой интерес меня прикончат раньше, чем я успею что-то объяснить. И будут правы. Не говоря уже о том, что первая же проверка найдёт во мне характерные следы. Паршиво-то как…».

Любая магия имела пренеприятное свойство — накапливаться в объекте, на который она воздействует. К примеру, Вейра, исцеляя меня, за считанные дни «наследила» своей силой так, что я пользоваться магией мог только через боль и с большим трудом.

Будет ли эффект от шаманизма и ритуалистики варваров сравнимым в плане побочных эффектов?

При прочих равных — нет, да только я тут пролежал не неделю и не две, а намного больше. От месяца до трёх или даже четырёх в том случае, если течение времени в мире воспоминаний и иллюзий было замедленным, и я всё-таки «спал» вопреки видимой непрерывности восприятия.

Следовательно, Смерть, если её воздействие было значительным, плотно закрепилась в моём теле, и «застой» магии этому только поспособствовал.

«Вот только нормального человека, стоит признать, серьёзная обработка этим аспектом просто убила бы, а его накопление в теле привело бы к гниению и разложению. И… проклятье, как спать-то хочется. Определённо, магию лучше вообще не трогать, если я хочу бодрствовать хотя бы несколько часов в день» — под конец напряжённого мыслительного процесса я уже откровенно плыл, но всё равно успел расположиться на лежанке так, как было до моего пробуждения.

А стоило мне только расслабиться, как на сознание опустилась пелена блаженного забытья…

— Нет. — Ответ Лаэны Висс был резок и категоричен. — Ты остаёшься в ставке, Вейра. И это не обсуждается!

— Я — полноправный армейский маг, капеллан Висс. Боевой маг. Меня принял на службу воевода лично, и у вас нет причин чинить мне препятствия. Вам ведь всё равно нужны добровольцы, так почему бы не взять того, кто уже хорошо зарекомендовал себя?..

— Ты… — Висс начала резко, но замолчала на полуслове. Выдохнула устало. — Ты не боевой маг, Вейра Куорн. Несколько освоенных приёмов ещё не дают права так называться, даже если подавляющее большинство твоих коллег и на это не способно…

— И всё же, я куда лучше подхожу на эту роль по сравнению с большинством, вы сами сказали. — Вейра отозвалась тут же, явно не собираясь отступать так просто.

— Капеллан… — В разговор осторожно вступила Айдра. — Куорн действительно хороша в бою. И она не тонет в ярости, как некоторые. Я… Я бы доверила ей свою спину.

Висс поджала губы, а тени на её бледном лице, казалось, резко уплотнились. В полумраке было сложно разобрать детали, но отчего-то и актуариусам, и магессе казалось, будто всегда стойкая, непоколебимая и решительная, их капеллан сомневалась.

Сомневалась — и разрывалась между долгом и малодушным желанием оставить вчерашнюю несмышлёную девчонку где-то поглубже в тылу.

— Я наслышана о её подвигах. — Женщина сфокусировала взгляд на Айдре. — Однако рейд на территорию врага — это не бойня на поле боя, где ярость, гнев и стремление отомстить могут сослужить хорошую службу. Ярость ослепляет, гнев — лишает разума, а месть подталкивает к ошибочным решениям. И это критично, когда одна ошибка может привести к гибели всего отряда… в лучшем случае.

— Я могу быть хладнокровной, когда необходимо…

— Не можешь. — Висс прикусила губу, а на её лице отразилось что-то вроде сожаления. Мимолётом и так, что легко было списать всё на игру теней. — Будь моя воля, и я бы отправила тебя в тыл по меньшей мере на несколько месяцев. Там тоже в достатке работы, но куда меньше способов бесславно погибнуть, обесценив его жертву.

Установилась мёртвая, гнетущая тишина. Айдра застыла, Харр отвёл взгляд, сипло прокашлявшись, а Нолан с Яльцегом тактично сделали вид, что их здесь нет.

Вейра же, выйдя из ступора, шумно втянула носом воздух. Её губы дрожали, а в золотистых глазах одна за другой загорались искры, не сулящие ничего хорошего тому, на кого был устремлён взгляд магессы.

— Он отправился туда, чтобы остановить чуждых, дать Империи шанс…

— Я в курсе официальной версии, девочка. — Обрубила Висс, не дав Вейре закончить. — И я читала твой доклад, полный белых пятен и фантазий. Считаешь, что тебе под силу было обмануть тех, кто сражается, оступается и теряет десятилетиями?

У выхода из палатки совета зашумели: наружу потянулись офицеры и маги, которых, проинструктировав, уже отпустили. Но Висс не замолчала, лишь сорвала с пояса талисман, сформировавший вокруг их небольшой группы прозрачный, искажающий звуки барьер.

— Нет, Куорн. Все те, кому на стол попали твои записки, умеют читать между строк. И только слепой не понимает, по какой причине ты ещё здесь, и продолжаешь при каждом удобном случае пополнять личный «список» убитых тварей. — Женщина шагнула вперёд, подняла руку и на удивление мягко опустила ладонь на хрупкое плечо магессы. — То, что ты делаешь — не честь его памяти, Вейра Куорн. И уж тем более не то, чего он бы хотел. Послушай моего совета, возьми под своё начало молодняк Башен. Научишь их хотя бы половине того, что знаешь сама — и это уже будет полезнее, чем твоя смерть в пустошах.

— Даррик всегда выступал за то, чтобы делать по чуть-чуть, но как можно дольше. — Харр криво усмехнулся, демонстративно постучав пальцем по виску. — Дожить до седин и спасти тысячи человек. Это буквально было первым, что он пытался вбить нам в головы. Я вспоминал эти слова уже не раз, и только поэтому всё ещё топчу землю.

Вейра не ответила. Дрожь в её губах прекратилась, а взгляд потух, став плоским и безжизненным. Слова Харра оказались последней каплей, убедившей девушку в том, что здесь и сейчас все они правы, и Даррик…