Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ) - Лерн Анна

Мы стояли обнявшись, когда со стороны кухни раздался полный триумфа голос госпожи Доротеи:

— Я же говорила, что Духам Тумана понравятся наши лепёшки! Они благословили эту пару!

— Духи случайно не сказали тебе… может быть, этого благословения хватит и для нас с тобой? Ей-богу, мне уже стыдно! Я порчу твою репутацию, малышка Дори!

Старушка фыркнула, но в этом звуке слышалась целая гамма эмоций: от наигранного возмущения до откровенного удовольствия.

— Ох, Себастьян, да неужели? — проворчала она. — Духи Тумана щедры, но не настолько, чтобы благословить такую старую пропащую душу, как твоя!

Мы с Феликсом повернулись и обнаружили, что все вышли из кухни. Адриан нежно обнимал Броню, которая счастливо улыбалась, прижимаясь к нему. Себастьян держал бутылку шампанского, а Доротея — поднос с бокалами. Впереди всех с сияющими глазами стоял Тимми. Он важно выпятил грудь и радостно заявил:

— Лорд смотрит на Антонию, как я показывал! Вот так!

Мальчишка точно так же, как в спальне, вытаращил глаза и приоткрыл рот, имитируя изумлённо-влюблённый взгляд. На секунду повисла тишина, а потом все разразились дружным искренним смехом. Смеялись Адриан и Броня, заразительно хохотал Себастьян, даже Доротея не смогла сдержать весёлых фырканий, прикрыв рот ладонью. Феликс тоже широко улыбался. А потом повернулся ко мне и вдруг, скопировав Тимми, уставился на меня с шутливым обожанием. Это было настолько неожиданно, настолько не похоже на сдержанного Феликса, что я даже опешила. Увидеть шутливую пародию на Тимми, искорку озорства в глазах Демора было самым лучшим подарком. Я крепко обняла ставшего таким дорогим мужчину, чувствуя, как он обнимает в ответ, мягко упираясь подбородком в мою макушку. В этот момент раздалось дружное:

— Поздравляем!

Себастьян тут же откупорил шампанское, и пробка с громким хлопком улетела в потолок. Он наполнил бокалы, после чего, подняв свой, сказал:

— Я очень счастлив! Невероятно счастлив за вас, мои мальчики. И за вас, невестки, что сумели приручить этих упрямцев, — глава семейства легко усмехнулся, бросив на Доротею быстрый взгляд, полный давней привязанности. — Если бы я был столь же смел в своё время, как вы сейчас, если бы не побоялся идти за своим сердцем, то, возможно, всё сложилось бы иначе… Но что теперь жалеть о прошлом? Главное, что у вас есть такой шанс. Любите друг друга без оглядки, цените каждое мгновение, будьте друг для друга нерушимой опорой. Поздравляю вас, мои дорогие! За любовь!

Все выпили. Но вдруг Себастьян нахмурился, ставя бокал на поднос. Он нагнулся и что-то поднял с пола. Это был завиток тёмных волос, лежащий прямо под креслом.

— Что это, Дори?

Госпожа Пендлтон подняла глаза к потолку, будто это не к ней обращались. Мы с Броней тоже удивлённо посмотрели на старушку.

— Мне кажется, я знаю, кому принадлежит этот романтичный локон, — едва сдерживая улыбку, сказал Феликс. — Леди Элиаре Штернберг. Не так ли, госпожа Доротея?

Совершенно сбитая с толку, я взглянула на него.

— Что? Я не понимаю…

— После того как меня восстановили в должности и началось расследование, я узнал весьма любопытную историю, — продолжил Феликс, поворачиваясь к остальным. — Графиня с помощью служащих Канцелярии пробралась в магазин госпожи Пендлтон, вероятно, с не самыми добрыми намерениями. Но они встретили неожиданный и, как оказалось, весьма решительный отпор с участием… кота.

В этот момент сэр Рэджинальд, который до этого момента блаженно дремал на прилавке, выгнул спину и раскатисто заурчал, словно подтверждая свою активную роль в тех событиях.

— Именно таким образом леди Элиара лишилась волос. Ну и… превратилась в трюфель.

Брови Адриана поползли вверх.

— В каком это смысле?

Доротея, не выдержав, окинула нас выразительным взглядом:

— У меня очень хороший гуталин. Его не так-то просто смыть. Но, думаю, наша графиня до Рождества справится.

— У госпожи Пендлтон весьма оригинальные методы борьбы со злоумышленниками, — усмехнулся Феликс. — А вот леди Элиара, боюсь, отметит Рождество не дома, а в тюремных стенах. За сговор с лордом Абернати, направленный против главы Тайной Канцелярии, и целый ряд других весьма неприятных деяний. Её сообщничество было доказано, и наказание не заставит себя ждать.

— Всё! Хватит вспоминать этих неприятных персон! Давайте за стол! — Доротея решительно направилась к кухне, но у самой двери обернулась и посмотрела на Себастьяна, лукаво приподняв бровь.

— Так что, ты ещё не передумал жениться на мне, старый пень?

Себастьян тут же расцвёл в широкой улыбке, полной искренней нежности.

— Дори, я мечтаю об этом! Мечтаю уже лет тридцать, а может и больше!

— Тогда будем венчаться в часовне Деморов! В Храме Святого Лумина я не хочу! Этот ненормальный отец Брауни там такие витражи наставил, что я глаза собрать полдня не могу от всей этой пестроты!

Глава семейства Деморов обхватил её талию и повел за собой.

— Дори, ну что ты такое говоришь! Храм Святого Лумина — это солидно! Совсем другой уровень! Просто надень вуаль, она всё скроет!

— Конечно! И фату, как скромная девственница, которой от роду лет шестнадцать! Ты бы ещё предложил мне венок из ромашек сплести! — недовольно пробурчала госпожа Пендлтон. — Нет, вы слышали?! Меня, Доротею Пендлтон, упаковать в вуаль! Немыслимо!

Глава 99

Наступившее утро обволакивало комнату мягкой дымкой. И первое, что я, проснувшись, почувствовала — это ласковое прикосновение солнечного луча, пробивающегося сквозь занавески. Он легонько скользил по щеке, вызывая в душе чувство тихого счастья. Наша компания просидела на кухне почти до самого рассвета. Это было по-семейному уютно. Шутки Доротеи, звонкий смех Тимми, нежный взгляд Феликса…

Я аккуратно поднялась с кровати и подошла к постели Брони. Подруга мирно спала, прижав к себе подушку. На её лице играла довольная улыбка. Не иначе Адриана представляет! Наклонившись, я потрясла её за плечо.

— Бронька, просыпайся…

Она сладко потянулась, приоткрыла глаза и сонно посмотрела на меня.

— Ты чего?

— Вставай, только тихо, чтобы Тимми не разбудить. Пойдём в ресторан.

Подруга тут же встрепенулась.

— Ресторан? Точно! Со всеми этими приключениями я совсем забыла о нём!

Собрались мы быстро. И, перекусив оставшимися лепёшками с кофе, вышли из магазина. Утренний воздух был прохладным и влажным, а улицы окутывал густой туман, который еще не успел рассеяться под лучами восходящего солнца. Он стелился по мостовой, делая просыпающийся Велуар загадочным и немного призрачным. Мостовые утопали в молочной дымке. Было тихо. Лишь изредка доносился цокот копыт и скрип рессор.

Чем ближе мы подходили к центральным улицам, тем отчётливее сквозь пелену тумана проступали очертания оживающего города. Рынок уже гудел, словно пчелиный улей, наполняя мир привычными звуками и красками.

— Давай зайдём к господину Акире, — предложила я. — Он наверняка приходил в ресторан.

Свернув в знакомые ряды, мы направились к магазинчику нашего знакомого. Колокольчик над дверью мелодично звякнул, и из подсобки тут же показался сам хозяин. Его лицо озарилось улыбкой искренней радости.

— Какая приятная неожиданность! — воскликнул он, выходя из-за прилавка. Сложив руки в приветственном жесте, господин Акира поприветствовал нас: — Антония-сан, Бронислава-сан.

Мы с подругой тоже поклонились ему.

— Я несколько раз приходил в ваш ресторан! Но там было закрыто! Я уже начал беспокоиться... У вас всё в порядке?

— Теперь да, — ответила я с тёплой улыбкой. — У нас всё хорошо. И мы готовы дальше учиться чайной церемонии. Если, конечно, вы ещё согласны нас учить.

Глаза господина Акиры засияли еще ярче.

— У меня камень с души свалился! — облегчённо произнёс он. — Конечно, мы продолжим наши занятия! Для меня это будет большая честь. Но ещё вот что... Завтра в Аматерасу отправляется корабль. И вы еще успеваете сделать заказ!