Орден Скорпионов - Эшер Айви

Она шлепает тыльной стороной ладони по моей груди и коротко смеется. Мне хочется выхватить этот звук из воздуха и запечать в банке, чтобы я мог переслушивать эту мелодию в любое время.

– Скоро, Лунный Лучик, очень, очень скоро, – клянусь я, и это сводит с ума.

И Риалл, и Тарек, и я умирали от желания заполучить ее в подобные моменты, когда она готова и желает нас, но я не могу ни черта поделать. Лучше бы у этого информатора было то, что нам нужно, иначе, клянусь, я выпотрошу его и подвешу на собственных кишках.

– Сначала разговор и, надеюсь, ответы, а потом, возможно, ты сможешь испытать свои новые доспехи, – ободряю я Осет и, возможно, себя тоже.

Разочарование, кипевшее в ее взгляде, сменяется жадным блеском. Я усмехаюсь и неохотно отступаю назад. Все мои инстинкты требуют, чтобы я вновь оказался между ее сладкими бедрами, но я прячу мучительное желание подальше.

Осет плавно спрыгивает со стола и хватает лежащий рядом топор. Она так искусно проворачивает его в руке, словно они с этим оружием знакомы целую вечность. И это нисколько не помогает мне в борьбе с желанием нагнуть ее с топором в руке и жестко оттрахать.

Я лезу под доспехи и поправляю член, пытаясь найти положение, в котором давление было бы не таким неприятным, но это не так-то просто.

Осет отходит в сторону, делая пару пробных замахов, и я почти проигрываю битву со своими желаниями.

– Он прекрасно сбалансирован и очень легкий – такое чудесное оружие просто не может быть таким легким, – удивляется она почти про себя.

Я стараюсь не раздуваться от гордости и пытаюсь уговорить свой член хоть немного опуститься. Мне нравится оттачивать свое ремесло и делать лучшее оружие для себя и своих братьев. Но в том, чтобы подарить доспехи и клинки Осет, есть что-то особенное. Как будто так я буду знать, что часть меня всегда будет рядом с ней, чтобы защитить ее.

Это успокаивает, а я даже не подозревал, как мне на самом деле это нужно, пока не увидел ее в моих доспехах – они стали моим лучшим произведением. Ощущение, будто Осет всегда была одной из нас.

Я чувствую, как все детали во мне встают на свои места, словно я нашел ключ и он подошел к старому замку. И теперь он готов открыть дверь в мое сердце для нее.

Было время, когда я бежал от этого, когда мысль о том, чтобы открыть себя для кого-то другого, показалась бы мне больше похожей на пытку, чем на волю судьбы. Но когда я смотрю в серебряные глаза Осет, наблюдаю, как она водит пальцами по каждой детали моих подарков, я понимаю, что единственное место, куда я побегу без раздумий, – это к ней. Возможно, она еще не до конца готова признать правду, но это лишь вопрос времени – вскоре она почувствует то же, что и я.

Осет крепит топор за спиной и переводит пронизывающий серебряный взгляд на меня. Он словно окунает меня в расплавленную ртуть, Осет осматривает меня и отводит плечи назад, вновь выстраивая вокруг себя стену. Мне хочется тут же разрушить ее этим самым топором, но я успокаиваю себя тем, что мы заставим ее уничтожить эту преграду самой – раз и навсегда, когда вернемся с этой охоты. Сейчас ей некуда бежать, негде спрятаться ни от нас, ни от того, чем, как она понимает, мы для нее являемся.

Она не знает и не понимает, что это такое – любить своего соулмейта или, в ее случае, – соулмейтов. Но мы с братьями знаем, и наша связь крепнет с каждой минутой.

– Спасибо, – с гордостью говорит Осет, проводя ладонью по укрытому доспехами животу, будто она вдруг занервничала и не знает, что делать с руками. – Это слово не может до конца выразить, что я чувствую, – продолжает она, касаясь ладонью груди, – но пока спасибо. – Ее лунные глаза снова влажно блестят.

«Пока» – я проигрываю это слово в своей голове, но только киваю, не желая смущать Осет еще больше. И она расслабляется. Это хоть и не слишком явный, но признак доверия, и я еще больше уверяюсь, что мой Лунный Лучик никуда не уйдет. И я чувствую, что все сделал правильно – ее напряжение и неуверенность, которые, кажется, преследуют ее постоянно, все же отступают.

Я украдкой бросаю еще один быстрый взгляд в зеркало и вижу, как Осет прячет свою уязвимость и позволяет своей внутренней тьме сплести вокруг нее новый непроницаемый кокон. Она превращается в безжалостную охотницу, с которой мы с братьями познакомились в первую ночь Торгов. И я с нетерпением жду, когда она начнет охотиться вместе с нами. Возможно, пока она еще не согласилась вступить в наш Орден, но если она передвигается как «скорпион» и убивает как «скорпион»…

– Нам пора возвращаться. Тарек еще должен наложить на нас чары перед выходом. Сейчас он, наверное, вышагивает по кухне и уже готовится прочитать нам лекцию о том, что опаздывать нехорошо, – дразнюсь я.

Игриво хмыкнув, я протягиваю руку Осет – хочу пойти домой с ней, держась за руки.

Она смотрит на меня с минуту, затем полушутливо отдергивает руку и проходит мимо меня.

Я смеюсь: другого и не следовало ожидать. Я могу упиваться стонами моего Лунного Лучика, засовывая язык ей в рот и шаря руками по всему телу, но если буду обращаться с ней как с хрупкой сахарной барышней, она точно воткнет мне кинжал в какое-нибудь неожиданное место.

Она идеальна.

И пусть идет впереди – жаловаться я не стану. Зато так я смогу полюбоваться ее изящной попкой, пока Осет изо всех сил старается показать мне, кто здесь хозяин.

Я вздыхаю, как влюбленная малолетка. Осет не отрицает, что она уже одна из нас, но мне безумно хочется, чтобы она поскорее стала «скорпионом» официально.

Черт. Никогда еще мне так не хотелось, чтобы охота закончилась.

«Сегодня вечером», – уверяю я себя и иду за своим Лунным Лучиком. И буду следовать за ней, куда бы она ни пошла, до конца своих дней.

39

Тарек что-то шепчет, и яркий свет ламп, висящих высоко на стенах, тут же тускнеет. Тут же тени выползают из углов и начинают заполнять собой все пространство парадной.

Передо мной – две большие двустворчатые двери, всегда закрытые, а за спиной у меня лестница, ведущая в комнаты и кабинет.

Тарек берет со столика пучок курительных трав, и я начинаю нервничать. С его губ срываются новые и новые тихие слова, и я сдерживаюсь, чтобы не наклониться поближе и не попытаться разобрать, что он говорит.

Вопросы неустанно роятся в моей голове, пока Тарек выполняет ритуал, который он проводит перед каждой охотой. Завершающая его часть – это наложение чар.

Я завороженно слежу за каждым его движением, замечаю подергивания бровей, взмахи рук и последовательность его шагов, чтобы потом расспросить обо всем этом.

Риалл и Курио терпеливо ждут, пока Тарек тихонько бормочет и чертит пучком трав в воздухе невидимые нам, но понятные ему узоры.

Каждый из «скорпионов» полностью экипирован, их обсидиановые доспехи и оружие выдают в них торговцев смертью. Я никогда ничего подобного не видела, от этого дух захватывает.

Мне все время казалось, что, когда речь заходит об этих трех мужчинах, я словно оказываюсь на краю пропасти. Но если быть честной – а сейчас я должна быть честной с собой, – думаю, я уже шагнула с этого края. Не могу сказать, падаю я или лечу, но то, что я шагнула вниз, уже не изменить. Я приземлюсь там, где приземлюсь, и разберусь с последствиями – какими бы они ни были.

Тарек переходит от Риалла ко мне, и я задерживаю дыхание, когда он обмахивает меня своим тлеющим пучком. Густой травяной аромат собирается в маленькие облачка, они окружают мое лицо. Я не уверена, что входит в состав этой смеси. Кажется, я чувствую мускусный аромат можжевельника, но он более густой и влажный.

Я чувствую, как белый дым прилипает к моим внутренностям, этот сладковатый туман ждет и готовится к тому, что Тарек собирается делать дальше.

– Сначала я наложу чары на остальных, чтобы ты могла понаблюдать за этим и понять, чего ждать, – говорит мне Тарек, и я так удивляюсь, когда понимаю, что он действительно говорит со мной, произнося вслух слова, которые я могу распознать, что просто стою и пялюсь на него, пока до меня наконец не доходит смысл сказанного.