Скандал у алтаря. История униженной невесты (СИ) - Васина Илана

— Я согласна на охрану, — старюсь изобразить самую милую улыбку, на которую только способна. — А это очень большая уступка с моей стороны. Пожалуйста, не рассчитывай, что я замурую себя в крепких стенах твоего замка, буду читать книги и любоваться розами, пока ты ждешь казнь!

— Чем тебе не угодил замок, Ари? — рычит он, с досадой сжимает кулаки. — Он лучше всего укреплен.

Кажется, уже догадался, что в моем лице получил не самую послушную жену. Ну а что? Значит, мы квиты. Я тоже не знала полчаса назад, что выхожу замуж за дракона!

Очень кстати на этом этапе разговора заходит управляющий, суровый мужчина, лет сорока пяти. Крепкий такой здоровяк с умными глазами и цепким, настороженным взглядом, который так и притягивает к себе внимание.

Пока я рассматриваю новоприбывшего, Риддарис успевает ему объявить, что провел церемонию брачных уз, и дарн Ферий тут же меняется в лице. В его глазах, обращенных ко мне, появляется колкая неприязнь. Похоже, он подумал, что я воспользовалась бедой его хозяина в своих корыстных целях.

Хороший управляющий, тут же решаю я. За такого надо держаться.

А вот мужа реакция дарна не устраивает. Герцог сжимает решетку мощными кулаками, будто собрался ее выдрать, и буравит подчиненного тяжелым взглядом.

— Отныне ты будешь уважать мою жену, как меня, — чеканит он, — Ее слово для тебя закон. Ослушаешься — считай, что я тебя уволил. Это понятно?

От ледяного тона у меня бежит мороз по коже и перехватывает дыхание. Умеет же герцог напугать народ! Бедняга Ферий кивает, поджав губы, а я успокаивающе опускаю ладошку на побелевшие костяшки мужа:

— Мы договоримся, не беспокойся. Просто дай нам немного времени.

— Да, Ваша Светлость, — с готовностью поддакивает управляющий. — Мы договоримся.

Муж с шумом выдыхает:

— Я на это рассчитываю, дарн Ферий. И запомни главное. Ты теперь отвечаешь за безопасность герцогини. Своей головой.

Пока мы поднимаемся по лестнице, управляющий старательно избегает моих взглядов, но при этом проявляет безукоризненную вежливость. Открывает и придерживает передо мной двери. Подает руку, когда я усаживаюсь в карету, окруженную множеством вооруженных всадников.

Как только мы с Ферием и Труди оказываемся в салоне элегантного экипажа, наклоняюсь к управляющему, что сидит на скамейке напротив, и говорю:

— А теперь, уважаемый дарн, давайте обсудим, как будем вытаскивать вашего хозяина из тюрьмы… Но для начала, Бога ради, прикажите кучеру заехать в таверну! Купим герцогу нормальной, человеческой еды вместо тюремных помоев!

Глава 14

Дарн Ферий с таким недоумением вглядывается в мои глаза, будто услышал, что я не человек, а двухголовая кошка. Наконец, он выдает:

— Ваша светлость шутит?

— По вашему, я похожа на шутницу? — в раздражении развожу руками. — У меня мужа вот-вот казнят, мне не до шуток! Кстати, будьте любезны объяснить, как вы допустили, чтобы ваш хозяин питался такой гадостью? Вы понимаете, что тюремная еда угробит его быстрее, чем он доберется до эшафота?

— Я справлялся у стражей, можно ли приносить герцогу домашнюю еду, — оправдывается опешивший дарн. — Они сказали, что по закону дополнительная еда смертнику не полагается.

— Взятку им предложили?

— Что, простите?

— Мзду, подношения, дар, монеты… Вы пытались подкупить стражей?

— Нет, ваша светлость.

— Понятно. В таком случае распорядитесь, чтобы кучер отправился в ближайшую таверну.

Дарн неохотно стучит в стенку экипажа, самую ближнюю к кучеру, и зычным голосом велит ехать к «Пузатому Поросенку», что мы и делаем. Я радуюсь, что его выбор пал не на «Храброго Лося».

Во-первых, дорога до «поросенка» занимает в итоге гораздо меньше времени. А, во-вторых, тут я самолично выбраю горячие блюда: мясные пироги, жаркое и вареную картошку. К счастью, еда уже готова. Все горяченькое, с пылу-жару, и пахнет просто изумительно!

Заодно с едой уговариваю хозяйку продать нам поднос, посуду и две корзины, которые, собственно, под завязку заполняются нашими покупками. Расплачивается за них дарн Ферий. Куда столько еды, ворчит мужчина. Его светлость столько не съест, половина еды испортится. Но я отмахиваюсь:

— Мы с Труди еще не завтракали.

Пока мы со служанкой перекусываем в экипаже, пытаюсь разговорить управляющего, но кроме односложных ответов ничего не могу от него добиться. То ли этот скептик не в духе, то ли успел записать меня в транжиры и авантюристки. Ясно одно. Доверия у него ко мне — ноль. Я бы даже сказал ноль с палочкой.

В тюремную башню мы заходим на сей раз восьмером. Труди, я и управляющий с двумя тяжелыми корзинами сразу шагаем к стражникам, а пятеро здоровенных мужчин из моей личной охраны остаются в дверях, присматривать за нами на расстоянии.

От еды разносятся потрясающе ароматы. Тюремные стражи сразу как-то подбираются и заинтересованно рассматривают, с чем это мы пришли. Я забираю у дарна Ферия корзину и обращаюсь к самому строгому мужику со шрамом на подбородке, — он выглядит здесь главным.

— Буду вам очень признательна, уважаемые стражи, если вы примите в дар мои скромные угощения, а также позволите угостить ими бедного узника, приговоренного к смерти. Я приготовила одну корзину для вас, а другую — для герцога.

На этих словах сдергиваю с обоих корзин чистые полотенца и показываю, какая там вкуснятина. Главный с подозрением всматривается в мое лицо.

— Нельзя. Не сочтите за оскорбление, но я вас не знаю. Может, у вас там в корзине что-то незаконное!

— Поэтому я приготовила сразу две корзины. Чтобы вы сами выбрали, какая достанется вам, а какая — узнику.

— А если везде яд? — он с подозрением щурит глаза.

— В таком случае, выберите любую еду из этих двух корзин. Я съем ее прямо на ваших глазах. Поверьте, я не стала бы так рисковать, будь там яд.

Мужчина медлит с ответом, задумчиво почесывая затылок. Приходится его поторопить:

— Конечно, если вы никоим образом не желаете подарить маленькую радость обреченному на смерть узнику, попробую договориться с вашим начальством, — пожимаю плечами и накидываю полотенце на корзину, но стражник уже тянет руку:

— Ладно, давайте сюда, — и поворачивается к шутнику. — Рон, проводи добрую леди к его светлости.

— Спасибо, но… Корзина слишком тяжелая. Пусть ее отнесет мой управляющий.

Дарн Ферий, секунду помешкав, с готовностью кивает и торопливо устремляется за стражем. Мне не жалко, если он заработает плюсик перед обожаемым хозяином. Глядишь, так и я заработаю плюсик перед слугой!

Пока жду его возвращения, договариваюсь с начальником караула о ежедневной доставке горячей еды. Мы останавливаемся на тех же условиях, что и сегодня. Одна корзина будет доставаться герцогу, вторая — доблестным стражам.

Когда дарн Ферий появляется, и мы наконец направляемся к выходу, он с чувством произносит:

— Благодарю вас, Ваша Светлость.

— Пустяки, — киваю я.

Ну, вот. Кажется, лед тронулся.

На сей раз, когда мы устраиваемся в экипаже, управляющий начинает отвечать сложносочиненными предложениями. Выясняю что он всячески пытался «вытащить» своего хозяина из беды, когда того взяли под арест. Семейный поверенный куда-то пропал, поэтому дарн Ферий обошел остальных юристов города и даже обратился к влиятельным «друзьям», ибо авторитетной родни у герцога не оказалось. Дарн пытался достучаться до каждого человека, который, как ему казалось, мог очистить имя его хозяина. Однако желающих помочь не нашлось даже за баснословные гонорары. Все слишком боялись лорда Кринвуда.

— Вы обратились к поверенным в другом городе?

— Ваша Светлость, — с достоинством отвечает управляющий, — позвольте вам напомнить, что поверенный не может работать в двух городах. Нотариусу выдается лицензия для работы лишь в одном городе.

— Вы уже узнали условия выдачи второй лицензии в одни руки?

Управляющий застывает, будто его ударили. Его пальцы нервно сжимают бархатную обивку сидения. Помрачнев, он медленно выдыхает: