Дверь скрипнула. Вошёл Макар.
– Ваша милость, можно?
– Заходи. Что у тебя? – спросил я, не отвлекаясь от работы.
– Да вот, хозяйственные вопросы накопились, – ответил Макарыч. – Во‑первых, мука заканчивается. Надо бы в деревню послать, у них излишки есть.
– Пошли.
Я передвинул зелье на другой участок плиты. Руны замерцали по‑другому.
– Во‑вторых, гуси опять в огород залезли. Повара жалуются.
– Пусть забор поставят.
– Ставили уже. Гуси его ломают.
– Тогда пусть ставят крепче, – пожал плечами я.
Макар вздохнул и сделал пометку.
– В‑третьих, следопыты ещё трёх куриц нашли. И одного петуха.
Я оторвался от алтаря.
– Петуха?
– Ага. Здоровенный такой, драчливый. Чуть Герману глаз не выклевал.
– Отлично. Пусть строят курятник.
– Уже строят, ваша милость, – кивнул дед.
Я кивнул в ответ и вернулся к работе. Влил ещё энергии в руны. Зелье засветилось изнутри.
– Это всё? – спросил я.
– Почти. Ещё Ильдар спрашивал, когда вы ему те зелья отдадите. Для тренировок.
– Скажи, скоро выдам.
Макар что‑то пробормотал напоследок и ушёл.
Я продолжил возиться с алтарём. Передвигал зелье, менял положение рук, пробовал разные комбинации рун.
Через полчаса дверь снова открылась. Это оказалась Катарина.
– Можно? – спросила она, заглядывая в комнату.
– Заходи.
Ведьма вошла и с любопытством уставилась на алтарь.
– Что это ты делаешь?
– Экспериментирую.
Она подошла ближе. Посмотрела на бутыльки, расставленные на алтаре.
– А это что за зелья?
– Вот это, – я указал на маленький флакон, – зелье усиления тела. А вот это зелье лечения. Лёгкое.
– Насколько лёгкое?
– Если обычная простуда – должно излечить.
Катарина скептически хмыкнула.
– Бесполезное снадобье. От простуды и так люди выздоравливают.
– Было бы бесполезное, если бы не этот столик, – я постучал по алтарю. – Так что не мешай.
Она замолчала, но не ушла. Стояла рядом и смотрела.
– А в больших бутылках что? – спросила через минуту.
– Для почвы. Для урожая. Тихон приготовил, я улучшил.
– Удивительное дело, – Катарина усмехнулась. – Зелье есть, урожая нет.
– Подожди. Всё обязательно будет, – усмехнулся я.
Передвинул зелье на край плиты, влил энергию в угловые руны. Жидкость в бутыльке забурлила.
– А ну‑ка, – я подозвал Катарину. – Нажми своим красивым пальчиком вот сюда. И влей энергию.
Она посмотрела на меня с подозрением.
– Не взорвётся?
– Не должно.
– «Не должно» – это не «не взорвётся».
– Просто делай.
Ведьма вздохнула, подошла ближе и положила палец на указанный символ. Закрыла глаза, сосредоточилась.
Алтарь задрожал.
Ведьма отдёрнула руку и отскочила назад.
– Оно сейчас рванёт!
– Не рванёт, – я спокойно придержал бутылёк, который начал подпрыгивать. – Для взрыва нужно десять таких же сильных ведьм, как ты. А то и двадцать.
– Откуда ты знаешь?
– Вижу по рунам. Не знаю, кто эти штуки создал, но он постарался как следует. Явно разбирался в алтарной артефакторике.
Катарина задумчиво нахмурилась.
– Алтарная артефакторика? Это что такое?
Я снял бутылёк с плиты – зелье теперь светилось мягким золотистым светом – и поставил на стол.
– Одна из ветвей развития артефакторов. Если артефактор не особо умелый, но хочет создавать хорошие вещи, он может обратиться к алтарной артефакторике. Создаёт вот такой вот алтарь. Или просто стол, как его часто называют.
– Так ведь если сил не хватает, – Катарина задумалась, – можно просто купить такой стол. Или попросить кого‑то его сделать.
– Можно. Но такими столами обычно может пользоваться только их хозяин. Магическая привязка.
– А ты этот сам создал?
– Нет. Нашёл.
Ведьма посмотрела на меня с удивлением.
– Как же тогда им пользуешься?
– Во‑первых, бывший владелец умер. Во‑вторых… – я помолчал. – Я не самый обычный артефактор.
Катарина явно хотела спросить ещё что‑то, но сдержалась. Умная девочка. Понимает, когда не стоит лезть.
Я и правда не самый обычный.
Защиту на этом алтаре я обошёл. А защита была серьёзная – в течение пяти‑семи минут после начала работы срабатывал механизм, который выпускал энергию смерти. Она аккумулировалась в столе и должна была моментально убить того, кто с ним работает.
Неприятная штука. Но легко решаемая.
Я поставил на один из символов чёрный турмалин – теперь энергия смерти перенаправляется в него. Камень потихоньку заряжается. Пригодится, если понадобится создать зомби.
Кроме того, у меня при себе есть ещё несколько чёрных турмалинов в пряжке на поясе. Тоже служат защитой. А ещё это просто красиво.
– Ладно, – сказала Катарина. – Не буду мешать.
И вышла.
Я вернулся к работе.
Ведьма права, конечно. Зелье для излечения простуды – или, если правильно, элементарное зелье исцеления – хрень полная. Само по себе почти бесполезно.
Но я хочу разобраться в зельях этого мира. Понять, как они работают, чем отличаются от тех, что я знал раньше. Поэтому попросил Тихона создать по одной‑две порции всего, что он умеет варить.
Травник притащил два десятка бутыльков. Большинство – ерунда. Но для экспериментов сойдёт.
Вот сейчас, например, элементарное зелье благодаря работе с алтарём уже не только простуду вылечит. Теперь оно и какие‑никакие раны затянет. Мелкие порезы, ссадины, синяки.
Для начала неплохо.
Следующие три часа я провёл за алтарём.
Брал бутылёк, ставил на плиту, вливал энергию, передвигал, снова вливал. Смотрел, как меняется цвет, консистенция, свечение. Записывал результаты.
К концу у меня было около десяти бутыльков улучшенного зелья исцеления.
Я собрал их и пошёл на кухню.
Повара как раз готовили ужин.
Баба Катерина помешивала что‑то в большом котле. Пахло мясом и перцем.
– Ваша милость! – она обернулась. – Чего изволите?
– Вот, – я поставил бутыльки на стол. – Новый приказ. Добавлять это зелье в пищу. По двадцать граммов в общие котлы.
Повара переглянулись.
– Это что, ваша милость? – осторожно спросила баба Катерина.
– Снадобье специальное.
Она посмотрела на бутыльки с сомнением, взяла один и понюхала.
– А вкус не испортится?
– Зелье безвкусное. Можешь считать его приправой. На вкус и цвет блюд не повлияет.
– А зачем это тогда?
– Если ежедневно употреблять понемногу, через пару недель или через месяц люди начнут чувствовать себя лучше. Старые болячки пройдут, раны быстрее заживут, силы прибавится.
Баба Катерина переглянулась с другими поварами. Те пожали плечами.
– Ну, ежели вы так говорите, ваша милость…
– Говорю. Начинайте с сегодняшнего ужина. Кстати, отлично пахнет, – я развернулся и вышел.
По дороге думал о том, что это, конечно, расточительство. Зелья не растут на деревьях. Травы для них нужно искать, собирать, правильно обрабатывать.
Тихон жаловался, что многих трав в округе просто нет. Или есть, но мало. Нужно ходить далеко, искать в глуши.
Надо придумать способ для более эффективного поиска. Какой‑нибудь артефакт, который будет чувствовать нужные растения. Или обучить людей. А лучше и то, и другое.
Зелья могут быть очень полезны. В бою, в лечении, в хозяйстве. Нужно развивать это направление.
Арсений, как всегда, что‑то ковал, когда я вошёл в кузницу.
– Ваша милость! – он отложил молот. – Чем помочь?
– Нужна одна штука. Смотри.
Я достал из кармана лист бумаги с чертежом и развернул его на верстаке.
– На раму для картины похоже, – сказал кузнец.
– Да. Только очень маленькая. И сделать её нужно из алюминия.
Арсений склонился над чертежом.
– Хм. Размер с ладонь, значит… А это что за пазы?
– Под камни разного размера. Видишь, здесь, здесь и здесь.
– Вижу. А вот эти болтики?
– Их можно подкручивать и менять размер креплений. Чтобы камни разной величины влезали.
