Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— Тише. Тише, — прошептал Аррингтон, крепко держа ее подбородок, не давая выплюнуть ни капельки обратно. Мерзко. Понимает. Ну, ничего страшного.

Слабо покашляв и справившись, с первостепенной горечью и чего-то кисло-сладкого, Аннабель решила не мучить себя еще больше. Наклонила пузырек до упора, вливая всю жидкость за раз. Не держа ничего во рту, густо сглотнула все залпом. Так что даже почувствовала боль в горле. Тут же скрючилась, покашляла, наклоняясь в сторону. Все лицо свело какой-то судорогой

Живот в момент забурчал. Все органы будто восстали и начали там дискотеку. Сердце заколотилось. На неё налетела ужасная паника. Стало трудно дышать.

— Спокойно, это нормально, — протянул Рэн, из-за всех сил держа трепыхающуюся девушку.

— Ты точно не отравил меня? — широко открыла рот Скардино, старясь вдохнуть побольше воздуха, чтобы сбить горечь. Аж в ушах зазвенело все. Ну и гадость. Такое она, пожалуй, пробовала первый раз в своей жизни. Хотелось надеяться что последний. Фу. Она даже не знала, что такое бывает.

— А какая разница, если ты уже выпила, — посмеялся Аррингтон, заправив выбившиеся на лицо волосы за уши.

— Ха-ха, — передразнила его Скардино.

— На, перебей своё потрясение, — усмехнулся Рэн, взяв с кровати небольшую коробочку. Вроде он с ней и пришел. Она просто не обратила внимания.

— Что там? — радостно забрала предмет Аннабель, тут же открыв крышку,

— О, как мило, — протянула она, увидев два продолговатых шоколадных пирожных.

— Не мило, — сразу же произнес Аррингтон. Он просто принес, потому что знал, что лекарство очень горькое. Вот и всё. Чем еще его перебить, если Скардино все время ест что-то сладкое? Ни отбивными же со спагетти и кружкой пива.

— Мило, — отрицательно качнула головой Аннабель, откусив за раз половину этого великолепия.

— Нет, — мотнул головой Рэн, обняв ее за талию обеими руками, уткнувшись лицом в ее висок, вдыхая поглубже. Скардино тем временем за второй укус расправилась со своим сладким призом, удовлетворенно прикрыв глаза.

— А я думала, ты не придешь сегодня, — произнесла она, отложив коробку в сторону.

— С чего бы мне не приходить? — хмыкнул он. У них вроде уже весьма устоявшийся график. Каждый день в 9 вечера. Его все полностью устраивает, менять ничего не собирается. Он привык к этому, ему доставляло это удовольствие. Сегодня просто получилось пораньше.

— Ну, объективно я не в лучшей форме для того, чтобы заниматься сексом, — усмехнулась Аннабель.

— Я и не собирался ничем с тобой заниматься, — проговорил Аррингтон. — Мне вполне хватит и этого, — ухмыльнулся он, приблизившись к ее губам, накрывая их своими. Аннабель охотно ответила, обхватив его шею руками.

— Ты знаешь, что послезавтра всё-таки будет бал? — сквозь их поцелуи произнес Рэн, усадив ее удобнее.

— Да, — выдохнула Аннабель, — Мне уже дали распоряжение выздороветь до этого времени, — хихикнула она.

— Будем вытягивать новое испытание, — чуть присосал он ее губу, спускаясь чуть ниже.

— Ммм, как здорово…

— Что бы там не выпало, я отдам его тебе, — отрывисто выдохнул Аррингтон. Он уже все решил. Это была нечестная победа. Он вернет ее.

— А если выпадет борьба? — рассмеялась она, опустившись на его шею.

— Я охотно под тебя лягу, — нагло усмехнулся Рэн, обхватив ее задницу ладонью. Ему не в первый раз, в принципе.

— Какой пошляк, — озарила ее лицо широкая улыбка. Настроение заметно поднялось. Кажется, зелье уже почти подействовало. Ей лучше.

— Ой, или ты наверно имел в виду бой? — театрально догадалась Скардино.

— Нет, — хмыкнул Аррингтон.

— А как думаешь. Мне подойдёт татуировка? — неожиданно спросила Аннабель. Аррингтон удивленно отстранился, изумленно осмотрев ее лицо. Она серьёзно? откуда там эти идеи берутся всё время.

— Чего? — все же переспросил он.

— Ну, знаешь, — протянула Скардино, встав на ноги, пропылив к зеркалу. Легким движение скинула с себя бардовый халат, оставшись в одном нижнем белье. Покрутившись, она радостно осмотрела свое отражение. Красота.

— Вот здесь, — накрыла она переднюю поверхность бедра ладонью.

Аррингтон прищурившись, тоже осмотрел ее с ног до головы. Хотя как осмотрел? Полюбовался скорее. Выдохнул, тоже поднявшись, подходя к ней вплотную, обняв со спины. Какое же ему доставляло удовольствие иметь возможность делать так, когда ему захочется.

— И откуда у тебя зародилась эта мысль? — усмехнулся Аррингтон, обхватив ее ребра и живот ладонями.

— Я видела у девицы моего брата татуировку, — закусила губу Аннабель.

— Стало интересно, как бы она смотрелась у меня. Какие-нибудь цветочные шипы вокруг, — опять шлепнула она по ноге. — Как думаешь?

— Думаю, что глупо портить уже совершенное тело, — честно ответил Рэн.

— Аррингтон? — позвала она, накрыв его руки своими.

— Что?

— Мы же всё еще враги, да? — закусила губу Скардино. Она сама до конца не понимала, почему и зачем спрашивает это. Может, чтобы успокоиться? Да, наверно, ибо ее ощущения к этому человеку вряд ли можно было назвать вражескими или даже приятельскими.

— Конечно, как, по другому? — усмехнулся Рэн. Аннабель тоже улыбнулась. Они переглянувшись, промолчали, понимая что буквально оба соврали.

Два дня пролетели незаметно. Вечер опустился на улицы Астории. В доме главы Администрации вот уже сорок минут проходил чудесный бал, ознаменовавший прекрасное спасение, не менее прекрасной наследницы клана Скардино. Несмотря на то, что угроза была позади и все разрешилась хорошо, напряжение в зале все равно чувствовалось очень сильно. Между Скардино и Аррингтонами. Между Аррингтонами и Аррингтонами. Между кланами и финалистами выборов. Между кланами и основными бизнесменами. Между всеми. Парад лицемерия был в самом разгаре. Осталось потерпеть совсем немного времени. Все затихнет. Затихнет до следующего активного соревнования. Официальная часть с бесконечными поздравлениями, елейными тирадами и даже вручением благодарности от главы города была позади. Примечательно, что Рэн на сцену за своей чудной наградой так и не вышел. В ответственный момент просто «случайно вышел» из зала. Вся это дрянь не нравилась ему. Была в тягость это лицемерная, поганая возня. Тем более, когда он знал, кто устроил этот типа несчастный случай. Мать чуть не убила, он спас, а развели непонятно что. Газеты какие-то, верещащие девочки на улицах, еще и грамота какая-то. И это он еще на интервью категорически отказался идти. Правда, там вопрос оказался не закрытым, ибо его отказ все еще принимать не хотели.

— Знаешь, что я заметил минувшим вечером? — усмехнулся Джеффри, подойдя к брату, взяв в руки бокал шампанского.

— Мне плевать, что ты заметил, — отмахнулся Рэн, пиля недовольным взглядом Жиффара, что уже целых 5 минут втирал что-то Аннабель. Не напоздравлялся еще что ли? Какого хрена ему надо всё время? Неужели настолько тупой, что еще не понял, что не светит там ему ничего.

— А заметил я просто вопиющий факт кражи одного из бутылей в нашем хранилище, — хмыкнул Джеффри.

— Ты меня так подловил, — качнул головой Аррингтон, замахнув стопку виски.

— А я то думаю, что за чудесное излечение. Аннабель то больной не выглядит абсолютно, — не унимался Джеффри, глубоко вздохнув.

— Я вот одного понять не могу, чего ты меня родителям то не сдал, когда мог? — резко повернулся к брату Рэн. Ему и правда, было это не понятно. Ну, неужели на угрозах об убийстве до сих пор держится? Чушь. Не сдал. Убийство не он подстроил. Неужто все забыл и простил? или он начисто перестал разбираться в собственном брате?

— А зачем? — посмеялся Аррингтон, — Никакого удовольствия, — только и сказал он и, натянув на лицо широкую улыбку, пошел к наследнице Харальдсон. Рэн лишь проводил его задумчивым взглядом. Не забыл. Ясно. Ну и чёрт с ним. Главное дотянуть бы всё это до результатов. А там уже плевать что будет.

Что интересно Аннабель разделяла это мнение. Лишь бы дотянуть до выборов. А там может, если выигрыш будет на их стороне, родители поймут и простят. И не убьют ее. И не лишат наследства. И желательно не выгонят из дома. Будет просто чудесно.