Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2 (СИ) - Пылаева Алина

Бьёрн сильно переживал и даже не пытался этого скрыть. А я чувствовала, если и в этот раз окажусь бесполезной — сломаюсь, и тогда хоть двух матерых рыцарей бери, хоть десятерых. Итог будет один.

— Как раз не имелось дел на послеобеденное время. Можем начать тренировки через два часа. Ты как?

Мои уговоры не работали, и пора было вспомнить про шантаж:

— Я все равно это сделаю. С вами или без вас. Вот только одна я наделаю кучу ошибок. И в итоге нам все равно придется всем вместе их разгребать.

— Постойте, госпожа, — Рене медленно прикрыла веки, нахмурилась и закачала головой. — Вы упускаете главное — как вы собираетесь убедить сэра Райлона принести вам клятву? Все знают, Его Величество единственный, кто имеет право распоряжаться зельями с силой Эскама. Они создаются и запечатываются магией под взором Его Величества. Их невозможно выкрасть и невозможно создать. Что бы вы не пообещали сэру Райлону, он не поверит. Он отвергнет вашу руку, как отверг многих других дворян. И разумеется нельзя открыть ему правду о вас до того, как он посвятит вам свои тело и душу. Иначе он продаст вас за это чертово зелье!

— Она права. — подхватил Бьёрн, хоть и видел, что я все уже для себя решила.

— Ты необычайно точна, — хмыкнула я. — Но в одном все же ошиблась. Зачем ему покупать матери год, когда можно всю жизнь, что была отмерена ей при рождении?

— Вы же не собираетесь… — едва слышно прошептала Рене.

— Бьёрн, научи меня касаться чужого камня души. — подтвердила я ее опасения. — Нужно подобрать удачный момент и всего на мгновение… показать ему цену, которую я готова заплатить.

— Это безумие. — устало выдохнул маг.

— Знаю. Но без тебя я точно не справлюсь. Мне нужна твоя помощь, Бьёрн.

— Лучше бы вы отдали приказ.

Верно, так было бы честней. У Бьёрна не было выбора, он не мог остановить меня, как бы не хотел. А я не могла сказать ему, что это лишь один маленький шаг. Шаг к тому, чтобы однажды подарить ему свободу. Настоящую, полную. Шаг к тому, чтобы очистить его камень души и избавить от позорного клейма, что тянуло его вслед за мной. В пропасть.

— Прежде чем мы начнем тренировки, — поставив точку в этом споре, я вновь вернулась к документам на горничных. — Есть еще пара вопросов, которые требуют внимания. Рене, я бы хотела найти кое-кого. Пусть твои люди работают тайно и крайне осторожно. Есть один козырь, за которым охотятся многие семьи. И Его Величество тоже. Я хочу опередить их всех. И знаю, что начать стоит с приютов святой Иридии.

— Их сотни по всей империи, — заметил Бьёрн, намекая на огромный стог и крошечную иголку в нем.

— Я не сказала, что будет легко. К тому же описания, которые я дам, будут и помогать и сбивать. Девочку усиленно прячут, меняя ей внешность, чтобы в будущем надавить на ее род. Сейчас она слишком мала, чтобы быть по-настоящему полезной. И зависимой. Но именно такой она мне и нужна. Так что рассчитываю на тебя, Рене.

Едва глянув на отчет по поискам дочери горничной, я вспомнила одну важную деталь. Приюты святой Иридии, названные в честь первого генерала Закарии способного исцелять, сейчас являлись настоящим адом на земле. Я знала лишь немногие ужасающие подробности, которые были описаны в воспоминаниях главной героини романа, что был прочитан мной в прошлой жизни. Но этого хватало, чтобы понять — медлить нельзя.

Кроме откровенной жалости к ребенку, во мне хватало и своих, что уж скрывать, корыстных целей. Спасти Агату Мортейн сейчас означало нарушить главную ось истории, которая должна привести к любовному треугольнику между ней Лотаром и Каэлем. Вместе с избавлением ее от клейма “леди в беде” под нож попадала и надобность в отважных рыцарях на белоснежных конях. И я не могла сказать, расцветет ли после моего вмешательства настолько всеобъемлющая, всепоглощающая любовь, какой она была описана на страницах книги.

Но что я знала точно, никакая любовь не сможет исцелить раны тела и души, что получила Агата за годы своих скитаний по приютам. И жизнь единственного родственника, которого она так и не успела встретить, тоже не вернет.

Дед Агаты был человеком тяжелым. Его упрямство и своенравие привели некогда сильнейший род империи к упадку. Но прямо сейчас он все еще был жив, и мог поставить внучку на ноги, чтобы в будущем она сама твердой рукой управляла своими землями.

И, само собой, мне было выгодно, чтобы такой человек, как маркиз Мортейн, был глубоко обязан именно мне.

— Да, госпожа, — приняла мой приказ Рене. — Вам нужно что-то еще?

— Да, — тяжело вздохнула я. — Что там у нас с финансами? После нападения гидры запасы магических и духовных камней заметно иссякли. Теперь я чувствую себя голой и беззащитной, не в обиду тебе, Бьёрн.

— С магическими камнями проблем не будет, — первым заговорил маг. — С духовными камнями уже другой разговор. Их непросто достать, да и цена ужасает.

— Как насчет подпольных аукционов? — спросила Рене так, будто я понимала, о чем она говорит. — У госпожи большая коллекция различных редкостей, что могли бы заинтересовать многих покупателей.

Они с осторожностью глянули на меня, а я ответила гримасой человека ожидающего подробнейших объяснений. И Бьёрн удовлетворил мою жажду новых познаний. Оказалось Кларисса, как и многие аристократы, питала страсть к редким, антикварным или исторически значимым вещам. К примеру в хранилище нашлось колье первой императрицы Турина, которое по-хорошему должно было находится в главном дворце, как ценное наследие. Хрустальная ваза для слез, которой пользовались принцессы соседнего королевства Мильерн. А еще прозрачный словно слеза меч с рукоятью из белого золота и навершием из большого алмаза.

— Это что еще за вычурное недоразумение? — вскинула бровь я, разглядывая играющую от преломлений света поверхность. — Он что из стекла? Какой прок от…

— Это Дыхание Бога, хозяйка, — ответил Бьёрн, уставший удивляться моей несостоятельности. — Один из мечей дарованных людям для борьбы с Морел. Слеза Бога, которой владеет Его Величество, сильнейший меч империи и континента, но этот едва ли уступит ему. Пусть в нем нет силы прошлых хозяев и поглощенных монстров за прошедшую тысячу лет, зато нет и проклятия, сводящего хозяина с ума. Его лезвие пропускает в себя чистую ману владельца, и от ее силы зависит мощь самого клинка. Прошла вы… желали преподнести этот меч Его Величеству по особому случаю.

— У него уже есть лучший из мечей. — отрезала я, не собираясь следовать воле Клариссы.

Первой мыслью было подарить Дыхание Бога Каэлю. Когда-нибудь, если смогу расправиться и с Морел, и с проклятием черного клинка. Это могло бы стать символом новой истории императорской крови Турина. Но с другой стороны, стоило ли менять меч, который служил многим поколениям предком больше тысячи лет? Почерневший от крови монстров клинок защищал людей и продолжает свое дело, пусть и отравляя владельца. Это цена за множество жизней, и я решила, что будет правильней очистить Слезу Бога и дать ей возможность и дальше стоять на страже покоя всей империи.

Что же делать с Дыханием Бога я тоже решила с легким сердцем:

— Спрячь его в своем подпространстве, Бьёрн. Думаю, он вскоре понадобится мне.

— Вы ходите по краю, — тихо процедил маг, исполняя мой приказ.

— С первого же дня, как оказалась здесь. — улыбнулась ему, и Бьёрн опасно сощурился, отчего по плечам мигом разлетелись неприятные мурашки.

— Тогда вы согласитесь со мной, хозяйка, — он медленно прошелся вдоль стеллажей, приближаясь к вазе для слез, что я уже намеревалась продать за пару духовных камней. — Мы не можем позволить себе полумер.

Одним легким движением маг смахнул хрусталь на пол, и тот разлетелся со звоном на мельчайшие осколки.

— Воспользуйтесь своей силой или останетесь без духовных камней и без возможности защитить себя вне королевского дворца. — он наступил на кусочки, что валялись у его ботинка, и прохрустел, превращая их в пыль. — Не сможете себя защитить — не сможете выйти за порог. А до суда ваших служанок осталось меньше суток, хозяйка.