- Варг велел передать. - Он протянул сложенный вчетверо листок. - Подпись.
Я взяла. На листе стояла его подпись и дата - восьмой колокол сегодняшнего дня. Ниже, другим почерком, приписка Брина: «По приказу капитана - заложница чести Риана Веш не выходит из гостевой после восьмого колокола без разрешения стражи и печати капитана». Теперь у меня на руках была бумага, по которой Ларва мог доказать, что я в этом доме пленница. По крайней мере, по ночам.
- Садись, - сказала я Северу.
Он сел на краешек стула, выпрямив спину. Я достала из саквояжа клочок бумаги с вырезанным именем Марко Вейна и положила перед ним.
- Видел такую бумагу?
Он покачал головой, потом остановился и кивнул. Глаза у него стали большие, темные.
- Видел. У Ильи. Он прятал в столе под замком. Две недели назад я заметил, что у него новый замок.
- Ты не сказал мне.
- Я думал, это его личное. У писаря много личного.
Я переписала его слова в тетрадь, поставила дату. Илья прятал клочок с вырезанным именем. Илья носил, возможно, желтую перчатку. Илья был в конторе один. Илья уходил с моей маской в подвал и возвращался без нее.
- Север. - Я наклонилась к нему, заставляя смотреть мне в глаза. - Если я завтра не вернусь с совета, ты отнесешь эту тетрадь Мире Соль. Не Илье. Не Брину. Только Мире. Понял?
Он сглотнул, но кивнул. Я свернула тетрадь, обвязала шнурком, отдала ему.
- Иди спать. Утром мы идем на плаху.
Он встал и у двери обернулся.
- Маска... Риана... - Он запнулся. - А если он не придет завтра?
- Придет. Он подписал, он придет.
Север ушел. Я заперла дверь, задернула занавеску и легла на кровать, не снимая саквояжа. Запястье горело. Четвертая буква должна была проступить под утро, когда я проснусь. Я закрыла глаза и стала считать удары сердца, как считают медяки после казни, чтобы не сортировать по именам.
Я проснулась от собственного дыхания, слишком громкого в пустой комнате. Саквояж лежал рядом, ремень врезался в ребра. Я разжала руку, размотала тряпку на запястье и поднесла руку к серому свету окна.
Четвертая буква легла на кожу ночью, пока я спала. Еще одно «Е», с тем же длинным хвостом вправо. Л, А, Р, Е. Имя было почти собрано, оставалась одна гласная, и я уже знала какая, потому что четыре года назад чернилами по бумаге он выводил это имя с тем же убийственным почерком. ЛАРЕН. Лотар Ларен, капитан северной стражи, которого Радан Кейл отправил на плаху за два месяца до того, как я впервые надела маску.
Я знала его. Он носил с собой кисет с мятой, приговаривал «сегодня не казнят», когда шел мимо нашего крыла, улыбался конвоирам, будто они были его друзьями. Я кормила его перед казнью. Я держала его ладонь в своей через решетку. Я сняла с его шеи тонкий шнурок с медным медальоном и отдала его вдове через неделю, не сказав, откуда он у меня.
Он был первым, кого я не донесла до плахи как чужое имя, только как свое. Я ревела в подвале после его казни, сидя на каменном полу, пока Мира Соль молча ставила рядом кружку воды.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
