Помощница генерала-дракона. Лавка в придачу! - Филеберт Леси

Элька только и успевала, что записывать клиентов.

Под хорошие продажи и придумывание названия пошло веселее. Мы откровенно ухахатывались с подругой, добавляя всё новые идеи, одна другой хуже. Шапка заполнилась под завязку вариантами. Где-то на дне сиротливо валялись бумажки Витты.

Когда вернулась Витта, в кассе было столько монет, как никогда раньше.

С приходом подруги я как раз докинула в шапку последнюю бумажку с названием «Эликсир несчастья», думая о своем чудо-зелье, и с интересом глянула на Витту. Та выглядела очень удивленной и воодушевленной.

— Ой, девочки! Там у Стива такой! Тако-о-ой! — произнесла она, прижав ладошки к щекам.

— Оу, ваши отношения резко зашли дальше томных взглядов и миновали стадию поцелуев? — ехидно поинтересовалась я.

— Да ну тебя! — Витта возмущенно скрестила руки на груди. — Там у него такое... такое!..

— Ну, что там? Не томи!

— Там порядок! — выпалила Витта, сделав большие глаза. — Идеальный! Вы вообще помните, какой бардак всегда творится в лавке Стива?

— Не бардак, а творческий беспорядок, — хмыкнула я.

У Стива действительно всегда были проблемы с поддержанием порядка в пространстве, одна стена в его лавке вообще была завалена до потолка бесконечными коробками, которые он всё никак не мог донести до подсобок, а когда доносил — появлялись новые коробки. Так что лавка Стива никогда не сверкала чистотой, и торговый зал одновременно являлся мастерской.

— Так вот, там теперь всё идеально по полочкам разложено, в лавке чистота, образцово-показательная витрина флориста, и вообще! Стив прям пышет энергией, и у него даже покупателей прибавилось, потому что он так привлекательно оформил витрину и вход в лавку, что туда заходят просто так, интереса ради, а потом покупают что-нибудь, просто потому что им там понравилось! Представляете?

— Надо бы Стива еще на волшебный чаёк к нам позвать и тонко намекнуть на нашу грустную витрину, — пробормотала я.

Эля хихикнула, а Витта меня не расслышала.

— Что ты там бормочешь?

— Здорово, говорю! — громче добавила я. — Рада за Стива, но еще больше — за нас и за себя, что я такой чудесный напиток смогла сварить.

— Ты лучше не болтай, а иди еще свари! — Эля подтолкнула меня к котелку. — У нас еще заказов ого-го сколько!

Но я покачала головой.

— У меня листья корти́ции закончились, я ж остатки всякие добавляла, они у нас давно без дела валяются, я попробовала найти им применение... Ну вот, нашла. Теперь нужно еще, и сразу большую партию, кажется.

— Так в чем проблема? Мы вроде оформляли заказ на листья кортиции у наших поставщиков.

— Ага, только поставить нам их обещали через пару дней, а листья нужны сегодня.

— Ну и что делать будем? — нахмурилась Витта.

— Да ничего страшного, просто мне надо сейчас ножками до складских помещений дойти, возьму у них недостающий ингредиент, а остальное уж пусть спокойно через пару дней привезут. Сейчас, пожалуй, сразу и схожу, вроде метель утихла.

Я задумчиво посмотрела в окно, за которым снег хоть и падал, но уже просто приятными медленными крупными хлопьями, а не ледяной кашей в лицо.

— Нет, погодите, нам нужно сначала составить план действий в нашем расследовании! — упрямо произнесла Витта. — Надо организовать слежку за Марами, и всё такое... Необходимо составить график посменных дежурств!

— Ага, нам же делать больше нечего, — проворчала Эля.

— У меня сегодня на это времени точно нет, до вечера буду волшебный кофеёк варить. Давайте завтра всем этим займемся.

— А если с какой-то Марой что-то случится из-за нашего бездействия? — не отступала Витта.

Я отмахнулась.

— Да ну, вряд ли так быстро что-нибудь непоправимое случится. А мы со своей стороны и так молодцы: пряник нашли, следователю отнесли. Какой с нас спрос? Дальше — не наша работа, вообще-то. Вот пусть этот леденющий следователь и прорабатывает версии преступления.

— Ладно, давайте хотя бы с названием нашего детективного агентства определимся, — сдалась Витта, взяла в руки меховую шапку и с восторгом уставилась на количество бумажек в ней. — Вы придумали что-нибудь? О-о-о, вижу, вы очень серьезно подошли к делу!

Мы с Элей с сомнением переглянулись, но промолчали.

— Эрбис, иди сюда! Ты будешь ответственный за выбор названия нашего детективного агентства.

Витта махнула фамильяру, и белый кролик вальяжно спустился с верхней полки, на которой дрых самым наглым образом, используя мешок с лавандой в качестве мягкой ароматной подушки.

Эрбис запрыгнул на прилавок, с важным видом оглядел нас и пафосным голосом ведущего какого-нибудь шоу иллюзионистов протянул:

— Ну что-о-о-о, вы готоо-о-овы узнать с-с-свою с-с-судьбу?

— Тяни уже бумажку, судьбоносец ты наш, — со смехом покачала я головой.

Кролик смешно пошевелил ушами и носиком, сунул лапку за бумажкой, не глядя в меховую шапку. Долго копошился там, изводя нас ожиданием, во время которого мы с Элей на всякий случай отступили от Витты. Ну так... мало ли что там фамильяр вытащит...

Он, наконец, выудил одну скомканную бумажку, развернул ее и вновь пафосным голосом начал:

— Ита-а-ак, дамы, имею чес-с-сть объявить, что теперь вы будете называтьс-с-ся...

Он запнулся, тупо уставившись на бумажку в лапках, уши у кролика поникли.

— А можно я не буду брать на себя ответственность за это? — фамильяр особенно выделил последнее слово, как будто речь шла о чем-то непотребном.

Голос его прозвучал как-то жалобно даже.

— А что не так? — Витта подскочила к фамильяру и заглянула в бумажку вместе с ним.

Секунда непонимания — и глаза Виты стали еще больше.

Она выхватила бумажку из лап кролика и несколько раз прочитала то, что на ней написано, судя по бегающим туда-сюда глазам.

— Это... Это что такое? Кто это придумал?!

Мы с Элей на всякий случай сделали еще шаг назад, наблюдая за Виттой, которая, кажется, была готова взорваться от негодования.

Она молчала с добрую минуту, а потом возмущенно воскликнула, комкая бумажку и гневно глядя на нас:

— «Дело ведут криворучки»?! Вы серьезно? Кто это придумал? Кто, я вас спрашиваю?!

Ой, всё. Мне конец! Потому что Эрбис вытянул именно мой предложенный вариант. Совершенно идиотский, конечно, но откуда мне было знать, что именно он попадется под руку, ой, то есть — под лапку?

Под аккомпанемент хохота Эли я начала стратегическое отступление в сторону выхода из лавки. Бочком-бочком, к двери, добраться бы до вешалки...

— А ну, стоять! — гаркнула Витта так, что я аж подпрыгнула. — Ди, чтоб тебя в адову дыру засосало! Твоих рук дело?

— А я чего, я ничего, — быстро произнесла я, с опаской поглядывая на веник, который схватила в руки подруга. — Чего меня мучить было? Я человек простой, фантазией обделенный...

— Да ладно тебе, Ви, отличное же название! — сквозь смех произнесла Эля. — Прекрасно нам соответствует!

— Сами вы... криворучки! Я тут всерьез к нашему делу подхожу, с душой, думы думаю, планы строю, а вы... вы-ы-ы!

Витта в сердцах замахнулась веником и двинулась на меня, угрожающе помахивая орудием чистоты и порядка.

Я решила судьбу не испытывать и дать деру из лавки. Поэтому уже не бочком, а вполне себе открыто ринулась к выходу, по пути содрав с вешалки зимнюю мантию, одеваясь на ходу и под несмолкаемый хохот Эли и Эрбиса вылетела на улицу. В спину мне полетел веник возмущенной Витты, но ударился уже о закрытую дверь и с глухим стуком упал на пол.

— Пронесло, — радостно сообщила я самой себе, оборачиваясь к входу и показывая язык закрытой двери.

Сделала шаг назад и...

Ой.

Уткнулась во что-то большое и очень неприятно пахнущее. Одного только запаха хватало, чтобы понять, что передо мной — если точнее, то за мной — стоит Гризольда во всей своей вонючей красе. Старуха хоть и мылась (периодически я видела, как она шастает в мороз с мокрой головой и в халате на голое тело), но пахла всегда очень специфически. Мышиным пометом и водорослями.