Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— Уверена, что у тебя получилось. Учитывая, как она любит тебя, — улыбнулась Кьяра, погладив его по лицу. Засмотрелась на красивые, карие глаза. Между ними повисла пауза. И все же сегодняшний вечер для них особенный. Наверняка, именно его они запомнят надолго. — Мне так странно, что я могу и хочу до кого-то дотрагиваться так близко.

Никогда раньше не испытывала ничего подобного. Это было так откровенно, что даже странно.

— Ну, я почти твой муж. Так что это нормально, — тепло улыбнулся Дамиан, — Тебе нечего стесняться.

— А ты все не бросаешь эту идею, да? — рассмеялась Альварес. А как невинно он всегда подводит к этой теме. Даже мило.

— А почему бы и нет? Может всё-таки согласишься выйти за меня замуж? — ухмыльнулся он, подтянув ее ближе к себе.

— Я не счастливая, Дамиан, — посмеялась Кьяра, отстранившись от него, присев на кровать, подтягивая к себе колени. — Не хочу, чтобы это перешло и на тебя.

— Как это несчастливая? — нарочито удивился Скардино, юрко ухватив ее за лодыжку, потянув к себе. Девушка рассмеявшись, вновь оказалась в лежачем положении. Мужчина навис над ней сверху. — Очень даже счастливая, чмокнул он ее ключицу, опустившись на живот, вызывая щекотки. Альварес затрепыхалась в разные стороны, накрыв его голову руками.

— Не надо! — воскликнула она, уже чувствуя подступившие от смеха слезы.

— Неа, — усмехнулся Скардино, всё же ненадолго поднявшись над ней, положив ладонь на продолжение ее татуировки, что шло по всем правым ребрам. Как сказала сама девушка, это была богиня смерти Санта-Муэрте.

— Давай так, — проговорил он, — Я очень счастливый. Поженимся, и моя удача перейдет на тебя.

— Думаешь?

— Уверен.

4 месяца спустя.

На улице стемнело рано. Середина декабря. Впереди было рождество. Новый год. Одни праздники, веселье и подарки. По всей округе уже лежали высокие сугробы пушистого, сверкающего снега. Хотя в Нортлэнде снег лежал семь, а иногда и все восемь месяцев в году. Как-никак государство снега и льда. Небольшой городок Нордград уже с верху до низу был украшен различными разноцветными гирляндами, лентами, шарами и венками. Милые колокольчики на дверях, имбирные печенья и полосатые палочки. Снеговики на заднем дворе, большие праздничные вывески на всех больших зданиях, и сказочные подвесные фонари вдоль дорог. Атмосфера стояла просто волшебная и небольшая метель только дополняла всю эту обстановку. В одном из весьма презентабельных районов города, среди ровных строев домиков, возвышалось красивое поместье в два этажа. Белые кирпичики. Округлые башенки и серая крыша из черепицы. Несколько дымящихся труб от камина. Ровные ряды створчатых длинных окон в молочной оправе. Большой балкон на втором этаже. Колонны, от которого шли да самого низа и создавали навес над входной дверью. Вполне просторный дворик. Вычищенная дорожка от дороги и до самых ступенек. Пушистые ёлочки по обе стороны от неё.

Внутри было не менее уютно, чем снаружи. Все так же было украшено к празднику. Кто бы мог подумать, что такое далекое и отличное от родного дома государство, могло быть таким приятным?

В просторной спальне потрескивал кирпичный камин. Пушистый ковер лежал на темном паркете, и защищал босые ноги от холода. Массивная кровать с воздушным балдахином занимала почти все пространство и была застелена таким же пушистым пледом поверх темно-синего дорогого комплекта. В комнате было темно. Но свет от мелькающего широкого телевизора и света от фонарей с улицы неплохо спасал ситуацию.

— Мне кажется, этот фильм дрянь, — прищурилась Аннабель, внимательно смотря за действиями девушки, убегающей от маньяка, в лагере. Фильм выбирал Аррингтон и на что другое она рассчитывала? На мультик или сказку про фей? В какой-то момент бугай с топором резко появился в кадре. Аннабель резко выдохнув, опустила лицо в мирно вздымающуюся грудь, на которой и лежала всё это время. Дрянь. Как она и говорила. Рэн слабо посмеялся, погладив ее задницу ладонью, тоже смотря в экран.

— Не знаю. Мне понравилось, как те двое занимались сексом в палатке в начале, — усмехнулся он, заправив ее волосы за уши второй рукой.

— Кто о чём, — покачала головой Аннабель, чуть сморщившись от кровавого зрелища на экране.

— А что? — хмыкнул Аррингтон, — Натурально же было.

— Очень, — закатила глаза Скардино, вновь укладываясь поудобнее, — У тебя духи новые? Принюхалась она получше. Точно, а она то думает, что поменялось.

— Да, — улыбнулся Рэн, — называется Сексуальное напряжение.

Ему это название сразу бросилось в глаза. Он сразу понял. Его. Точно его. Примерно так же, было и с этим домом, что они купили почти 4 месяца назад. Они его увидели и сразу поняли, что это их. А вот страну они выбирали буквально наобум. А если быть точнее, то в ночь перед тем побегом просто написали названия на бумажках и вытащили одну. Вернее, Аннабель вытащила. И очень удачно вытащила своей легкой ручкой. Он вообще удивлен, что в королевстве снега оказалось так хорошо и уютно. Да ему так тепло, в родном доме не было, как здесь, на севере. Они были счастливы. Пока наслаждались своим новым статусом обычных людей. Обычных горожан, которых никто никуда не дергал, никто никуда не звал ради выгоды и ничего от них не ждал. Никакого пристального внимания. Никаких фанатов и журналистов. Простая, обычная и свободная жизнь. Это, оказалось, так необычно… жить… делать дела дома… ходить на работу. Возвращаться. Общаться с соседями и горожанами. Аннабель до сих пор удивлялась, что можно общаться соседями и даже заводить друзей. Настоящих, которые заходят к тебе иногда в гости, даже в течение дня за чем-то. Рассказывают новости. Свои дела. Обсуждают насущное. И это оказывается временами так интересно слушать, как у соседки Лары сгорела проводка, как она мокрая и голая бежала, чтобы отключить щиток. Или как у другой соседки Нэтали, например, постоянно меняются ухажеры с какими-то сумасшедшими историями, и она так интересно рассказывает об этом. Аннабель даже состояла в совете улицы, который собирался раз в месяц и обсуждал проблемы их района и города. Было интересно. Всякие городские мероприятия, со стороны обычных людей, оказались такими захватывающими, веселыми и атмосферными. Или быть может это в этом городе все так? все кажется таким настоящим? Привлекательным? А быть может, это просто новизна.

Никаких балов, приемов, светски бесед и вранья.

— Так вот из-за чего у меня это, — театрально помахала себе рукой Аннабель. Посмеявшись.

— Именно, — хмыкнул Рэн, поцеловав ее в висок. — Думаешь, кто-то выживет?

— Мне кажется, та блондинка, — указала пальцем Скардино. — И вон тот очкарик.

— Мне тоже кажется, что остальных скоро прирежут, — хмыкнул Аррингтон

— Может, поедим, а потом досмотрим? И следующий фильм ужасов выбираю я, — поднялась Скардино на ладони.

— Можно, — согласился Рэн, тоже присев потянувшись. — И я отлично выбираю фильмы. — с прищуром посмотрел он на неё…

— Отлично ты выбираешь, в каком фильме будут заниматься сексом в палатке, — усмехнулась Аннабель, сев на него сверху, обняв за шею, прижавшись к голому торсу, — А я выберу интересный и страшный.

— Посмотрим, — хмыкнул Аррингтон, не особо веря в это. Вставая на ноги, поднимая девушку вместе с собой. — Это новогодняя версия или ты пытаешься соблазнить меня? — подтянул он девушку повыше и взял между пальцами пушистую обшивку шелкового бордового топа. Что бы там ни было, получилось всё равно второе.

— Я совмещаю, — усмехнулась Аннабель, потеревшись своим лицом о его шею и щеку.

— Моя сексуальная кошечка, — выдохнул Рэн, усадив ее на кухонную стойку, прижавшись губами к шее. Скардино с наслаждением, уперлась ладонями в твердую поверхность, запрокидывая голову, открывая ему больше места. Ласки прервал звенящий на весь дом телефон. Рэн отвлекаясь, закатил глаза, снимая трубку.

— Дом Монфор-л-Аморе, — проговорил он уже на автомате, хотя раньше частенько забывал их новую фамилию. Не ехать же в другое государство со звучной родовой фамилией другой страны, даже если она и находится с тобой в нейтралитете. Опасно.