Дар первой слабости (СИ) - Виннер Лера

Вэйн всё же не выдержал, засмеялся, качая головой, но очень быстро стал серьёзным.

— Валесс не так далеко отсюда. Удивительно, что ты их не пробовала.

В его голосе слышалась осторожность, естественная для того, кто ступает на скользкую тропу, и я хмыкнула с пониманием.

— Мы давно не могли позволить себе подобное.

Произносить это было горько и унизительно, поэтому я принялась разглядывать ещё один плод, не срывая его, просто поглаживая пальцами.

Мне некуда было деться от печальной правды. Благо, зная её не хуже меня, Вэйн не злорадствовал и не торжествовал.

Ответил он тоже не сразу.

Я слышала шаги за своей спиной — благородно избавив меня от необходимости смотреть себе в лицо, он неспешно направился к соседнему дереву.

— Ты вряд ли поверишь, но мне действительно жаль, что так произошло с Валессом. Я бывал там в юности… скорее даже в детстве. Твоё княжество запомнилось мне как край чудес.

Я невольно улыбнулась, вообразив, что он мог видеть и запомнить ребёнком.

— Этот край превратился в лёгкую добычу. А ты не пролил крови моих людей. Надеюсь, ты не ждёшь, что я стану благодарить тебя за это? — я всё же развернулась, собравшись с духом, чтобы посмотреть ему в глаза.

Вэйн стоял неподвижно и ближе, чем я думала. Прямо сейчас между нами происходило что-то очень важное, хотя я и не могла понять до конца, что именно это было.

— Князь Рамон…

— … Трус и дурак, — он перебил, и я послушно умолкла. — Ты ведь догадываешься, что он не погнушался поблагодарить меня?

— Я не хочу этого знать.

Его слова о брате, — резкие, правдивые, — прозвучали как заслуженная пощёчина, сделали голову звеняще пустой, и я позволила себе отвернуться снова.

Поделом.

Мне следовало возразить ему, — захватчику, генералу узурпатора, — до хрипа отстаивать честь если не своего княжества, то своей семьи. А я понятия не имела, что ему ответить.

Впрочем, Вэйн ответа и не требовал.

Ступая по траве почти неслышно, он подошёл ко мне ближе, чтобы сказанное им слышала только я.

— Через две недели мне исполнится двадцать восемь лет. Его Величество Филипп сделал мне воистину королевский подарок — коль скоро уж мои владения располагаются к Валессу ближе всего, княжество стало моим. Я назначен наместником короны над ним.

Вдохнув, я не сумела выдохнуть, бессмысленно глядя на качающуюся на ветру ветку перед своим лицом.

Наместник над Валессом…

Не чувствуя земли под ногами, я развернулась к Вэйну и задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— И что ты намерен сделать с ним?

Больше всего на свет мне хотелось закричать — от беспомощности, от отчаяния, от непоправимости случившегося.

Если сейчас он скажет, что решение будет зависеть от моей благосклонности…

Он тихо хмыкнул, пожимая плечами, и повертел в руках тот же фрукт, который минутой ранее гладила я.

— То же, что обещал. Твоим людям нужны торговые пути, скот и деньги. Артгейт благополучен и не нуждается в рабах, но корона нуждается в верных подданных. Твой брат останется их князем. Пусть его полномочия и станут меньше, я не вижу смысла волновать кого-то такими потрясениями.

Всё это он говорил так просто, чуть снисходительно, словно здесь и сейчас сам оказывал мне королевскую милость. Если бы ещё я не знала, что из себя представлял король Филипп.

Никогда не встречав его лично, я слышала, что он был человеком редкого упрямства и никогда ничего не забывал. Два унизительных поражения от крошечного княжества… Его прямым желанием должно́ было стать разорить Валесс, заставить непокорных людей заплатить за свою гордость и склониться в страхе.

Если бы его лучший генерал не выбрал себе такую странную награду…

Это было всего лишь предположением, но после слов Сюзанны я не сомневалась в том, что оно верно. Получив возможность выбирать, Вэйн сам попросил короля отдать ему Валесс.

— Я…

Он перехватил меня за подбородок — бережно, но очень уверенно, мешая мне продолжить.

— Не роняй себя, княжна Марика.

Его прямой взгляд обжигал. В нём появилось что-то новое, непонятное мне, но заставившее в самом деле умолкнуть, проглотить свою благодарность, готовую сорваться с губ, потому что я ему верила.

Не пытаясь отстраниться, я продолжала смотреть как заворожённая, а Калеб Вэйн склонился ближе, и секунду спустя я сама с готовностью потянулась ему навстречу.

Глава 10

По вкусу этот поцелуй оказался похож на фрукт, который я ела — не слишком сладкий, но приятный, немного эфемерный и новый.

Не зная толком, что делать, я доверилась инстинкту, а Вэйн вёл мягко и бережно.

Не смущая меня лишней интимностью, как ночью в спальне, он просто ласкал губами мои губы, придерживая за талию крепко, но не вызывающе непристойно.

Мне оказалось удобно положить руку ему на плечо, и теперь мы были прижаты друг к другу так крепко, что перестало хватать воздуха.

Когда он немного отстранился, чтобы позволить мне подышать, под веками пекло, и я не стала торопиться открывать глаза, а он вернулся так быстро, дотронулся до уголка моих губ кончиком языка, прежде чем поцеловать снова.

Грудь свело от незнакомого мне томления, и я подалась ему навстречу, обнимая уже обеими руками, поглаживая его волосы осторожно, чтобы не слишком их растрепать.

Казалось, время остановилось, и были только его ладони, неспешно скользящие вверх-вниз по моей спине, тяжёлое дыхание и запах. Чистого тела и травяной притирки.

— Ты ударишь меня, если скажу, что ты поразительно хорошо целуешься для девственницы?

Он спросил едва слышно, и я неожиданно для самой себя рассмеялась, опуская взгляд.

— Я привыкла действовать по ситуации.

— Хочешь сказать, что я тебя вынудил?

Он снова подцепил пальцами мой подбородок, вынуждая поднять раскрасневшееся лицо.

Губы горели, на них всё ещё ощущался его привкус, но ни досады, ни ненависти к нему я не чувствовала.

— Ты поступил как настоящее чудовище.

Немыслимо было говорить подобным образом с человеком, забравшим у меня всё, включая меня саму, но иначе отчего-то не получалось.

— Да. Хотя Сюзанна считает, что твоё появление заставило меня смягчиться. Я встретил её вчера. Ты сумела её порадовать, а такое случается редко.

— Мне показалось, она из тех людей, кто умеет радоваться жизни.

— Её работа — радовать других, но мало кому удаётся удивить её. Судя по всему, ты делаешь отменные духи.

Мы всё ещё стояли, обнявшись, и достаточно было почти шептать, чтобы слышать друг друга, но мне не приходило в голову первой убрать руки.

Беседуя с Вэйном о какой-то ерунде, я чувствовала, как бьётся его сердце, и хотела только снова закрыть глаза. Или упасть в обморок, как и полагалось бы впечатлительной девице. Что угодно, лишь не позволить себе мысль о том, что всё это было… хорошо.

— Я…

Я хотела попробовать угадать, какие травы предпочитает он сам, но где-то неподалёку раздался горн.

Я вздрогнула от неожиданности, потому что успела и правда забыть обо всём мире разом, и Вэйн стиснул мою талию крепче.

Не выпуская меня из рук, он обернулся, а я проследила его взгляд.

По дороге в отделении ехала повозка, окружённая всадниками.

— Ты ждёшь гостей?

— По правде сказать, не ждал, — Вэйн стиснул челюсть, прежде чем ответить коротко и задумчиво.

На его лице не было и тени радости, но вместо того, чтобы отстраниться, я зачем-то стиснула его рубашку крепче.

Этот нехитрый жест заставит его как будто очнуться, перевести взгляд с дороги обратно на меня.

— Судя по всему, Первый генерал решил почтить меня своим визитом. Давненько он ко мне не выбирался.

Он произнёс это чуть насмешливо, напряжённо и я отступила на шаг, поняв, что момент закончился.

Появление принца Эрвина без предупреждения и приглашения могло означать что угодно как для самого Вэйна, так и для меня.

Мягко отстранившись, он, тем не менее удержал меня за плечи.