Кто знает, какие возможности у драконов в этом мире.
Не знаю из каких побуждений он помогает мне и что сделает сам Батори, потому что его я тоже не знаю.
Протягиваю руку и забираю документ, а затем возвращаюсь к себе и прячу его под матрац. Я испытываю странные чувства.
Пусть документ побудет пока там, а как вернусь -- изучу его, а также узнаю у Ирмы, где бы могла хранить важные документы.
Привожу себя в порядок, переодеваюсь в одно из платьев, что забрала из дома Батори и уже через несколько минут стою у кареты Вона, а он протягивает мне руку, чтобы помочь забраться в экипаж.
Когда он усаживается напротив, я чувствую приятное волнение. Но ни от его близости, а от нашего путешествия. Портальные камни, магия и возможность увидеть другой городок и их волшебный рынок вызывают во мне странные эмоции.
Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну, потому что мне не удаётся скрыть довольную улыбку.
— Рад видеть, как ты улыбаешься, — произносит Вон и протягивает руку, чтобы меня коснуться. Поворачиваюсь к нему, опускаю взгляд на его пальцы и замечаю, что кольцо, которое привлекло моё внимание в таверне, вдруг пропало с его пальца. Не знаю, что чувствую по этому поводу, но признаюсь, что мне это не нравится. — Мы отправимся на рынок в Белеш, там сможем купить не только продукты, но и твои эти сиропы, я думаю. Это удивительное место. Казалось бы, ты видел всё, но торговцы непременно найдут чем тебя удивить. — добавляет он и, похоже, заметив перемену во мне, выпрямляется и кладёт руки на свои бёдра.
Почти всю дорогу мы едем молча, а я наблюдаю в окно, как мимо проплывают густые деревья, ели, кое-где стоят деревянные домики не больше десяти рядом и снова густой лес.
Портальным камнем в этот раз пользуется не Вон, а его кучер, что тоже меня расстраивает, но я боюсь выдать себя, если станут расспрашивать о камнях и перемещениях.
Будет у меня ещё на это время, я уверена.
— Вот мы и на месте, — вырывает меня из моих мыслей Вон и выбирается из кареты, а затем протягивает руку мне. Вкладываю в неё свою, и он крепко сжимает в своей ладони, после того как выбираюсь из экипажа.
Сердце замирает от красоты и живости вокруг: кругом толпится народ, деревянные палатки и прилавки до отказа забиты угощениями, тканями и какими-то травами. В мой слух врезаются крики, звуки барабанов, смех и, кажется, какие-то местные напевы.
— Идём-идём. Признаюсь, я точно не знаю, где нам искать твои волшебные бутылочки. — говорит Вон и тянет меня на себя.
Глубоко вдыхаю и топаю за ним, сильнее сжимая его руку, понимаю теперь, почему он меня не отпустил: мы едва протискиваемся сквозь толпу и если бы он меня не держал, я уже давным-давно потеряла бы его из виду.
Торговцы хватают за руки и тянут к своему товару, а прохожие второпях толкают и едва не сносят с ног. В воздухе стоит аромат жареного мяса и чего-то сладкого, манящего.
— Возьмём немного мяса, фруктов и эля — наклонившись ко мне кричит Вон и выжидающе смотрит, ожидая моей реакции. — Если вдруг они не сразу воспримут твои коктейли, то вы сможете сначала угостить их элем. С насыщенным, плотным вкусом. Тёмный с приятным горьковатым послевкусием. Чтобы ничего лишнего, оттеняющего истинный вкус и тебе повезло, что я знаю торговца, у которого эль идеальный. Можно сказать, — усмехается Вон — раскрываю тебе свой секрет. — добавляет и наклоняется ко мне, заглядывает в лицо, пока вокруг нас то и дело проскальзывают люди, задевая то его, то меня.
Киваю ему, выдыхаю своё волнение, теперь уже от предстоящего праздника, и он сильнее сжимая мою руку, тянет меня, выглядит таким довольным, словно и в самом деле собирается открыть мне великую тайну.
Пробраться сквозь толпу удаётся не сразу, как только начинаем двигаться, меня хватает за руку и тянет на себя пожилой мужчина с седыми усами и смешной косынкой на голове. Хватка у него крепкая, словно клешни и болезненная, поэтому я несколько раз потираю свою руку, а он виновато поджимает губы и протягивает мне что-то похожее на пирожное из слоёного теста и я, прежде чем принять, бросаю взгляд на Вона, который уже успел порычать на торговца.
— Не пожалеете, госпожа, — говорит торговец и снова подталкивает ко мне своё пирожное — У меня самые лучшие сладости здесь, а вы так торопились, что и не заметили меня. — пожимает он плечами и бросает взгляд на то, как я потираю руку. Не привыкла я к такой суете. Но после того как Вон одобрительно кивает, я принимаю угощение и, кажется попадаю в рай. Не пробовала здесь ещё ничего подобного, но это пирожное лучшее, что я вообще когда-либо ела за всю свою жизнь. Слоёное мягкое тесто, пропитанное чем-то сладковато-пряным и нежный крем с лёгкой кислинкой, что так умело разбавляет сладость.
Стону и закрываю глаза, ну просто невозможно вкусно.
В реальность меня возвращает Вон, когда его голос гремит на моим ухом, а рука находит мою и он не просто берёт меня за руку, а переплетает наши пальцы, теперь, чтобы наверняка меня не потерять.
Торговец протягивает ему небольшую коробочку, но когда замечает наши сцепленные руки, на мгновение замирает. Неуклюже принимает у него из рук золотую монету и быстро ретируется, обращая внимание на других гостей.
Когда всё же очередь доходит до эля, я чувствую себя так, словно вот-вот лопну. Потому что теперь мы никуда не спешим и пробуем всё, что только возможно. Сладкое, солёное, кислое.
Вон не тянет меня, а просто крепко держит за руку и протискивается сквозь толпу то к одному, то к другому прилавку и предлагает попробовать разные сладости, фрукты, здесь даже находится что-то похожее на яблоки в карамели, вот только их зачем-то заранее поджаривают на огне.
Чувствую себя удивительно счастливой, забытое чувство меня окрыляет, щёки горят, а с лица не сходит улыбка.
— Три бочки давай, Дагар, — посмеивается Вон, когда мы оказываемся в небольшом помещении, напоминающем мне деревянный гараж моего дедушки. Здесь темно и прохладно. Но пахнет не машинным маслом и выхлопным газом, а пшеницей, виноградом и хмелем. Глубоко вдыхаю и горьковатый привкус напитков, что здесь изготавливают остаётся на языке.
Вздрагиваю, когда передо мной появляются три больших деревянных бочки и, закусив внутреннюю сторону щеки, смотрю на Вона, который обходит их внимательно разглядывая, а затем ещё какое-то время переговаривается в торговцев. Протягивает ему три золотых, а после мы покупаем копчённости, овощи, и немного мяса.
Наблюдая то и дело, сколько на наш праздник потратил Вон, чувствую, как в груди тлеет ярость.
Набрали мы с ним, должна сказать не мало, но монет этот дракон потратил от силы не больше восьми.
Это сколько же я должна была выплатить своему мужу?
— Прости Инес, но я понятия не имею, где ещё мы могли бы посмотреть твои сиропы — выдыхает Вон и пожимает плечами.
Не знаю, сколько времени мы потратили, но, похоже обошли весь рынок, однако сиропов так и не нашли. Закрываю глаза и вспоминаю о своих запасах. Судя по всему, нам придётся довольствовать тем, что имеется в запасах Ирмы.
— Предлагаю устроить праздник в субботу. Может быть, попытаемся заманить гостей акцией? — спрашивает Вон, когда мы, наконец, добираемся до его кареты. Я лениво откидываюсь на спинку сидения и тяжело вздыхаю. Должно быть, мы потратили весь день. Солнце уже совсем низко, небо окрасили розовые полосы. У меня гудят ноги, а голова словно квадратная от какофонии всех здешних ароматов, кажется, что и одежда моя насквозь пропахла жареным мясом, фруктами и благовоние.
