Не опускаю глаза, лишь поджимаю губы и чувствую, как злость растекается по телу. Память Инес уже достаточно посвятила меня в то, как этот мужчина обращался со своей молодой женой, и то, что сейчас происходит, ему не нравиться. Вижу, как меняется его взгляд, а он изо всех сил пытается контролировать своё негодование, как сердится из-за того, что я не опускаю голову, а смотрю на него и не собираюсь подчиняться.
Оран мой бывший муж и сейчас на моей территории.
— Я тебя раздавлю, Инес, как вы с отцом раздавили меня публичным отказом. Я был тебя недостоин, и что теперь? Всё королевство теперь видит, что ты, в конце концов, оказалась у моих ног. Здесь тебе и место. — зло указывает он на землю рядом со своим сапогом — Я тебя раздавлю, — зло повторяет он — ни тебе, ни твоей вшивой таверне покоя не будет. А ты будешь всю жизнь платить мне, и никакой Ленард тебе не поможет. Я использую всё, что в моих силах и в моей власти. И когда ты поймёшь, что больше не можешь сопротивляться, я буду ждать тебя и поверь мне, с наслаждением послушаю, как ты умоляешь меня остановиться и принять тебя обратно. И я приму, оставлю попытки тебя сломать и позволю этой таверне существовать, но при условии, что ты будешь оплачивать мои долги, которых из-за тебя у меня сейчас полным-полно.
— Я никогда не буду оплачивать твои долги и … — замолкаю, потому что Оран действует слишком быстро. Подаётся вперёд и силой хватает меня за шею. На мгновение я теряюсь, дыхание перехватывает, а тело сковывает от неожиданности.
— Ты будешь мне подчиняться — сквозь зубы рычит Батори мне в лицо и сильнее сжимает хватку на моей шее, его колотит, он горячий как печка, а зрачки снова вертикально вытянулись.
Понимаю, что свою хватку он не контролирует, ведомый яростью и желанием снова меня подчинить. Перед глазами прыгают чёрные точки, когда хватаюсь обеими рукам и за его запястье, а затем сильно впиваюсь в его кожу ногтями, и он меня отпускает. Отшатываюсь и едва удерживаюсь на ногах, хватаю воздух большими глотками.
Воздух становится тяжёлым, сильный запах дыма и железа повисает вокруг, сдавливает горло не хуже хватки Батори.
Поднимаю глаза и вижу, что он смотрит на своё запястье, где остались борозды от моих ногтей, а затем смотрит на меня с таким удивлением, словно дерево перед ним заговорило и пошло.
Качает головой и замахивается.
А я вскрикиваю, когда пытаюсь отбить ребром ладони его удар, который он планировал нанести по моему лицу. Боль простреливает ладонь, и я хватаюсь за неё другой рукой, пока Батори снова замахивается, но на этот раз от удара меня спасает Ирма, когда силой припечатывает Батори сковородкой по затылку, за что получает удар и отлетает назад.
Бросаюсь к ней и принимаюсь осматривать, позабыв о своей боли. А она зло бубнит себе под нос, как ненавидит подлеца и желает ударить его снова.
Обе поднимается и смотрим на дракона, который подобного приёма явно не ожидал, да и удар от Ирмы незамеченным для него не остался.
Чувствую такое странное удовлетворение, когда он прикладывает руку к затылку и кривится, а затем снова двигается ко мне, но останавливается, когда Ирма начинает кричать:
— Пока младший герцог Ленард покровительствуем нам, я буду просить его то и дело писать на вас жалобы, и за каждый свой удар вы будете отвечать! Обещаю, что если не Инес, я сама буду жаловаться господину Вону на то, что здесь вижу. Убирайтесь с моих земель!
Батори прищуривается и тяжело вздыхает, сжимает кулаки, но опускает руки вдоль тела.
Какое-то время буравит Ирму тяжёлым взглядом, а затем смотрит на меня, и в его глазах я вижу немую угрозу. Страшно от такого ледяного, полного ненависти взгляда, что становится холодно и колючие мурашки пробегает по спине, но глаз я не отпускаю и не отвожу.
Батори молча разворачивается и на этот раз нарочито медленно обращается в дракона, позволяя чёрной дымке окутать пространство вокруг и перед тем, как покинуть нас, несколько раз пролетает над нами, оглушая своим яростным рыком.
Прикладываю руку к груди и глубоко вдыхаю, глядя на Ирму.
Дракон уже давно улетел, а его ярость всё ещё висит вокруг плотным колючим туманом.
— Злопамятный какой. Сломал мою кладовую, — ворчит Ирма и потирает плечо. Ударила его при падении. Переживаю, не сломала ли, потому как её приложил Батори, вполне возможен перелом. — И забор придётся чинить. Вот же ящер проклятый. И это благородный дракон? — разворачивается ко мне, раскидывает руки в стороны и кривится. С минуту смотрит друг на друга, а затем она заливается смехом и проходит вперёд, чтобы поднять свою сковороду. — От благородной крови в нём только фамилия и осталась. Да и та уже давно опозорена. Не тобой, конечно. — добавляет и принимается осматривать ущерб, что остался после визита бывшего мужа, а я непросто чувствую себя плохо, внутри всё скручивает, а по венам словно запустили раскалённую лаву.
Обнимаю себя руками, пока Ирма обходит владения и не сдерживаясь ругается на Батори.
Передёргиваю плечами и закрываю глаза, потому что слова бывшего мужа прилипли ко мне, как мокрая грязь, и всё ещё звенят в голове, а в груди неприятно давит.
— Вот вам и готов на всё закрыть глаза. — произносит Ирма совсем рядом, и я открываю глаза. Она стоит напротив и внимательно изучает меня странным взглядом. — Как он красиво пел, когда в очередной раз пришёл просить твоей руки? И на слухи ему плевать, и то, что в тебе нет магии ему совершенно неважно. — кривляется Ирма, потирая плечо. — А сам за шею тебя хватает, да на место у его ног указывает. — качает головой и вижу, что её передёргивает от злости — Жаль, что старая я уже и второй раз приложить его не успела.
— Больше так не поступай — говорю, и она усмехается — В следующий раз он может и посильнее тебя ударить. — указываю на её плечо.
— Да пусть бы и замахнулся. Я уже старая, да и терять мне нечего, а если перед этим получится силой этого негодяя приложить, так счастью моему не будет предела. — посмеивается она, и улыбка становится шире. Ловит мой взгляд и я усмехаюсь, вспоминая момент, когда она неожиданно ударила его сковородой и звук от удара всплывает в памяти, вытесняя собой неприятное послевкусие от встречи с бывшим мужем.
— Отправляйся в постель и поспи ещё — предлагает Ирма, но я качаю головой.
О каком сне идёт речь, если меня эмоции переполняют. Горит всё тело и грудь теперь словно в огне.
Привожу себя в порядок и отправляюсь в таверну, чтобы помочь Ирме, но перед этим останавливаюсь и даже моргаю несколько раз, дабы убедиться, что мне не показалось. Бастиан, мой отец уже на ногах и возиться со сломанным забором.
Когда появляюсь на кухне, вижу, что помощницы Вона и здесь постарались на славу.
Отмыли залитые жиром и копотью стекла на окнах, мебель здешнюю и стены очистили щётками, да и каменную кладку у печи оттёрли так, что блестит. И кирпичи от печи отмыли, что они стали красными.
На кухне прохладно, чисто и свежо. Пахнет свежими овощами и совсем чуть-чуть жаренным мясом с луком.
Помогаю Ирме с приготовлением обеда, для её постоянных гостей, а после отправляюсь в зал.
Здесь светло, чисто и пахнет свежестью и цветами.
Принимаюсь перебирать бутылочки, что у меня есть, дабы подготовиться и замечаю, что помощницы Вона навели порядок и под барной стойкой: протёрли пыль, залезли в каждый уголок и каждую полочку.
Из того, что здесь есть выйдут неплохие коктейли, хоть и немного однообразные, а то, что во время уборки феи чистоты нашли неоткрытую бутылку горячительного напитка, может добавить в некоторые из напитков остроты.
