Значит, тогда моя магия и пробудилась. Не зря ведь мне казалось, что у меня по венам течёт раскалённая лава.
Закрываю глаза и глубоко вдыхаю, чтобы почувствовать свои изменения, но ничего не происходит, словно магия всегда была внутри, но сейчас просто стала активнее.
— Заказали еду. И эль заказали — шепчет мне довольная Карина. Открываю глаза и ловлю её взгляд. Щёки у неё заливает румянец, а глаза горят. Даже если никому из них не захочется моих коктейлей, то еда и напитки их точно порадуют. — Шесть человек и каждому по две кружки эля — произносит она — Таких заказов эта таверна давно не видала.
Дарю ей улыбку, и мы оборачиваемся на дверь, когда новая компания гостей вваливается и, осмотревшись, занимает столик у окна.
Шумно выдыхаю, когда Карина возвращается от них, и я понимаю, что никто о моих коктейлях или как они здесь говорят, волшебных напитках не заикается.
Может тогда послушать отца?
— Эй, хозяйка, — вспарывает воздух грубый мужской голос одного из гостей, и я разворачиваюсь, чтобы увидеть его.
Он поднимается, привлекая моё внимание вскидывая руку и я его узнаю.
Высокий, физически крепкий, с короткой стрижкой и бородой. Тот, кого я встретила в компании Вона по пути сюда.
— Говорят, ты делаешь удивительные напитки. Могу я попросить тебя сделать для меня что-нибудь бодрящее? — спрашивает и гул вокруг затихает. Все смотрят на меня, и я чувствую, как краснеют мои щёки.
Ну что ж, спрятаться и подавать гостям только эль, очевидно не получится.
Киваю и обращаю внимание на свои сиропы. Открываю несколько из них и обращаюсь к бутылке с прозрачной, горячительной жидкостью. Здесь главное -- не перестараться.
Достаю шейкер, лёд и нарезаю тонкими ломтиками лимон, клубнику, это на будущее, и ставлю перед собой сироп, что заменяет мне мяту.
Занятая делом, я не сразу понимаю, что теперь вокруг стойки собралась толпа и каждый с упоением смотрит на то, как я делаю напиток.
Улыбаюсь и приятное волнение прокатывается волной по телу. Я снова чувствую себя в своей атмосфере. Ловко хватаю стакан с полки позади и красиво переливаю жидкость из шейкера, двигая ближе к гостю.
Он довольно усмехается и на мгновение наши взгляды сталкиваются, а затем он нарочито медленно пьёт, смакуя, одобрительно качая головой, и я вижу, что ожидание оправдывает реальность.
— Вкусно — с удивлением произносит он и щёлкнув пальцами, указывает на стакан. А затем я слышу, как о напитке просит кто-то ещё, а затем ещё и я погружаюсь в работу.
К полуночи в таверне становится жарко. Звуки вокруг приятно ласкают слух, напоминая мне о былой жизни и моём баре. Смех, разговоры и споры гостей смешиваются с запахом жареной еды, хмеля и едва уловимы нотками терпкого алкоголя.
Вон появляется в таверне поздно и сразу занимает столик у двери, сидит, закутавшись в плащ и отмахивается, когда Карина оказывается рядом с ним, чтобы принять заказ. Осматривается и когда ловит мой взгляд, поднимает большой палец вверх.
Слова отца о том, что у Вона есть какой-то нехороший интерес, неприятно царапают в груди, но сейчас мне не до этого.
Гостям так понравились мои коктейли, что они обступили стойку и буквально заваливают меня вопросами о приготовлении. Просят повторить, смеются и делают комплименты моим умениям смешивать напитки.
Ничего удивительно в этом я действительно мастер.
Когда протягиваю заказ крупному мужчине, которому на вид чуть больше пятидесяти дверь в таверну снова открывается, и я чувствую странную дрожь во всём теле. На мгновение даже перехватывает дыхание.
Удивительное чувство, которое никогда прежде не испытывала, сдавливает внутри, а по телу пробегает тепло, когда мой взгляд задерживается на одном из высоких мужчин в чёрном плаще и широком капюшоне. Я не вижу его лица и цвета его волос, но у моему удивлению, будто сквозь всю какофонию ароматов вокруг чувствую его пряный запах: это мускус и орех и нотки лемонграсса.
Он со своими друзьями пробирается вперёд, и они разбредаются по залу, рассаживаясь в разных местах по двое и по одному, а я качаю головой, чтобы сбросить странное наваждение, и принимаюсь за работу.
— Ух ты! — разрезает шум вокруг восторженный крик моего гостя. Глаза у него блестят, щёки раскраснелись, а волосы взъерошены — Остренько, прямо как драконий клык — произносит он, и собравшиеся поблизости взрываются от смеха, и я не могу сдержаться, чтобы не рассмеяться.
Тоже мне драконий клык.
Когда дело идёт к рассвету, в таверне и яблоку негде упасть: людно, душно и невероятно весело.
Несмотря на волнения, я чувствую себя счастливой, правда ноги гудят с непривычки, но звон золотых, когда ты по уши в долгах, должна признаться, облегчает любые страдания.
— Вам что-нибудь сделать? — спрашиваю, когда у барной стойки появляется высокий мужчина, расталкивая собравшихся.
Когда наши взгляды встречаются, я замираю. Тепло волной разливается по телу, а щёки обжигает жар.
Кажется, что звуки вокруг пропадают, а я и вовсе тону в его потрясающих бледноголубых глазах с золотыми вкраплениями.
Пробегаю взглядом по светлым волосам, когда он небрежно стягивает капюшон, по широкому лбу и идеальной линии скул, непростительно долго задерживаюсь на очерченных пухлых губах и с горящим лицом, наконец, возвращаю взгляд к его глазам.
Лицо напротив ничего не выражает, изучая меня в ответ и должна признать, что я уже давно не чувствовала себя такой взволнованной и растерянной при виде красивого мужчину, а этот и вовсе словно сошёл с картинки.
— Эль или желаете хмельной напиток с добавлением листьев брусники? — появляется рядом со мной Карина, и я сбрасывая наваждение, возвращаюсь в реальность, где вокруг снова слышны смешки и крики гостей.
Мужчина переводит на неё свой взгляд и качает головой. Кладёт на столешницу руку и чуть подаётся вперёд.
— Пусть хозяйка сделает мне один из своих напитков — произносит он глубоким бархатным голосом, и я снова ловлю его взгляд. — Сделайте мне что-нибудь, что залечит моё разбитое сердце и перебьёт наконец горечь от разочарования. — произносит он, и я ловлю в его голосе ледяные нотки, от которых становится не по себе.
Прищуриваюсь, бегло осматривая гостя, всё ещё прокручивая в голове не только его странный заказ, но и свою реакцию на него, а затем принимаюсь за напиток и чувствую, как от его пристального взгляда начинает гореть кожа везде, где меня касается его взгляд.
Из-за странного волнения и дрожи движения кажутся деревянными и неуклюжими, и я несколько раз проливаю мимо шейкера сироп из бутылки, едва не роняю сам шейкер, когда встряхиваю напиток и хвала здешним богам без происшествий переваливаю содержимое в стеклянный стакан и двигаю к своему невероятно красивому гостю.
Он по-прежнему не отрываясь смотрит на меня, и теперь его взгляд не безразличный, а обжигающий я ловлю в нём и ярость, и одержимость, а когда он вместо того, чтобы взять стакан, накрывает мою руку своей широкой ладонью, и вовсе закрываю глаза.
Слишком много, чтобы я могла вынести.
Напряжение становится таким, что кажется я вот-вот взорвусь. Сильное покалывание во всём теле, как от острых иголок прокатывается по мне волной снизу вверх, а сердце словно замирает.
