Искра Свободы 2 (СИ) - Нова Александр

Мы продолжили путь, и наконец деревья начали редеть. Перед нами открылась небольшая опушка, а за ней — пологий холм, поросший жёсткой травой и редким кустарником. На его вершине торчал на метр из земли квадрат полуземлянки-полудома. Из грубо сложенной трубы поднимался тонкий, почти невидимый в дневном свете дымок — кто-то внутри старался топить осторожно, чтобы не выдать себя густым столбом.

Лис медленно указал пальцем на вход в землянку, прорубленный в ближайшей к нам стене домика, а потом повел рукой сначала влево, потом вправо.

Я прищурился и разглядел их.

Двое. Сидели с обратной стороны землянки, спиной к нам, контролируя тропу, которая вела из леса прямо к холму. Оба в серо-зелёных плащах с арбалетами наготове. Один сидел совершенно неподвижно, второй время от времени медленно поворачивал голову, осматривая подходы. Они ждали отряд, который должен был прийти по главной тропе — прямо в ловушку. И если бы не опыт Лиса, этим отрядом оказались бы мы.

Лис посмотрел на меня. В его глазах плясали злые весёлые искры.

— Командир… — едва слышно прошептал он. — Будем знакомиться с местными хозяевами?

Жан снял со спины арбалет и взвёл его.

— Смогу одного снять. Что со вторым делать будем?

Лис достал лук и натянул тетиву.

— С первой стрелы не гарантирую, но второй попаду точно, — произнёс охотник, выбирая подходящие стрелы.

— Заорать они успеют в любом случае, — заметил Бывалый.

— Успеют. Но минута у нас будет — добежим до землянки и встретим остальных у входа, — прикинув расстояние, ответил я.

Бойцы подобрались, стрелки закончили приготовления, и операция началась.

Жан выстрелил первым.

Тихий щелчок арбалета, короткий свист болта — дозорный слева дёрнулся и медленно осел на землю, так и не закричав. Лишь струйка крови пошла из его рта. Болт вошёл в тело по самое оперение, пронзив сердце.

Почти одновременно с Жаном спустил тетиву Лис. Его стрела вошла второму дозорному чуть выше поясницы. Тот не умер мгновенно — заорал хрипло и пронзительно, упал и начал кататься по траве. Его крик разнёсся по всей опушке.

— Пошли! — рявкнул я, и мы все рванули вперёд.

Я, Бывалый и Селена побежали первыми, а Лис и Жан чуть замешкались, меняя дальнобойное оружие на щиты и копья.

Не успели мы пробежать и половину расстояния, как из низкого входа в землянку выскочил ещё один браконьер. Грязный, взъерошенный, с арбалетом в руках. Он даже не стал подниматься наверх: встал на одно колено и вскинул оружие.

Щелчок.

Болт попал Бывалому в голову. Раздался звонкий металлический «дзинь», будто кто-то шарахнул молотком по котелку. Болт прошёл по касательной, оставив глубокую борозду в металле и сорвав шлем с головы бойца.

Бывалый сделал ещё шаг по инерции, потом колени у него подогнулись. Он тяжело рухнул на траву, не издав ни звука.

— Вперёд, вперёд! — крикнул я, не сбавляя хода.

Мы продолжали бежать. Сердце колотилось где-то в горле, в ушах — топот собственных ног да захлёбывающийся крик раненого дозорного.

Из землянки уже лез второй браконьер, за ним мелькнула тень третьего.

Операция, которая должна была пройти чисто и быстро, только что полетела под откос.

До врагов осталось всего с десяток метров, выстрелить ещё раз они не успевали.

Я с разбега врезался в первого выскочившего браконьера, не успевшего подняться с колена. Удар щитом пришёлся прямо в грудь — противник отлетел назад, врезавшись спиной в стену землянки. Селена проскользнула мимо меня и вогнала копьё в ошеломлённого противника.

Второй браконьер, здоровый, как медведь, уже выбрался наружу с секирой в руках. Браконьер метнулся ко мне, замахиваясь сверху вниз. Я едва успел подставить щит. Удар был такой силы, что не будь у меня «Усиленного Скелета (Е)», сломал бы кость. А так только рука онемела до плеча и в ушах зазвенело. Вот за это я не любил здоровяков: им не нужно быть умными, когда хватает веса и злобы.

— Сдохни, сука! — прорычал человек-медведь, брызжа слюной.

В следующий миг рядом возник Жан. Заместитель Арно не стал мудрить: вогнал копьё браконьеру под рёбра с такой холодной точностью, будто вбил гвоздь в стену. Здоровяк выгнулся, выронил секиру и медленно осел на колени, удивлённо глядя на древко, торчащее из его тела.

Лис появился последним. Он не стал лезть в свалку у входа. Сбросил щит и выстрелил из лука. Стрела попала в ногу третьего браконьера, который находился рядом с выходом. Подстреленный вскрикнул, запнулся и опустил щит. Селене этого хватило. Прямой укол в грудь заставил противника издать предсмертный хрип.

Не снижая темпа, я перепрыгнул через труп третьего браконьера и рванулся в низкий проём землянки. Щит вперёд, копьё наготове. Внутри было темно, пахло сырой землёй и дымом. Глаза ещё не успели привыкнуть к сумраку, как раздался резкий щелчок.

Болт ударил чуть выше центра щита.

Дерево жалобно хрустнуло. Острая боль обожгла грудь — наконечник пробил щит насквозь и вошёл в тело. На сантиметр, не больше. Ещё немного, и он бы достал до сердца. Но спасла «Армированная Кожа (Е)». Я хотел закричать, но волна боли ударила так сильно, что спазмом свело мышцы.

В следующий миг Селена схватила меня за шиворот плаща и рывком выдернула из прохода. Сама девушка, прикрывшись стеной землянки, выставила в проход копьё.

Хвостовик болта застрял в щите. От резкого движения рука со щитом дёрнулась, и болт вышел из моего тела. Я упал на спину, от боли в глазах потемнело на несколько мгновений.

Тем временем Жан прижался спиной к стене землянки с другой стороны от входа, быстро скинул щит на землю и начал лихорадочно взводить арбалет. Лис стоял чуть в стороне, уже с новой стрелой на тетиве, и не отрывал глаз от тёмного проёма. Его поза была расслабленной, но я знал — охотник готов выстрелить в любую секунду.

Из глубины землянки раздался хриплый, но уверенный голос:

— Нас тут трое. И арбалетов тоже три. Сунетесь — всех перебьём.

Продолжения не последовало, и повисла звенящая тишина. Чуть дальше, за землянкой, всё ещё хрипел один из раненых дозорных, но здесь, у входа, было слышно только наше дыхание.

Бывалый всё так же неподвижно лежал в траве метрах в двадцати позади. Шлем его валялся рядом, а по виску стекала тонкая струйка крови. Непонятно, жив ли.

Я прижал ладонь к груди. Наконечник на болте был бронебойный, так что рана была неширокой, но болезненной. Кровь уже пропитывала ткань рубахи. Я надавил сильнее, стараясь остановить кровотечение.

Лис покосился на меня и едва заметно кивнул в сторону входа:

— Что дальше, командир?

Я пытался размышлять трезво, несмотря на боль, страх и адреналин. Если полезем внутрь — как минимум двоих они подстрелят. Если ждать — могут попытаться прорваться. Или просто пересидеть нас: у них там раненых нет, а у нас двое. Да и припасы в землянке точно есть.

Неожиданно на выручку пришёл Жан:

— У меня масло с собой. Не много, но поджечь ваше убежище хватит! — громко заорал он.

Жан уже перезарядил свой арбалет и, положив его на землю, копался в своём заплечном мешке, выискивая масло.

— Жан, давай договоримся, — раздался голос из землянки. — Ты нас отпустишь, а мы расскажем об одном редком монстре. Знаем, где его логово. Организуешь охоту, денеги большие получить. Сейчас я выкину его чешуйку, чтобы ты понял: это справедливая цена за наши жизни.

Из проёма вылетело что-то плоское. Селена, не убирая копья, толкнула ногой чешуйку в мою сторону. Я, сцепив зубы от боли и стараясь не издать ни звука, аккуратно сёл и взял чешуйку в руки.

Чешуйка представляла собой квадратную пластину со стороной в несколько сантиметров. Немного изогнутую, серебристо-серую с металлическим блеском, толщиной миллиметра в два. Удивительно лёгкая — раза в два легче стали. «Титан или авиационный дюраль? Или местные магические технологии?» — задал я себе мысленный вопрос.

Я не продержал пластину и пары секунд, как меня окликнул Жан: