Я вцепился ногтями в подлокотник кресла так, что пальцы побелели. Я мужчина и воин, я не поддамся животным инстинктам зверя. У меня есть долг, стране грозит опасность. Я должен здесь всё разрулить.
И, может быть, потом…
— Я своими глазами видел демона у себя на дворе, клянусь, Ваше Величество! — продолжал старик. — Дело было так. Ночью меня разбудил шорох. Я подошёл к окну и увидел, как двухметровая тварь с красными глазами рыла землю в огороде и нюхала её — как будто что-то искала. Я застыл в оцепенении, дождался, когда демон уйдёт, — в общем-то и весь рассказ, Ваше Величество.
Следующей привели женщину, и она рассказала похожую историю. Потом я выслушал ещё двух девушек, но те встретили демона не в своём огороде, а в лесу, — и он тоже что-то рыл.
— Демоны как будто что-то ищут, — задумчиво произнёс полковник Рокат.
— Нужно понять, что они ищут. Да только не допросишь ведь тварей! Низшие не владеют речью, а высшие, их новые предводители, пока не являются, затаились, — процедил я сквозь зубы.
За окном уже взошло солнце, когда я закончил с допросами. Я невыносимо устал. Не спал прошлую ночь, был с Аннет, и эту — возился на границе. Прикрыл глаза на минуту, и снова в голову полезла женщина с белыми волосами, огненная, жаркая, со сводящим с ума ароматом свободы и счастья. Стоны её до сих пор стояли в ушах. Ласточка. Ласточка моя. Как я хочу к тебе. Обнять, вдохнуть. Чтоб ты обняла меня. Упоение лишь с тобой.
В дверь постучали, и я прогнал непрошенное наваждение.
— Да! — воскликнул я.
— Ваше Величество, вам срочное послание из аббатства Эссен! От самого епископа Альфреда — в кабинет вошёл адъютант и протянул свиток с печатью.
Я открыл.
Пробегая строчки глазами, почувствовал, как внутри поднимается волна гнева. Подобного не потерплю. Я накажу её, как должен был сразу: не оценила ласточка моей милости.
Я обернулся драконом и понёсся к ней. Самого всего трясло не то гнева, не то от предвкушения.
И вот — она передо мной.
Бледное испуганное лицо, глаза, как блюдца — в них паника. Я схватил её, затолкал в хижину. Сжал шею стальной хваткой, придавил немного. Ты должна понять, что совершила скверный поступок, ласточка.
Я собирался наказать её, как король наказывает нерадивых подданных.
Но зверь взял верх…
22
Рейгард настиг меня.
Мгновенно все люди вокруг куда-то делись. Мы остались с ним один на один.
Я попятилась вглубь дома, натыкаясь на стол и скамьи. Что-то падало, но я не обращала внимание, загипнотизированно глядя на приближающегося монстра. Во рту пересохло от страха, а за спиной уже не осталось пространства, куда можно отступать.
Мир мгновенно сузился. Воздух сделался густым, хоть режь ножом.
Он был уже совсем близко, всего шаг разделял нас. Меня окутал тяжёлый запах огня, холодной стали и битвы. Где он был? Он прямо с поля боя явился? Прилетел, обернувшись драконом — так сильно хотел меня наказать?
Стальные пальцы схватили за горло, притянули к себе и сдавили, лишая дыхания. Гнев исходил от него волнами. Он пришёл меня убивать, наказывать — и никакого спасения не будет.
Самое время сойти метке. Пожалуйста, Нэннег, пусть твоё заклинание сработает!
Я широко распахнула глаза, вцепившись в руку монстра, и вдруг увидела, что на меня глядит зверь.
Давление на горло неожиданно ослабло, и вместо наказания монстр приблизил лицо и впился в губы поцелуем.
— Нет! — выпалила я, хлёстко ударяя пощёчиной. — Этого больше не будет! Я отказалась быть твоей любовницей!
— А я и не предлагаю тебе больше быть любовницей, а просто беру своё, — хрипло прорычал он.
Совсем безумный.
Монстр отбросил трость, на которую опирался, схватил меня за запястье и развернул меткой в лицо:
— Смотри! Пока ещё ты моя жена. Часть меня, поняла, ласточка?!
От хриплого мужского рокота по телу хлынули жаркие волны.
Он прижал меня к себе крепче, ведя лицом по моему лицу, и стал покрывать шею и ухо тёплыми будоражащими поцелуями.
Сильный. Горячий.
Из пепла памяти всколыхнулись искры жарких чувственных ощущений.
Дрожь прокатилась по позвоночнику от макушки до самых пяток. Я, будто солома, вспыхнула от малой искры и загорелась ярким пламенем. Этот ненавистный мужчина поглощал меня полностью. Я жадно дышала им. Я боялась его не потому что он был сильнее и мог убить меня, а потому что была готова сдаться ему, пропасть в нём.
И лишь саднящая ненависть, висящая тяжёлым камнем в душе, гордость и обида за нас с Аннет помогали мне держать последние рубежи обороны.
Продолжая стискивать мои запястья, монстр подтолкнул меня к стене.
Всё будет прямо здесь, не на столе, как прошлый раз, и не в постели. А стоя у стены.
Но я не собиралась ему поддаваться в этот раз. Мимолётное наслаждение принесёт слишком много ненависти к себе. Больше ничего не будет. Никогда! Я лучше умру!
Я уже приготовила заряд пламени на пальцах.
Но монстр прошептал жарко:
— Скажи, что хочешь меня, ласточка. Признайся, я же вижу, как ты трепещешь от моих прикосновений.
Мои пальцы, упиравшиеся в его тело, действительно дрожали, чёрт.
— Скажи мне “да”, — обволакивающий шёпот подавлял волю, я застыла и перестала дышать, умирая от мучительной близости.
Но неожиданно Рейгард отступился и издал сдавленный хрип.
— Что за демоны?! — прорычал он и поднял руку.
Сдвинув рукав, монстр уставился на свою брачную метку, золотистым обручем опоясывающую широкое запястье. Метка пульсировала, с каждым биением становясь всё менее заметной, и вдруг погасла совсем.
Рейгард побледнел, словно испытывая сильнейшую боль. Зубы его заскрежетали, как будто он терпит страдание. Неловким хватом он покрутил мою руку, но больше не увидел брачной метки и там.
Надо же, наконец-то сработало!
— Так вот зачем ты заезжала к старухе, ласточка?! — сквозь зубы, продолжая терпеть мучительную боль, прошипел дракон.
И, оттолкнув меня, попятился к скамье.
— М-м-м, — утробно зарычал он, согнувшись пополам.
