Жрец Хаоса. Книга VII (СИ) - Борзых М.

— Я заметил то, с какой любовью она подходила к созданию химер. Это вызывает уважение. Теперь я понимаю, насколько разнятся наши подходы, однако же и цели наших химер разные: ваши всё чаще спасали, мои — убивали, сеяли разрушения и проливали кровь. Потому неудивительно, что подходы разные и методы работы тоже разные. Но обсудить бы я хотел не её умения, а её состояние.

Кхимару умолк, подбирая слова. Я же его не торопил.

— Я чувствую, что в ней всё же осталось нечто — отголоски былой силы. Даже с вырванным средоточием у неё остались энергоканалы, в которых сила застаивается. Остатки силы, возможно, вызовут этакое подобие магического гниения, что есть нехорошо. Как давно она потеряла свои способности?

Я напряг память.

— Что-то около месяца назад.

— А вот это плохо. Если ничего не сделать, то распад продолжится и может вызвать магическое отравление, которое даже лекари не смогут определить, ведь не будет никаких ядов, ничего. Её собственная сила будет её отравлять, убивая медленно, капля по капле. Вырвать источник мало для того, чтобы превратить мага в человека. Проще убить, как говорил наш Тадж, и сделать заново.

— И что же ты предлагаешь?

— Пока ничего. Я понаблюдаю за твоей бабушкой, но одна идея есть. По сути, в свою сотню она сейчас снова как будто младенец: одарённая душа есть, а средоточия магии, которое формировалось сто лет, — нет. Вот и нужно попытаться откатить вспять её развитие для того, чтобы вновь заставить организм формировать магическое средоточие.

— А такое возможно? — искренне удивился я. — Машину времени здесь вроде бы ещё не изобрели.

Голову вновь прострелила боль, но я уже не обращал на такие мелочи внимания. Это явно был привет из прошлой жизни.

— Не знаю, о каких машинах идёт речь, но возможность есть. Правда, не всё так просто.

— Ещё бы, — хмыкнул я. — О простоте тут речи быть не может.

— В любом случае мне нужно понаблюдать за ней, поэтому какое-то время я буду стараться находиться к ней как можно ближе. Это я к тому, что заметил твои взгляды, — тут же перевёл тему разговора Кхимару. — Я понимаю твою обеспокоенность, но твоя бабушка — взрослая женщина и сама прекрасно сможет разобраться с мнимыми и реальными ухажёрами.

— Вот здесь ты не прав, — возразил я к демону. — Бабушка — однолюб. Она была замужем всего ничего, успела родить сына, но супруг погиб, и больше она замуж так и не вышла. Хотя, будь уверен, предложений поступало много. Поэтому вся её язвительность, вся её стервозность в целом не наносное, нет, но в отношениях личного счастья я бы не хотел, чтобы дорогие мне женщины вновь переживали боль. Поэтому будь, пожалуйста, с Елизаветой Ольгердовной учтив и осторожен. По сравнению со своими братьями ты пока наиболее адекватное моё приобретение, а потому я искренне надеюсь на понимание.

— Я услышал тебя, князь, но у меня будет к тебе тоже встречная просьба.

Я удивился.

— Какая?

— Я бы хотел встретиться с братьями. Ты говорил, что у тебя есть к ним доступ.

— Не думаю, что сие есть проблема. Правда, для того чтобы увидеться с ними в том месте, где они находятся, тебе нужно принять служение мне, а я подозреваю, что к этому ты пока не готов.

— Действительно, разумные речи говоришь, — хмыкнул Кхимару. — Тогда каким образом мы сможем устроить встречу?

— Дай подумать, — принялся я перебирать вслух варианты. — Как ты понимаешь, нахождение трёх демонов в одном особняке — так себе перспектива. Вы мне только братские разборки здесь не устройте. А то вдруг у вас «любовь», как с Атикаей.

Кхимару криво ухмыльнулся, но кивнул.

— Дай минуту, я уточню у твоих братьев, в состоянии ли они принять человеческий облик. До этого я их видел исключительно в демоническом виде. Если в состоянии, то на здоровье, можете общаться, сколько хотите. Библиотека в вашем распоряжении.

Кхимару лишь вздёрнул бровь. Не понимая, куда я собрался уходить, но я лишь откинулся в кресле и прикрыл глаза, проваливаясь в собственное Ничто.

— Кродхан, Маляван, не хотите выйти погулять?

Демоны появились тут же.

— Кого убить надо?

М-да, что-то последнее время жизнь не радовала нам мирными променадами, если уж демоны у меня первой причиной для прогулки назвали убийство.

— Надеюсь, что пока никого. Кхимару с вами увидеться хочет. Но вам бы личину на человеческую сменить. Мне демоны в особняке не нужны народ пугать.

— Удержать человеческую личину можем, но недолго, — за двоих ответил Кродхан. — Около часа. Но и за это благодарим.

Я вывалился из собственного Ничто и тут же в ответ ан вопросительный взгляд Кхимару, призвал демонов. Те появились в личинах дворян, отчасти копируя внешность посетителей клуба «Береста», виденных ими однажды.

— Я вас покину, вернусь через час. Если закончите раньше, зовите, — указал я на наруч и кольцо. Сам же отправился на кухню. Необходимо было выполнить обещание Гору по поводу мороженого. Нужно было поддерживать хорошие отношения с собственной химерой.

Кхимаро взирал на двух младших братьев, которых последний раз видел многие тысячи лет назад. Оба выглядели весьма странно, и, что удивительно, имели от чего-то розоватый оттенок волос, в свете пламени отливающий перламутром. Словно вскрыли раковину моллюска, наскоблили с её внутренней поверхности крошки и обсыпали демонов с ног до головы.

— Это что за радужный окрас? — не удержался от смешка Кхимару.

— Не спрашивай, — ответил за двоих Кродхан, рассаживаясь в кресле. — Неплохо выглядишь после многотысячелетнего сна. Далеко же тебя занесло, если откопали аж здесь.

— Ну да. На какое-то время после окончания войны меня хватило. Я преследовал Атикаю, а потому ушёл на покой там, где его настиг.

— Значит, это всё-таки правда. — Маляван не спрашивал, лишь констатировал очевидное. — Мы сперва не поверили, но когда увидели нагрудник…

— А чего вы хотели? — лицо Химару стало злым, скулы заострились, губы сжались в тонкую нитку. — Чтобы после всего я оставил его в покое и дал возможность рушить всё то, ради чего мы сражались? Нет!

— Кхимару, ты забываешь, с кем ты говоришь, — тихо ответил Кродхан. Взгляд его был задумчив и не отрывался от огня. Ему не нужно было смотреть на человеческий облик брата для того, чтобы понимать всю его боль. — Можешь рассказывать о благородных порывах кому-нибудь другому, уж мы-то в курсе, что он сделал с твоей семьёй. Поэтому никто тебя не винит. Наш брат силён и необходим в битве, но, к сожалению, у него никогда не было тормозов, и мораль у него была весьма далека от принятых у нас норм.

Дерево кресла под пальцами Кхимару жалобно скрипнуло — настолько сильно он сжал подлокотники.

— Как вы отыскали нашу кровь здесь, на далёком севере?

— Случайно.

— Почему вы вообще поклялись ему служить? И как теперь живёте? Он вас хоть подпитывает? Или держит на голодном пайке?

Кродхан кратко рассказал собственную историю, Маляван — свою. Обе они сильно разнились. Гробницу Малявана вместе с гробницей их младшей сестры Шула-Вахини вскрыли ещё несколько столетий назад раджапутанские охотники за сокровищами. Редкости продали роду махараджей и распределили между перспективными и родовитыми магами. Но максимум раджапутского рода — принять на себя облик демона. Его боевую форму. Напитать вместилище души силой, чтобы воссоздать тело демонам силы у них не хватило даже за несколько столетий.

— Неужто совсем измельчали потомки?

— Не совсем, — признался Маляван. — Был сводный брат нынешнего махараджи. Но парень был от лесной ведьмы прижит. После смерти отца, брат его пытался убить, и тот бежал. Официально его признали мёртвым в результате несчастного случая. Есть у меня подозрение, что Юрий каким-то образом является потомком изгнанного парнишки, иначе его связь с кошмарами мне более ничем не объяснить. А химеризм — да, химеризм у него от бабки, насколько мы понимаем, это семейное наследие.

— То есть в парне, скорее всего, слилось две ветви?