Макс особо не помогал, но и не мешался. За что я ему была даже благодарна.
Единственное, в чем он оказался настоящим кладезем информации — деньги. Деньги и все, что с ними связано. Я усиленно изображала беспомощную барышню, старательно хлопала ресницами, а Макс от щедрот душевных торговался за двоих. С огоньком, с азартом. Удивительным образом умудряясь всякий раз сбить цену едва ли не вдвое. А еще следил за тем, чтобы нас не обсчитали. Естественно, за мой счет.
К концу закупок я усвоила примерный порядок цен. Узнала, что полсолера для кило картошки слишком много, а столько же мясо за солер — вполне себе выгодное приобретение.
Заодно постигла дзен — точнее соотношение меди, серебра и золота.И поняла, что на деньги полученные от заказа усопшей родственницы смогу спокойно прожить месяца четыре. А, если затянуть поясок потуже, то и больше.
Через час Макс, груженный как породистый першерон, взмолился о пощаде. И мне пришлось сдаться. Благо, все основное к этому времени купить я успела.
Мы загрузились в экипаж и довольные добытым почти уже поехали обратно. Но стрелки на городских часах показывали три после полудня. Время обеда давно прошло, а ароматы из свертков и кульков заставляли жадно сглатывать слюну и мечтать о разной вкуснятине.
В последний момент я выскочила из коляски, купила с лотка две штуки горячей сдобы и вернулась обратно.
— Держи, — одну из булок воткнула в руки несчастного Макса, едва удержала себя от желания погладить парня по голове, — ты заслужил, мой верный рыцарь.
***
Вывеска сияла. И ей было плевать, что на улице день. Яркий свет менял цвета, как сломанный светофор, и уже издалека притягивал глаз.
Это стало приятной неожиданностью. Сначала я даже не распознала, что там впереди по курсу за сияние. Потом от восхищения потеряла дар речи.
Все над воротами искрилось и переливалось бешеным разноцветьем огоньков.
«Питомник Фамильяров», — возвещала безумная радуга.
«Любой каприз за ваши деньги», — шло ниже бегущей дорожкой.
Мы остановили коляску почти у самых ворот. Пока мой рыцарь выгружал нашу добычу, я, открыв рот, пялилась на нежданное чудо.
Едва все кульки вместе с Максом оказались снаружи, меня прорвало.
— Что это? — схватилась я парня за рукав. - Вчера такого не было.
Макс искренне улыбнулся.
— Лисетт! Смотри, твоя магия пробудилась! Питомник тоже просыпается. Разве не чудо?
— Моя магия пробудилась? О чем ты вообще? Глупости. Откуда у меня магия? Это все кисти, которые Джастин где-то раздобыл. Без них я совершенно ничего не умею.
— Это не важно, — Макс показательно постучал ногтем по перстню, в котором скрывался первый созданный мной фамильяр. — Главное, что ты смогла. С волшебными кистями или нет, какая разница?
— Но вывеска, Макс! Причем здесь она? Я всего лишь нарисовала кролика.
— Не всего-лишь нарисовала кролика, — фыркнул он, — а создала фамильяра. Чувствуешь разницу?
Я неуверенно кивнула. В том, как это сказал Макс, разница точно была.
— Вот! — парень назидательно поднял вверх палец. — И питомник тоже чувствует. Теперь он всех вокруг оповещает, что здесь появилась новая хозяйка.
Ага! Это он, значит, так оповещает. Ничего себе сервис!
— Если так, то пусть.
Я поправила в руках моего утомленного рыцаря свертки и скомандовала:
— Вперед! Мой отважный герой. Нам еще все это надо быстренько распихать по шкафам.
И заметила, что пыл у героя как-то сразу подугас.
Сподвигнуть Макса еще на один подвиг не удалось. Уже в доме, поняв, что еды получить удастся не скоро, а разбирать покупки таки придется, он резко вспомнил о слабом здоровье маменьки и поспешно ретировался.
Впрочем, я не сильно расстроилась, пробормотала с усмешкой, наблюдая в окно за побегом:
— Скатертью дорога, Максик. Это даже к лучшему. Продукты будут целее.
Соорудила на скорую руку бутерброд, поставила на огонь чайник и принялась за дело, рассыпая бесконечные кулечки-сверточки по банкам, тихо ворча на здешний мир за отсутствие нормальной упаковки.
Примерно через час, когда почти все было сделано, проявился Джастин. Как всегда без стука. Как всегда с хитрованской улыбкой.
Оглядел с порога купленные богатства и довольно язвительно поинтересовался:
— А где ваш рыцарь?
— Сбежал.
Я замерла перед холодником, пытаясь сообразить куда впихнуть четверть головки сыра. Место внутри продуктового хранилища подозрительно быстро закончилось.
— Не выдержал правды суровых будней?
Джастин подхватил остатки моего бутерброда и закинул целиком в рот. Зажмурился от удовольствия:
— Вкусно! А у меня целый день крошки во рту не было, если не считать ваших блинчиков.
От такой наглости я даже онемела. Ну, каков нахал! А еще капитан.
Джастин сделал вид, что ничего не заметил. Искренне предложил:
— Вам помочь, Лисетт?
Если он думал, что я откажусь, то сильно ошибся.
— Помогите, — с выпалила с радостью, — сготовьте ужин!
И прищурилась, наблюдая за реакцией. Честно говоря, надеялась, что и этот рыцарь сбежит следом за первым. Но нет.
Улыбка Джастина стала еще шире.
— Желание прекрасной дамы - для меня закон! — Он подхватил большой нож и отсалютовал им, как шпагой. — Будете отбивную, Лисетт?
— Буду! — Кто я такая, чтобы отказываться?
— Тогда готовьтесь отведать мое фирменное блюдо.
Джастин порыскал глазами, придвинул к себе кусок мяса, банку с мукой. Непонятно для чего прихватил изюм, грецкие орехи. Спросил с надеждой:
— У вас есть специи?
— Есть, — я указала рукой на шкафчик, — от прежней хозяйки остались.
— Отлично. — Он открыл указанную дверцу, пробежал глазами по полкам, потянул носом, хмыкнул. Я только услышала: — Перец, шафран, имбирь...
На разделочный стол одна за другой встали три баночки.
— Мне бы еще масло и отбивной молоток.
Я молча подала и то, и другое. Джастин меня жутко заинтересовал. Он, откровенно красуясь, сбросил сюртук, убрал в карман галстук, закатал рукава рубашки выше локтя. Потянулся, демонстрируя шикарные мускулы. Лукаво сверкнул глазами.
— Пожертвуете фартук своему рыцарю.
— Легко!
Фартук я не только пожертвовала, но и сама с удовольствием завязала, почти уткнувшись носом в рельефную спину.
— Что дальше? — мне было любопытно.
— Садитесь и любуйтесь.
Нож из мужской руки красиво взлетел в воздух, сделал пару оборотов и приземлился точнехонько в другую ладонь.
Я же решила не спорить и пододвинула стул так, чтобы видеть все. Когда еще мне удастся полюбоваться на собственной кухне шикарным мужиком? В прежней жизни меня таким не баловали. В этой... Кхм, в этой пока еще ничего не понятно.
Джастин, не откладывая дело в долгий ящик, принялся кудесничать, комментируя свои действия вслух.
— Для начала нарезаем мясо пластинками. Толсто не надо. С палец вполне пойдет.
Он так легко и непринужденно разобрался с куском свинины, что я даже позавидовала. У меня все это заняло куда больше времени.
— Потом отбиваем.
Молоток замелькал в воздухе. Джастин при этом сделал такое зверское лицо, что я невольно подумала, вдруг он сейчас представляет Макса. С таким выражением обычно убивают врагов.
Благо, это быстро закончилось и пришла очередь обвалки.
— Теперь муку смешаем со специями. — Джастин обернулся, глянул на меня почти нежно. — Вам по-острее? Или не стоит?
— Лучше не надо, — попросила я.
— Значит, и мне не надо.
Он быстро отмерил нужное количество, принялся работать в мисочке ложкой, нарочно повернувшись так, чтобы я могла вдоволь полюбоваться бицепсами, трицепсами и иже с ними.
Ну, я и полюбовалась. А чего бы и нет, если красиво?
— А теперь жарим.
В раскаленную с маслом сковороду один за другим опустились обвалянные в муке отбивные.
— По три минуты с каждой стороны. Тут, главное, не пересушить.
По кухни поплыл совершенно нереальный запах. Я с трудом подобрала слюни и прижала ладонью бурчащий живот. Потом сообразила, что к мясу таки что-то нужно и принялась за овощной салат. Самый простой. На скорую руку.
