Тысячу раз предатель - Алексаева Оксана

Тигран выдыхает так, будто на плечи ему свалился мешок цемента.

– Замолчи! – рычит так, что я замираю. Этот тон… Я слышала его раньше. Когда он был зол, когда хотел поставить на место.

Властный, тяжёлый.

Да, он умеет напугать одним словом.

– Ладно. Раз ты сама этого захотела, – произносит он уже спокойнее, но глаза холодные. – Это была моя девушка.

Мир… Да, после этих слов он уже не будет прежним. Девушка?

Его девушка?

Я чувствую, как земля под ногами плывёт. Девушка…

Это слово звучит так нереально, что даже смешно. Я его невеста, через три недели свадьба. С платьем, гостями, клятвами.

А он… Мой жених говорит, что у него есть девушка.

Горький смешок вырывается сам по себе. Я не могу остановить дрожь.

– Тигран, ты… Ты что несёшь?! Какая девушка?! А я тогда кто для тебя?!

Голос срывается на крик. Сердце бьётся в висках, дыхание рваное, состояние такое, что хочется лечь посреди дороги, свернуться калачиком и просто исчезнуть.

Тигран нервно осматривается по сторонам, взгляд беспокойный. Боится, что кто‑то увидит, что его кто‑то узнает.

Конечно, Тигран Русланович не может позволить себе публичный скандал, ведь он уважаемый человек, деловой, весь из себя правильный.

Вот и уехал за город, чтобы никто его не видел. А в итоге… Увидела я.

– Ты – моя невеста. Будущая жена, – произносит тихо, почти ласково, как будто уговаривает ребёнка. – Василиса, для нас с тобой ничего не меняется. Всё остаётся как прежде. Просто забудь, что видела, окей?

Он кладёт ладонь мне на щеку, другой рукой проводит по волосам, мягко, будто убаюкивает.

– Выкинь из своей красивой головки эти нехорошие мысли. Сейчас мой водитель отвезёт тебя домой. А когда я вернусь, ты сделаешь вид, что ничего не было. И я тоже.

На секунду я даже не понимаю смысла. Он… Говорит это всерьёз?

Смотрю на Тиграна и вижу человека, который привык, что мир всегда действует по его правилам. Скажет и будет сделано. Словно я для него очередной важный проект, цифра в отчёте, пункт в графике его успешной жизни. Всё чётко, рационально, без эмоций, без права на сбой.

А я? Я ведь не контракт, не бумага с подписью. Я живая. С болью, с ожиданием, с любовью, которую, оказывается, он так легко перечеркнул.

Мне даже становится жалко его, такого холодного, застывшего внутри схем и планов. Он думает, что управляет всем, даже чувствами других. Но нет.

Только не со мной. Не сегодня.

– Нет, – качаю головой. – Не будет ничего как прежде. Ты серьёзно думаешь, что я смогу это забыть?!

Голос дрожит, но я стою на своём. Пусть руки трясутся, пусть дыхание сбивается, но я не отступлю.

Тигран тяжело вздыхает, щурит глаза, как будто я всего лишь проблема, досадная ошибка, которую нужно исправить.

Холодный ветер треплет пряди моих волос, где-то сбоку хлопает дверца машины, но я вижу только его.

– У тебя нет выбора, Василиса, – говорит спокойно. – Слишком многое стоит на кону. Твоё благополучие. Благополучие твоей семьи.

Я ошарашено смеюсь. Смех вырывается нервный, хриплый, почти срывается в рыдание. Только бы не заплакать.

– Нет выбора? Значит, я должна молчать, пока ты таскаешь каких‑то девиц по номерам?

Тигран молчит. Только смотрит.

Холодно, оценивающе. Будто просчитывает последствия, но не для меня, а для себя.

И от этой тишины внутри всё ломается окончательно.

– Так вот знаешь что, – тычу в него пальцем, вдруг почувствовав, что ещё могу обороняться. – Я всё расскажу отцу! И он тебя в порошок сотрёт, ясно? Он не даст тебе спуску!

Эти слова дают мне иллюзорное чувство силы, ведь отец всегда держал меня под защитой. Да, я из богатой и обеспеченной семьи, моего отца знают многие и его слово тоже имеет вес. Если папа узнает, что Тигран, его будущий зять, изменяет его любимой и единственной дочери накануне свадьбы, да ему просто наступит конец! Отец не позволит ко мне такого отношения.

Я почти верю, что выиграла.

Но Тигран не боится. Даже не моргает. Наоборот… Усмехается.

Его губы чуть кривятся, глаза блестят злым спокойствием.

– Не хотел тебя расстраивать, но ты сама напросилась, – произносит холодно. – Твой отец в курсе.

Глава 3

Василиса

Тишина. Долгая, будто мёртвая.

– Что… – губы трясутся. – Что ты сказал?

Тигран молча смотрит на меня. Буквально сверлит взглядом.

Не оправдывается, не объясняет, просто ждёт, пока его слова дойдут до меня.

Я делаю шаг назад, воздуха не хватает.

Кажется, я падаю, хотя ноги всё ещё стоят на месте. Нет, нет, нет. Не может бить.

Отец знает?

То есть… Он знает, что Тигран… И ничего?

Перед глазами плывут картинки: воскресные обеды, их рукопожатия, взгляды, полные доверия.

Вот они смеются, обсуждают совместный проект. Вот отец хлопает Тиграна по плечу: «Теперь ты часть нашей семьи…»

Меня начинает трясти.

– Ты врёшь. – шепчу. – Это ложь.

– Нет, Василиса, – спокойно отвечает Тигран. – Можешь спросить у своего отца.

И эти слова звучат для меня как приговор.

Если Тигран в самом деле говорит правду, значит… Меня предал не только он. Меня предала и моя семья…

Чувствую, как внутри поднимается волна: это уже не слёзы, а ярость.

Горячая, колючая, первая настоящая ярость в моей жизни.

– Отец не мог так со мной поступить! – рычу злобно. – Ты что-то темнишь, Тигран!

Он усмехается. Нервно, коротко, так, словно терпения объяснять больше нет.

– Василис, ты видишь только красивую картинку перед собой, – его голос звучит почти устало. – Дорогая машина, бутики с брендовой одеждой, спа, бесконечные салоны красоты… Всё это – ширма.

Я сжимаю кулаки.

– Не смей говорить так!

– А я и не говорю ничего лишнего, – спокойно парирует он. – Ты просто не догадываешься, что твой отец почти банкрот. Всё держится на тонких нитях. И спасти его из этой ямы могу только я. Точнее, наш брак с тобой.

– Что за чушь? – шепчу, но голос звучит чуждо, будто не мой. Тигран делает шаг ближе, запах его парфюма обжигает, и я почему-то начинаю задыхаться.

– Вениамин Михайлович сам пришёл ко мне. Умолял, Василис. Долго. Слезно. Просил, чтобы я помог. Чтобы взял тебя в жёны. Мол, так все вопросы решатся.

Тигран на секунду отводит взгляд, будто вспоминает детали, а потом издевательски кривит губы.

– Ах да. Он ещё добавил… – он нарочито копирует чужую интонацию, чуть повышая голос. – «Моя дочь без ума от тебя, Тигран. Она давно влюблена. Будет послушной, покорной, тебе ведь такая женщина и нужна рядом».

Слова будто врезаются под кожу. Становится больно, физически больно. Я произношу тихо:

– Нет…

Но он не останавливается.

– Я согласился, но с одним условием: что помимо тебя в моей жизни будут ещё и другие женщины. Я решил предупредить его сразу, чтобы потом не было иллюзий. И твой отец согласился.

Всё.

Эти слова добивают.

В ушах шумит, кажется, я перестаю дышать. Воздуха нет, глаза щиплет от слез, а живот сжимается ледяным спазмом.

– Ты врёшь, – шепчу, но голос едва слышен. – Зачем? Зачем ты это говоришь?

Предатель смотрит на меня спокойно, почти с жалостью.

– Знаешь, Вась, я не хотел тебе этого рассказывать. Думал, будешь тихой и покорной, какой и должна быть жена успешного мужчины. Но ты сама напросилась. Хочешь правду – получай. Вот только стало ли тебе от неё легче?

В его голосе слышу откровенное удовлетворение.

Он как будто смакует каждую секунду моей растерянности, а я чувствую, как по лицу текут слёзы. Сначала по одной, а потом россыпью.

Не могу их контролировать, сил больше нет. Ни дыхание, ни слова, ни эмоции, все летит к чертям.

Боль просто проходит насквозь, разбивает всё внутри. Как?

Как отец мог так поступить? Продать меня?

Пожертвовать дочерью ради цифр в банковских отчётах? Ради всего лишь… Бизнеса?

– Нет, – шепчу снова, уже тише, все ещё не могу поверить, что слова Тиграна могут быть правдой. – Отец не мог…