– С чего ты взял, что я пойду с тобой? – я бросила на него хмурый взгляд. – Рабочее время с восьми утра до семи вечера, так что...
– Можешь не переодеваться. Но плащ мой накинешь. Никто, кроме меня, не должен видеть эту милую пижамку.
Я хотела с ним поругаться, заявить о своих правах работника, сказать, что время позднее и никуда я с ним не пойду, но... вместо этого я схватила платье, висящее на стуле, и гордо удалилась в душевую комнату.
Через двадцать минут мы с Рианом стояли в одной из роскошных гостиных дворца.
На придворных лежало заклятье сна: они уснули там, где были. Один съехал боком в кресле, у другого выскользнул из руки бокал, и его содержимое растеклось красным пятном по ковру, дама спала на кушетке, поджав ноги, лакей валялся в углу.
Просто замечательно.
Кажется, меня ждёт бессонная ночь.
Глава 19
Императорский дворец напоминает пчелиный улей – повсюду суета, хлопающие двери и запутанные коридоры, ведущие в одно из четырёх крыльев.
Восточное – самое охраняемое, здесь расположены покои императора, его семьи и приближённых. Туда кого попало не пропускают.
Южное – используется для приёмов, балов и официальных встреч. Здесь библиотеки, гостиные и столовые. Помпезное место, куда редко ступает обычный слуга. В дни праздников здесь толпится половина столицы.
Западное – здесь проходят второстепенные приёмы и заседания, а также находятся административные службы. Работа кипит там даже ночью.
Ну и, наконец, северное крыло. На верхних этажах расположены покои придворных. На нижних – покои работников дворца, в том числе слуг. А ещё здесь расположены склады с провизией и разного рода мастерские.
Дворец также имеет сеть подземных переходов с подвалами, кладовками и подсобками. Целый подземный мир. В основном тут мельтешат слуги. Ну и зельевары.
Папа рассказывал, что трудился либо в оранжерее, либо в подвалах.
Структура дворца раньше меня не особо заботила, но, когда перед тобой ставят задачу разбудить целое северное крыло, невольно задумываешься о том, что в нём особенного.
У злоумышленника, погрузившего в сон придворных и слуг, явно был мотив.
Какой – непонятно.
Со слугами всё ясно: их усыпляют, чтобы те не мешали. А придворным что даёт обездвиживание? Какой смысл выводить из строя толпу, что веселится сутками напролёт? Или это просто отвлекающий манёвр?
Всё то время, пока работала, за мной по пятам ходил Люрдус. Недовольный, брюзжащий, заглядывающий в каждый угол. Полы его серой мантии развивались при каждом шаге, делая его похожим на смерть, ходящую за мной тенью.
В общем, он меня раздражал.
– Есть идеи, кто это натворил? – хмуро спросил он, когда я мазала стены зельем бодрости.
– Ни малейшей, – спокойно ответила.
Риан, зараза такой, как только мы появились во дворце, ускакал прочь. Хотя... «ускакал» громко сказано. Его ведь в покое ни на секунду не оставляют. Наследный принц всем и всегда нужен.
– Странно, что вы не знаете, – с подозрительностью в голосе протянул Люрдус, посмотрев на меня в упор. – Говорят, у зельеваров и ведьм много общего. Вы мыслите одинаково.
Если подобную шпильку стерпеть сейчас, то в будущем ими меня завалят.
– Это всё глупые предрассудки, – отрезала я. – Странно, что мужчина столь высокого ума и положения верит в подобное.
– Что вы, я и не верю, – тут же принялся оправдываться Люрдус, явно зардевшись моей лестью.
Я кивнула и отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
Но придворный маг, нашедший свободные уши в три часа ночи, всё никак не хотел умолкать.
– Нужно отыскать врага до начала отбора невест, – хмуро выдал он. – Мы не должны ударить в грязь лицом. Вся надежда на вас, леди Ноланд.
Я решила его вежливо игнорировать – замочила тряпку в тазике с травами, прополоскала, выжала и вновь невозмутимо принялась тереть стену.
На рассвете к Люрдусу присоединился Джордж, и теперь уже не один, а два противных мужичка доводили меня до белого каления.
– Леди Ноланд, к вечеру натрите стены восточного крыла. Не дай боги наш враг решит нарушить сон Его Величества.
Я издала раздражённый вздох и кивнула.
– Ей туда нельзя, – брякнул Люрдус. – Только доверенные лица.
– Ерунда, – отмахнулся Джордж. – Леди Ноланд зельевар.
– И что? – парировал противным голосом Люрдус.
Я ушла от них, сославшись на то, что нужно поменять воду в тазике. Ещё бы минута рядом с ними и мой уставший мозг мог взорваться.
В семь утра пришла Севелина и приставила ко мне трёх лакеев. Работа пошла быстрее.
Придворные проснулись в девять утра, и я со спокойной душой ушла на верхние этажи, натирать зельем тамошние стены.
К одиннадцати утра я уже едва переставляла ногами.
Шла в оранжерею, отмахиваясь от несуществующих мушек, и мечтала выпить чашку кофе.
У папы была подсобка, где он заваривал чай, туда я и хотела попасть. Теперь эта подсобка принадлежит мне. Наверное. Это я и планирую сейчас проверить.
Тем временем во дворце кипела жизнь. Бесчисленное количество слуг и наёмных работников продолжали украшать дворец к главному событию года – отбору невест.
Лакеи, натиравшие стены вместе со мной, оказались жуткими сплетниками и рассказали, что во время конкурса во дворце планируется свадебное торжество Эйвара Рагнарса и его возлюбленной.
Меня новость не удивила. Я уже знала, что мой бывший планирует жениться.
Наверное, я бы продолжала обливаться слезами, если бы Эйвар не показал мне себя с тёмной стороны.
Воздушные замки разрушены и не подлежат восстановлению. Розовый мир померк и исчез. И я больше не хочу иметь ничего общего с этим... кобелём.
В оранжерее столпотворение. Фрейлины императрицы вышли на утренний променад.
Мне пришлось свернуть на другую дорожку, и почти сразу я услышала чьи-то голоса. Уже хотела уйти, но знакомое имя, сорвавшееся с уст незнакомца, заставило мои ноги прирасти к полу.
– Лорд Сэмерс, настоятельно не рекомендую вам действовать подобным образом. Вы можете навлечь на нас беду.
А не тот ли этот Сэмерс, о котором упоминал отец в своём письме к женщине со шрамами?
