Молот Пограничья. Гексалогия (СИ) - Пылаев Валерий

– У меня есть сила, брат, – повторил я. – И этот молот. Так что вставай и сражайся, если у тебя осталась хоть капля достоинства.

Сон не закончился – меня просто выдернули оттуда. Силой, в самом что ни на есть буквальном смысле. Темные стены цитадели растворились в полумраке, сменившись привычными очертаниями комнаты, а вместо исковерканной Хаосом физиономии Хрода передо мной появилось встревоженное лицо Галки.

Она‑то и трясла меня, как собака пойманную в амбаре крысу. А я даже не догадывался, как ей удалось тайком проскользнуть в дом, перед этим не перебудив половину усадьбы. Даже охранные чары на Галку почему‑то среагировали с опозданием, и только где‑то на первом этаже уже громыхали торопливые шаги. Впрочем, что‑то подсказывало: уже совсем скоро и мне, и дяде, и всей дружине будет не до выяснений, откуда в моей спальне вдруг появилась вспотевшая и запыхавшаяся таежная княжна.

Судя по мокрым прядям на лбу, она бежала. И бежала долго – от самой крепости Боровика. Все восемь с лишним километров вдоль берега Невы, через Великанов мост и дальше вверх по холму. И причин так стараться у нее могло быть не так уж и много.

Всего несколько – причем одна хуже другой.

– Просыпайся, князь! – Галка снова тряхнула меня за плечи. – Ну же, проснись!

– Уже проснулся. – Я осторожно накрыл ладонями холодные пальцы. – А теперь будь любезна объясни, какого черта вообще происходит. Желательно до того, как сюда ворвется мой дядя.

Строго говоря, дядя уже ворвался. Но вместо того, чтобы устраивать разнос, замер в дверях примерно с тем же выражением лица, какое было у Кати в тот день, когда она обнаружила нас с Галкой на полу в кузне.

По неловким ситуациям мы с ней определенно держали уверенное первенство, и в любой другой день я, пожалуй, не постеснялся бы как следует подразнить почтенного дядюшку – раз уж так вышло – но сегодня…

Сегодня мне почему‑то было не до смеха.

– Они идут! – выдохнула Галка. – Зубовы! Где‑то полторы сотни человек с грузовиками и ма…

– Подожди! – Я тряхнул головой. – Откуда идут? Где? Готовятся к переправе или?..

– Нет, черт бы их побрал. Они уже на том берегу!

На мгновение я даже успел подумать, что это все какая‑то нелепая шутка. Что Галка или решила разыграть меня таким образом, или вовсе задумала какую‑то хитрую подставу. Нева уже давно понемногу подмерзала у берегов, однако за одну ночь лед не стал бы достаточно толстым, чтобы по нему прошла целая дружина. Зубов никак не мог переправиться через реку.

И все‑таки переправился. Даже раньше, чем я сумел нащупать в Тайге сознание Вулкана, огневолк сам отозывался, буквально швырнув в меня целый ворох звуков и запахов.

Дым, порох, бензин. Пот, табак, ружейное масло. Хруст снега под ботинками гридней, мерное тарахтение моторов. И треск, с которым грузовики и легковые авто ломились через кусты и ехали по замерзшим лужам.

Все и сразу – слишком много для отряда разведчиков.

– А ты откуда знаешь? – тоскливо уточнил я, рывком поднимаясь с подушек.

– Я всегда знаю, когда в Тайге творится какая‑нибудь дрянь, – поморщилась Галка. – Можешь не верить, князь, но дружина Зубова уже скоро будет у стен твоей крепости. И нам неплохо бы успеть туда раньше, чем они.

– Это… это правда?

Дядя сложил на груди здоровенные ручищи, мельком посмотрел на меня исподлобья и снова принялся сверлить Галку осторожно‑недоверчивым взглядом.

– В общих чертах, – вздохнул я, потянувшись за висевшими на стуле штанами. – Но я все равно собираюсь спуститься к алтарю и взглянуть, сколько людей Зубов притащил на этот раз.

– Много! – буркнула Галка. – Нам хватит – особенно если не поторопимся.

– Черт бы их всех побрал! – Дядя развернулся к двери – видимо, сообразил, что спорить или выяснять подробности уже некогда. – Отправлю Жихаря за Горчаковым. А то он на своей развалюхе сто лет будет ехать.

Пока я одевался, Галка вела себя на удивление прилично. И даже деликатно рассматривала что‑то за окном, дабы лишний раз не наблюдать за моими попытками засунуть ноги в обе штанины одновременно. Но когда тяжелые шаги стихли на лестнице, вдруг развернулась и взяла меня за руку.

– Я буду сражаться рядом с твоими людьми, князь, – тихо проговорила она. – И взамен попрошу только одного: ты вернешь мне ружье моего деда?

– Пожалуй, верну. Хуже от этого точно не будет, – усмехнулся я, застегивая ворот рубахи. – Хотя бы потому, что хуже уже некуда.

Глава 27

Выстрел громыхнул, как удар колокола, окончательно разделяя хмурое и утопающее в полумраке декабрьское утро на «до» и «после». Минуту назад вокруг царила тишина, хоть в нескольких километрах к северо‑востоку отсюда наверняка уже рычали моторы внедорожников и грузовиков, а снег вовсю хрустел под ботинками зубовских штурмовиков. Кое‑кто в крепости на берегу Черной речки, может, еще верил, что сегодняшний день обойдется без крови.

Но теперь причин для такой веры уже не осталось.

Выстрел громыхнул, как удар колокола. Могучий и зычный голос оружия прокатился по Тайге, и не успело стихнуть эхо, как крупному калибру тут же ответили штуцера поменьше. Не так громко и вальяжно, зато дружно, сердитым нестройным хором.

– Никак, девка эта твоя воюет, – Горчаков прищурился, будто пытаясь просветить взглядом насквозь несколько километров Тайги за рекой. – Ее фузею, небось, и в Новгороде слышно.

– Ну, в таком случае, его светлость Константин Иванович уже знает, что здесь творится. – Я пожал плечами. – Может, даже успеет прогуляться до храма и поставить свечку за наше здоровье.

– Лучше за победу, – усмехнулся Горчаков. – Здоровье меня уже не беспокоит.

Мы все‑таки успели. Не только примчаться в крепость и поставить всех на уши, но и, кажется, приготовиться к обороне – насколько это вообще возможно, имея в распоряжении около семидесяти человек. Вольники из «апартаментов» в землянках дружно поклялись, что будут сражаться вместе с гриднями, но даже с ними мое воинство было совсем невеликою

При том, что старик Зубов наверняка притащит с собой целую армию. Внедорожники, пара грузовиков и бойцы: сотни две, не меньше – а то и все три. Алтарь не смог подсказать, сколько среди них было Одаренных, однако им хватило сил заморозить чуть ли не полкилометра Невы, сделав ледяной мост, по которому без труда прошли и люди, и техника.

Изящное решение. Затратное, непростое – зато весьма эффективный способ оказаться там, где тебя не ждут не целую неделю раньше. Если бы не Галка, дозорные наверняка заметили приближение зубовской армии, только когда машины подошли бы к крепости на расстояние выстрела из штуцера.

Впрочем, даже сейчас расклад все еще выглядел так себе. Его сиятельство Николай Платонович уже несколько раз ошибался, недооценив мои способности и умение драться, и теперь явно решил компенсировать все одним махом. И прихватил с запасом и людей, и оружия, и тех, чьих способностей вполне достаточно, чтобы снести хлипкий частокол вокруг крепости.

Особенно меня беспокоили плечистые парни в броне и касках, которые держались чуть в стороне от вояк из Гатчины и Извары. Снаряжение у них было круче некуда – даже на фоне зубовских гридней, которые не без оснований считались самыми богатыми на Пограничье.

Новомодные немецкие штуцера, оптика, револьверы, мечи, доспехи из тонких кресбулатовых пластин. Плюс черный, как таежная ночь, камуфляж без знаков отличия. Я мог только догадываться, кому именно из столичных покровителей Зубовых служили эти ребята, но наверняка это и были те самые заезжие «гастролеры» из Москвы, о которых предупреждал Белозерский. Серьезная сила – особенно если среди бойцов есть Одаренные.

– Что‑то не слышно больше фузею. – Голос Горчакова вырвал меня из невеселых размышлений. – Подстрелили девку, что ли?..

– Вряд ли. – Я прикрыл глаза, ощупывая Основой лес за рекой. – Она сама кого хочешь подстрелит.