Понимаю, что он решил просто избавиться от меня таким образом, чтобы я не лезла, не переживала. Ладно, сейчас не время.
– Хорошо. А теперь ешь, – я подвинула к нему поднос. – Эмиль сказал, что тебе нужна лёгкая пища.
Мартин усмехнулся:
– Ты стала такой властной.
– Кто‑то же должен заставлять тебя заботиться о себе, – парировала я.
Он взял ложку, попробовал бульон, одобрительно кивнул. Когда поднос опустел, Мартин откинулся на подушки. Его глаза уже начинали слипаться.
– Останешься со мной? – попросил он, беря меня за руку.
– Конечно, – я устроилась рядом, осторожно прижалась к его плечу. – Спи. Я буду здесь.
Он улыбнулся, закрыл глаза и почти сразу уснул. Я лежала, слушала его дыхание и смотрела, как солнечный свет, пробиваясь сквозь шторы, рисует на стене причудливые узоры. И старалась ни о чем не думать.
34
Я осторожно поправила одеяло, стараясь не потревожить сон Мартина. Его дыхание было ровным, лицо расслабилось. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь тяжелые шторы, золотил пряди его волос, и на мгновение мне показалось, что всё снова хорошо.
Но тревога, словно змея, свернулась где‑то внутри. Слова Эрика не выходили из головы: «Зачем Мартин поехал на границу вместе с Армэлем?» И ещё эта засада… Слишком много совпадений.
В дверь тихо постучали.
– Входите, – прошептала я, не оборачиваясь.
На пороге появилась Клэр. Её лицо было серьезным, почти встревоженным.
– Госпожа, – она сделала шаг вперёд, – к вам леди Деверо. Говорит, что это срочно.
Моё сердце пропустило удар. Бывшая любовница моего мужа? Здесь? Сейчас?
– Что ей нужно? – я повернулась к горничной, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
– Она не сказала. Но настаивает на личной беседе, – опустила глаза Клэр. Она прекрасно понимала, кто такая Констанция!
Я сжала кулаки.
– Проведи ее в малую гостиную. Я спущусь через пять минут.
Клэр кивнула и исчезла за дверью. Я бросила последний взгляд на Мартина, он всё так же мирно спал, и быстро подошла к туалетному столику. Поправила волосы, вытерла следы усталости с лица. Нужно быть сильной. Нельзя проявлять слабость перед этой женщиной.
Спустившись вниз, я застала Констанцию у камина. Она стояла, небрежно опираясь на каминную полку, и разглядывала портреты на стенах с видом хозяйки. Её платье из темно‑бордового бархата подчеркивало фигуру, а в глазах светилось знакомое мне высокомерие.
– Леди де Лебре, – она повернулась ко мне с улыбкой, слишком сладкой, чтобы быть искренней. – Благодарю, что согласились принять меня.
– Чем обязана вашему визиту, леди Деверо? – я не стала тратить время на любезности.
Констанция медленно обошла гостиную, проводя пальцем по корешкам книг на полке.
– О, всего лишь хотела узнать, как здоровье Мартина. Бедняга… Говорят, он едва живой вернулся. Я так переживаю за него! Мы ведь с ним очень близки, вы же понимаете…
Она сделала паузу, давая мне прочувствовать каждое слово.
– Близки, – холодно ответила я, – вы забыли упомянуть, что так было раньше. Теперь у Мартина есть жена.
– Ах, жена… – Констанция слегка наклонила голову. – Да, конечно. Но некоторые связи, Габриэлла, строятся не на формальных титулах. Мартин и я… у нас давнее взаимопонимание. Он обещал помочь мне в одном деликатном деле. Очень важном для меня. И я надеялась, что он выполнит свое обещание как можно скорее.
Её взгляд стал пронзительным, будто она пыталась прочесть мои мысли.
– Какое дело может быть настолько деликатным, что его нельзя доверить другим? – я постаралась говорить нейтрально, но внутри всё сжалось.
– О, вы же знаете Мартина, – она улыбнулась краешком губ. – Он умеет хранить секреты. И… он всегда был особенно внимателен ко мне. Надеюсь, ранение не помешает ему сдержать слово. Иначе мне придётся искать другие пути решения проблемы. А это, увы, может оказаться… хлопотно для всех.
Шантаж? Угроза? Или просто попытка задеть меня?
– Уверена, когда Мартин поправится, он сам решит, кому и чем помогать, – я старалась говорить спокойно. – Сейчас его главная задача это восстановление.
– Да, конечно, – Констанция вздохнула с притворной заботой. – Но вы же передадите ему, что я жду? Я всегда жду Мартина и он с удовольствием проводит со мной время. Было бы жаль, если бы из‑за болезни он забыл о своих обещаниях…
Она сделала шаг ближе, понизила голос:
– Знаете, Габриэлла, некоторые обязательства сильнее брака. И Мартин это понимает. Он всегда умел разделять… обязанности и истинные привязанности.
Внутри всё закипело, но я сдержалась. Она играет. Пытается посеять сомнение. Не поддаваться.
– Я передам ваши слова, – твёрдо сказала я. – Но предупреждаю: не стоит давить на Мартина в его нынешнем состоянии. Это может только ухудшить его здоровье.
Констанция на мгновение замерла, потом рассмеялась – коротко, без радости.
– Как трогательно, что вы так заботитесь о его здоровье. Но не волнуйтесь, я всего лишь жду выполнения обещания. Отпуск. Ничего больше.
Отпуск? Она имеет ввиду вдвоем? Зачем она вообще явилась сюда?
Она направилась к двери, но у самого порога остановилась.
– Передайте ему, что я буду ждать весточки. И надеюсь, он не заставит меня ждать слишком долго.
Дверь за ней закрылась. Я осталась стоять посреди гостиной, сжимая кулаки. Её слова звенели в ушах: «некоторые обязательства сильнее брака».
Я позвонила в колокольчик.
– Клэр, – сказала вошедшей горничной, – проследи, чтобы леди Деверо покинула дом без задержек. И попроси мистера Ренарда удвоить охрану. Особенно у парадного входа и со стороны сада.
– Слушаюсь, госпожа, – поклонилась Клэр и поспешила выполнять поручение.
Я подошла к окну. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени. Но одно я знала точно: я не позволю Констанции Деверо разрушить то хрупкое доверие, которое только начало складываться между мной и Мартином.
35
Слугам я запретила говорить про то, что нас навещала леди Деверо.
Мы с Мартином завтракали уже в трапезной, когда пришли его дед и мать. До них только‑только дошли слухи о состоянии Мартина, и слухи эти графиня де Лебре услышала на званом вечере от леди Деверо.
Мартин перевел на меня взгляд, но я лишь пожала плечами.
– Мама, дед, – Мартин встал из‑за стола, слегка поморщившись от боли в плече. – Что за срочность?
Графиня де Лебре, высокая дама с горделивой осанкой и серебристыми волосами, собранными в сложную причёску, окинула сына строгим взглядом. Её тёмно‑синее платье с серебряной вышивкой шелестело при каждом движении.
– Срочность? – ее голос прозвучал резко. – Ты чуть не погиб, а спрашиваешь о срочности? Констанция рассказала, что ты едва живой вернулся после какой‑то опасной вылазки. И что лекарь запретил тебе вставать с постели!
– Констанция? – Мартин нахмурился. – Она была здесь?
Я покачала головой, но промолчала. Говорить о визите леди Деверо при графине не хотелось, она и без того относилась ко мне настороженно.
Дед Мартина, граф де Лебре, окинул меня тёплым взглядом.
– Габриэлла, дитя мое, – мягко произнес Венсан, – может, расскажешь, что произошло? Мы с графиней очень переживаем за Мартина.
Я покосилась на графиню, та поджала губы, но промолчала.
– Мартин восстанавливается, – сдержанно отвечаю я. – Целитель дал ему зелье, и теперь ему нужен покой. Всё не так страшно, как описывают слухи.
Граф одобрительно кивнул, а графиня бросила на меня колючий взгляд.
– Слухи, – процедила она, – имеют свойство возникать не на пустом месте. Констанция – давний друг семьи, она бы не стала преувеличивать.
– Леди Деверо, не друг семьи, мама, – резко ответил Мартин. – Она слишком навязчива и никак не может смириться с тем, что я женат. И похоже, специально провоцирует различные ситуации, пытается настроить МОЮ, – подчеркивает он голосом, – жену против меня. И больше я этого не потерплю.
