— Не так быстро, моя хитрая тигрица, теперь ты моя, и я решаю, кто, когда и сколько раз. — Выдохнул мне в губы Эйрхар, и тут же пленил их. А я обвила его шею руками и подчинилась. Впервые, абсолютно добровольно приняла чьи-то правила, безоговорочно и безраздельно! Ведь они, такие приятные.
Диск фиолетовой луны поднялся высоко и залил своим светом всё пространство, а миллиарды звёзд с укором смотрели на ночную красавицу, отнявшую у них блеск и яркость. Казалось, они специально склонились ниже, чтобы мы смогли их рассмотреть, а может, чтобы лучше рассмотреть нас, то, как мы нашли друг друга среди множества миров.
Где-то среди камней и скал, дышал водопад, и его шёпот смешивался с нашим дыханием. Воздух пах травами, влажной землёй, а ещё, чем-то древним и вечным — возможно, любовью!
Его губы двинулись в путь по моему телу. Проложили дорожку из коротких, быстрых поцелуев по щеке, добрались до ушка, поиграли с мочкой и спустились на шею. Язык поласкал пульсирующую венку и перебрался на ключицу, очертил её контуры, и снова в игру вступили мягкие губы. Лёгкими нежными касаниями прошлись по моей груди, превращая каждый сантиметр кожи в источник наслаждения. Обхватили один сосок, аккуратно сдавили, переключились на второй. Я выгнулась навстречу и тихо застонала. Зубы сжали мою закаменевшую вершинку, посылая разряды по всему телу. Влажный тёплый воздух, казалось, загустел и превратился в сладкую патоку вожделения. Но виртуозная игра на моём теле лишь набирала обороты. За его языком тянулся огненный след желания, шаловливый кончик исследовал каждую впадинку моего тела. Этот чувственный путь вниз продолжился по моему животу. Его поцелуй были таким голодным, словно он ждал этого тысячу лет. Когда он снова коснулся татуировки, по моему телу прошёл разряд, а пальчики ног подогнулись.
— Так сладко! Прошу, ещё! Не останавливайся!
— Моя чувствительная киска! — И эти слова, одновременно пошлые и ласковые, включили во мне какой-то механизм. В глубине начала сжиматься пружина, создавая тянущее чувство и порождая неконтролируемую жажду наслаждения. С сочным звуком в меня погрузились сразу два пальца, а язык принялся порхать по клитору словно крылья бабочки, отключая сознание и оставляя только блаженство. — Ты полностью готовая для меня!
— Пожалуйста… — умоляющий шёпот сорвался с губ. Пальцы покинули меня, их место заняло кое-что побольше. Его член погрузился в мою влажность, до конца. Заполнил всё пространство внутри. Стеночки обхватили его мощное естество, а каждая клеточка радостно отозвалась на нежное вторжение. Чувство наполненности было таким острым и сладким. Это было невероятно. Он наклонился, поймал мои губы и начал двигаться. От мягкого трения огненная пружина затягивалась всё сильнее. Я была всё ближе к разрядке. Знакомое чувство нарастало. Я обхватила ногами его бёдра, стараясь прижаться сильнее, а ногтями вцепилась в спину. Он зарычал и ускорился, срываясь в бешеный темп. И это было умопомрачительно. Внутри уже всё пылало. Начали накатывать первые волны наслаждения, мои стоны становились всё громче, а он пил их своими губами. Его движения стали рваными, мужское достоинство пульсировало внутри. Мои стеночки ритмично сжимались вокруг него, сдавливали, приближали кульминацию. Мы достигли верхней точки одновременно. Он заполнял меня своим семенем, а я содрогалась в невероятном ошеломляющем экстазе. Перед глазами распускались искры салюта, и в них я видела образ сине-фиолетового дракона, который парил в вышине. В голове вспыхнуло имя, и при последней яркой вспышке, дарящей полное освобождение, оно само сорвалось с губ вместе со стоном.
— А-а-ах! Киан!
— Что? — Услышала хриплый, полный удивления и боли голос.
41
Он всё ещё сжимал меня в объятиях, был во мне и при этом будто далеко. Ошарашенно смотрел в мои глаза. Сердце замерло и пустилось вскачь, отдаваясь где-то в горле. Это же надо так лохануться, в порыве страсти произнести другое имя. Как в дурацких сериалах. Я раскрыла рот чтобы… А что, собственно, я могла сказать? Мне книга по секрету показала это имя, и я решила, что оно твоё. Бред сивой кобылы. Как выброшенная на берег рыбка, я таращила глаза и шлёпала губами. А он неожиданно сказал.
— Повтори, как ты меня назвала? — Прозвучало требовательно и одновременно умоляюще.
— Киан, — одними губами произнесла, но он услышал.
— Да! Киан! — Столько радости было в его голосе, что я совсем запуталась. Он неистово начал покрывать поцелуями мои щёки, губы, шею. — Тебя послали боги, Мили, чтобы ты вернула меня. Мои эмоции, моё прошлое, моё имя! — Он целовал, а на меня накатила дикая обида, и ядовитая ревность распустила свои цветы. Всё это время он был не со мной, а с ней! Любил и обнимал её. Уголки глаз предательски увлажнились, к горлу подступил ком.
— Аврора! Меня зовут — Аврора! — Сквозь слёзы произнесла и упёрлась рукой в твёрдую грудь, стараясь оттолкнуть. Но куда там, легче танк подвинуть. Он лишь крепче сжал меня, зарылся носом в волосы, поцеловал в макушку и ласково произнёс:
— Я был слеп, прости! Моя Аврора! — После того как он это произнёс, внутреннюю часть бедра кольнуло. Я тихо ойкнула, а он напрягся. Взгляд сам опустился туда, где всё ещё были соединены наши тела. Золотыми вензелями на мне высвечивалось его имя, вплеталось в рисунок татуировки. Он тоже смотрел. Как только последняя буква зажглась на коже, он прошептал:
— Теперь ты моя жена! Навсегда! — Найдя мои губы, он толкнулся вперёд. Его могущество было по-прежнему твёрдым и требовало продолжения. А у меня опять внизу живота всё потяжелело в предвкушении удовольствия. Мы снова погрузились в этот водоворот сладострастия, и я ни капельки не жалела. Он стонал моё имя, а я его. Наши тела сплетались в единое целое. Наши души прорастали друг в друга невидимыми корнями. Луна и звёзды были не просто сторонними наблюдателями, они стали свидетелями и гарантами нашего будущего. Одного на двоих. Судьба не ошибается, всё, что со мной произошло — было предначертано. То, что казалось наказанием, обернулось самым лучшим подарком. Среди тысяч миров найти того, кто создан для тебя, так же как ты, создана для него — это невероятная удача!
Не могу точно сказать, спала я этой ночью или нет, ведь всё происходящее само по себе было похоже на мистический сон. И в то же время не было ничего более реального. Опустошённые и довольные, мы нежились в объятиях друг друга. Моя голова покоилась на рельефной груди, а Киан перебирал мои волосы, пропускал их сквозь пальцы, гладил. Я несколько раз пыталась заговорить, но он каждый раз останавливал меня поцелуем и говорил: «не сейчас». При этом я чувствовала, что у него в голове творился какой-то кошмар. Меня периодически накрывало какой-то мрачной безысходностью. В эти моменты он стискивал меня, вздыхал и смотрел так, словно боялся, что я исчезну.
Небо окрасилось в нежно фиалковый цвет. Занимался рассвет! Настоящий. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, озаряя край вечной мерзлоты. Оно несло с собой тепло и надежду.
Неожиданно послышалась странная музыка. Словно кто-то водит пальчиками по хрустальным бокалам с водой, заставляя их издавать разные ноты. Звук нарастал, становился всё громче. Хотя мелодия была красивой и завораживающей, я чувствовала беспокойство моего дракона.
— Что это?
— Льды поют! Нам надо срочно уходить. — Киан быстро поднялся и притянул меня к себе. И в этот момент раздался оглушающий треск.
42
Земля завибрировала под ногами. Из глубин послышался рокот, будто кто-то большой заворочался, разбуженный звуками нашей страсти. Волоски на всем теле встали как антеннки. Опасность, опасность — кричало всё моё существо.
Вода в круглом озере начала закипать, точно в кастрюле под которой включили конфорку на полную мощность. Пар повалил из всех щелей. Ледники трещали и разваливались. Огромные глыбы, застывшей в вечном сне воды, катились вниз, сопровождаемые безумным танцем клубящегося вокруг снега.
