Феодал. Том 5 (СИ) - Рэд Илья

Всё закончилось через десять минут с последним вздохом так ничего и не понявшей твари. Печальная у неë участь оказалась. Быть убитой столь малой особью, как будто насмешка судьбы.

— Будешь наказан, — холодно предупредил я Инея, когда камнекожие потащили массивное тело на склад.

В любое другое время я бы только порадовался за его бойцовский характер, но теперь нам снова пришлось возвращаться в «Зелëный-66» под удивлëнные взгляды старика Гио и Драйзера. Где-то там Потап нуждался в моей помощи, ведь он без пищи почти неделю, как трясëтся на этих маммотумах.

Иней отправился искать другой потенциальный транспорт, а я в одиночку забрался повыше на скалу, прикидывая, что наш портал в зимний мир откроется в трëх тысячах километрах к югу от людской базы. Туда как раз и побежало стадо мохнатых гигантов. С той скоростью и шириной шага мы как раз должны будем пересечься, и этот шанс нельзя упускать!

Ещë я понял, что изначально допустил ошибку, выбрав малоопытную виверну. Это помешало моему питомцу проникнуться уважением. Мир летающих магзверей строго иерархичен. Будь на месте погибшего взрослый самец, мой бандюган молчал бы в тряпочку. Потому я отдал ему приказ найти достойного, по его мнению, кандидата.

Вот так поспешишь, и всë наперекосяк идëт, надо было не брать первого попавшегося. Кто ж знал, чем это всë обернëтся?

Через три часа поисков мой питомец справился и привëл ко мне дьявола во плоти. Разрисованный шрамами, угрюмый, с аурой безжалостного убийцы этот виверн не спешил идти на контакт и кружил в небе, изучая свою добычу. Я показался ему подозрительным.

Матëрый магзверь прожил долгую жизнь, многое повидал. Ему часто приходилось видеть людей верхом на чешуйчатых собратьях. За это он испытывал к последним глубочайшее презрение и при встрече один на один не задумываясь убивал за такой позор. Никто не смеет ограничивать свободу гордого хищника, а если уж попался, найди способ, извернись, сбеги или разбейся о скалы назло врагу.

Странные двуногие существа порабощали своей волей его слабых сородичей. Лучше уж стать кормом змееящерам, чем согласится кого-то посадить себе на спину. Потому опытный виверн тщательно издалека изучал своих тонкокожих врагов. Они плодились под прикрытием одной массивной скалы на севере и выходили оттуда небольшими стаями на охоту.

Так вот, как правило, они боялись оставаться одни, но этот сухопутный кусок мяса не выказывал страха. Почему он не бежит прятать свою ничтожную шкуру и так нагло пялится?

Словно добыча здесь не он.

А ещё юнец сказал, будто рождён от двуногого! Ха-ха-ха, это же надо придумать! Не будь его ум столь защищён, а воля сильна подобно камню, отправился бы на съедение за свою дерзость…

Человек явно припрятал какую-то хитрость. Любопытство разбирало старого виверна. Он был сыт, как никогда здоров, да и в самках нужды не знал, но собственный приплод в таком возрасте у него никогда не летал.

А ещё от синеглазого недомерка разило смертью, свежепролитой кровью сына! Как это понимать, он что, проиграл полугодовалому брату? Какой позор… Пусть земля приберёт его дрянное тело, ещё бы сто лет не видеть такое потомство!

Но как же двуногий смог сделать то, до чего не догадался он, Сейдх, правитель этой славной земли отсюда и на сто дней полёта во все стороны? У него явно имеются секретные знания.

Магия некоторых людишек опасна, многие сыновья поплатились за желание прославить себя в борьбе с чужаками. Теперь они мертвы. Каждый год они либо умирали, либо становились рабами. Не счесть, сколько их таких было глупцов, с едва окрепшим телом и разумом, а сколько ещё будет…

Сейдх потерял счёт своему потомству, самые умные улетели на юг вдоль скалы подальше от гнездовья тирана-отца, но других соблазняла его бывшая пещера, которую отобрали двадцать оборотов солнца назад жалкие двуногие.

Вероломно, когда он был на охоте, они разграбили гнёзда, забрали все яйца и прогнали беспомощных самок. А потом каким-то образом заделали вход искусственным камнем. Туда стало не пролезть, аргх!

Как же он был тогда зол…

Но злоба не означала безрассудства. Выживает самый приспособленный и хитрый, а не самый сильный. Сейдх не мог похвастаться выдающимися размерами, но его терпение, ловкость и, как это ни странно, плодовитость позволили вытеснить всех старых врагов. Эти дурачки погибли в бесславных сражениях, в то время как он изучал повадки врага на их печальном примере. С пришлыми лучше не воевать, но и не связываться.

Сейдх воспользовался людьми как щитом. Самки тянулись к нему, рожали детей, одного за другим. Много детей. Часть забирали себе двуногие и не лезли глубже, а часть улетало на юг, тесня соседей.

Не понимая того, они дрались за покой своего отца, а ежели кто-то из них возвращался с дурными намерениями… Что ж, змееящеров тоже надо подкармливать, дабы не наглели. Без еды они дуреют, жрут друг друга и теряют всякий страх. Сейдх не хотел, чтобы они причиняли вред его самкам.

Старый виверн приземлился на скалу, но подальше от человека. Если пробраться к нему в голову, то можно достать много интересного. Например, разные истории о других мирах, в мельтешении картинок таилась уйма знаний.

Например, о том, как они убивают врагов, где живут, какие у них порядки. Они как зараза расползлись по другим мирам и отравили их существование. Убьёшь одного — придут сотни, убьёшь сотню — придут тысячи. Это как гниль, с ней бесполезно бороться — лучше обойти стороной.

Сейдх многажды их ломал. Иногда сыновья, притворившись покорными, сами привозили ему самонадеянных глупцов. А иной раз он убивал одиноких летунов с живым грузом на спине. Нечего им тут высматривать.

Лишать жизни двуногих легко, в подобном нет никакого удовольствия, но вот покопаться в их мозгах, испытать наслаждение от чужой агонии и страха — бесценно. После этого так приятно кружится голова, а сердце бьëтся в шальном безумии.

О да-а-а, как же давно он не испытывал подобного наслаждения. Надо только подойти поближе, притвориться миролюбивым. Голову к земле, вот так, шагаем на двух лапах. Сейчас, ещё чуть-чуть…

Пришлось повозиться. Не знаю, кого привёл мне Иней, но этот чешуйчатый господин как только ни исхитрялся, чтобы не пустить меня глубже. Я мог считать его имя, смертоносную ауру, злобу, но вот понять истинные мотивы и добраться до сути текущих способностей ведуна не хватило. Странно. Обычно я легко вскрывал ветеранов, но тут какой-то особый случай. С ним глаз да глаз нужен.

Тем не менее я оседлал Сейдха и остался доволен скоростью, манёвренностью и выносливостью — то, что надо под мою задачу. Захотел бы я его держать у себя в ангаре для личных целей? Однозначно нет. Дохлый номер — старого дьявола не приручить. Его можно убить, временно подавить, но заставить принять новые правила — никогда.

Я держал виверна на коротком поводке, сохраняя концентрацию в ментальном подавлении. Мы протиснулись в портал и дождались, когда Александр откроет новый, в зимний мир. Попутно сменил одежду на более тёплую. Инея я отказался с собой брать — он выполнил свою миссию, не хватало, чтоб ещё замёрз по глупости.

Оказавшись в «Жёлтом-6», я зажмурился от снежной бури. С погодой не повезло. Глаза слепило и ни черта не видно.

— С тебя маяк! — крикнул я водному магу, и тот приступил к лепке ледяной башни, чтобы мы могли отыскать ориентир на обратном пути, серебристые врата на фоне снега сложно распознать.

Я приказал Сейдху подняться к облакам. Маммотумы не маленькие — отсюда их можно заметить, надо только вырваться подальше. Виверн вместо того, чтобы парить и экономить силы, наоборот, зачастил махать крыльями. Сначала я воспринял это за настырную попытку убить нас обоих, но потом понял: он так разгонял кровь, сохранял подвижность мышц.

Если бы не кармашек на его шее с защитой от ветра, я бы точно вылетел как пробка из бутылки. Впервые летаю на таких скоростях. Мы вырвались из плена снежных вихрей на спокойную местность, и я с жадностью впился в горизонт и в то, что раскинулось под нами.