Я на тебе (никогда не) женюсь (СИ) - Рейнс Анна

— Я не понимаю, — я даже головой трясу. — Какой контракт?

— Эксклюзивные права друг на друга, — он подается вперед, жадно втягивая воздух, и я отступаю на инстинктах. Упираюсь спиной в стену здания. — Гарантия, что пока мы вместе, то остаемся верными друг другу.

— Вместе?

— Я имею в виду отношения, Алиса. Я буду к тебе приезжать. Или просто останусь.

Решим.

Смотрю на него, а чувство такое, словно мы на разных языках говорим. Ничего не…

постойте. Пазлы вдруг складываются в картинку, и у меня словно воздух из груди выбивает. Во рту разливается горечь.

Смеюсь с каким-то неверием, глядя на него во все глаза.

— Вы предлагаете мне стать вашей любовницей? Содержанкой?

— моей постоянной женщиной, — серьезно отвечает он.

— Как угодно назовите, смысла это не меняет! — мой смех гаснет, а в груди черная дыра расползается. Поглощает меня изнутри. - Я не…

Закончить я не успеваю, он мне вдруг рот ладонью накрывает. Наклоняется так близко, что наши лбы почти соприкасаются.

— Я велел тебе дважды подумать. Ты сейчас на эмоциях. Но это хорошее предложение. У тебя будет спокойная жизнь в достатке.

"РОВНО ДО ТОГО момента, как он решил бы меня вышвырнуть. А еще — репутация шлюхи", — думаю я.

— ..а еще ты меня хочешь, — продолжает генерал. — Не знаю, насколько ты сама это осознаешь. И тебе понравится все, что будет между нами происходить. Ужасно понравится. Так что подумай, Алиса. Можешь выдвигать любые свои условия.

Кроме одного — жениться на тебе я не собираюсь.

Меня окатывает гневом, болью, унижением. Намного сильнее, чем тогда, пять лет назад. Щекам становится невыносимо жарко, в глазах встают слезы, горло душит ком. Ни вдохнуть не могу, ни выдохнуть.

Дэлмар медленно убирает руку. С какой-то нежностью ведет ею по моей горящей от унижения щеке, и меня всю передергивает. Смотрю на него, борясь с желанием отвесить очередную пощечину. Хоть крохи той боли ему передать, что сейчас истязает меня.

Какой в этом смысл? Ничего я этим не докажу.

Он просто такой... дракон.

— мне не нужно думать ни дважды, ни трижды, — мой голос звенит от эмоций. —Ответ все равно будет один! Нет.

Дэлмар выдыхает, и его лицо превращается в застывшую маску.

— Отказываешься? — зачем-то переспрашивает он.

— Да, отказываюсь! Не нужны мне ваши деньги! И сами вы не нужны! Как вам вообще в голову пришло сделать мне такое предложение.

— И что же не так с моим предложением? — спокойным тоном интересуется он. —Тебя послушать, так я должен жениться на каждой, кого трахнуть хочу.

Не верю, что он действительно все это мне говорит Голова кружится, стены переулка надвигаются на меня.

— А я буду только с мужчиной, за которого выйду замуж! — с чувством выкрикиваю я.

— Буду любить его, уважать, хранить верность и растить детей. Вы... вы просто циничный бабник. Эгоист! Вам плевать на все, кроме собственной похоти! Вы не заслуживаете ничего из этого, поняли? Не заслуживаете семьи! Даже если бы вы предложили мне стать вашей женой, я бы ни за что не…

В его взгляде появляется что-то такое, отчего меня в дрожь кидает.

— Но я же не предложил. Верно, Алиса?

Он словно точно знает, куда побольнее ударить. Раз за разом втыкает в мое кровоточащее сердце нож. Я ему не была нужна пять лет назад — ну это я хоть понять могу. Не нужна как принцесса Аллисандра. Не нужна как Алиса. Ничего не нужно, кроме удовлетворения собственной похоти.

Как же мерзко...

— Я хочу уйти, — цежу я, переводя взгляд на его шею. Туда, где быстро-быстро бьется какая-то жилка. Пытаюсь сделать шаг в сторону, но он внезапно преграждает путь рукой.

— Я тебя провожу.

— Я сама!

— Сейчас ночь, Алиса. Все вокруг в масках, — впервые с начала нашего разговора в его голосе проскальзывает злость.

— Я могу за себя постоять.

— Это не вопрос. Я. Тебя. Провожу.

— Да делайте что хотите! — самой противно от этих истеричных ноток. Только еще разрыдаться перед ним не хватало.

Генерал, наконец, отстраняется, и я буквально выбегаю из переулка. Прохладный ветер холодит разгоряченные щеки. Окунаюсь в веселье, шум, смех. Громкие звуки бьют по моим натянутым, словно струны, нервы. Хочу только одного — поскорее оказаться в своей комнате.

Забыть это все, как страшный сон.

Мне так плохо. Нижняя губа мелко дрожит — приходится ее закусить. Внутри что-то обрывается, когда слышу голос Дэлмара за спиной:

— Не забудь, что завтра ты должна улыбаться.

— Шире всех буду, — цежу я, кидая на него взгляд из-за плеча. — Ведь наконец-то избавлюсь от вашей компании. А вы не забудьте поскорее исполнить вашу часть договора и расторгнуть помолвку.

— На что потратишь деньги? — снова спрашивает тоном, словно ничего не случилось.

Даже отвечать не хочу. Просто иду. Ускоряюсь, когда впереди показывается гостиница. Поднимаюсь по лестнице и, ни разу не взглянув на генерала Сарса, захожу в свою комнату. Запираю дверь.

Прислоняюсь к ней спиной.

Всего несколько часов назад я вот так же стояла и предвкушала наше “свидание”.

Боги, какая же я дура. Дура, дура, дура. Срываю маску и швыряю ее в сторону.

Расшнуровываю завязки плаща на шее так яростно, словно они душат меня.

Из глаз падают горячие слезы, и я закрываю глаза. Пытаюсь успокоиться. Всю свою выдержку призываю, но это все равно что ветками пытаться бурную реку перекрыть. Тут же сносит.

Сразу за моей дверью слышатся шаги в коридоре. Словно кто-то только сейчас от нее отходит. Где-то справа хлопает дверь, и я остаюсь наедине с шумом гуляний, что доносится с улицы.

Все к лучшему, — говорю себе. — Больше никаких иллюзий. И завтра, когда мы вернемся во дворец, я точно знаю, как буду себя вести.

Ну а сейчас я позволю себе быть немножко слабой. Просто... иначе не выдержу.

И полночи беззвучно заливаю слезами подушку.

28.

Просыпаюсь рано — с рассветом. Долго пытаюсь убрать с лица следы ночной истерики. Умываюсь холодной водой, тщательно расчесываю волосы и красиво укладываю их, скрепляя заколками на висках. Все эти дни я чаще всего убирала их, чтобы не мешались.

Смотрю на свое отражение и пытаюсь достать из него Аллисандру — воспитанницу короля. Спокойный и открытый взгляд, мягкая улыбка, прямая спина. Но не могу перестать видеть Алису.

Жесты потеряли былую плавность, стали резкими — возможно, причина в нервах.

Взгляд стал... взрослее. Иначе и не назвать. Черты лица как будто заострились, и под глазами обозначились темные круги.

Нет, так дело не пойдет.

Этот день должен стать моим триумфом. Свершившейся местью — за обиду, нанесенную теперь уже дважды. Уже к вечеру эта смешная помолвка будет расторгнута, и я наконец-то выдохну с облегчением.

Возможно, король вскоре попытается выдать меня за кого-то еще. Поэтому лучше не терять времени. В конце концов, мне уже двадцать два. Пора бы уже оглядеться по сторонам, найти нормального мужа. Умного, доброго, верного и заботливого.

Полюблю его всем сердцем и буду счастлива!

Да, все случится именно так.

В моей жизни нет места генералу Сарсу. Обреченному каждое утро просыпаться в компании новой девицы. Наверно, решил, что приносит великую жертву, предлагая себя мне на год. Одолжение делает.

Как будто он и в самом деле способен хранить верность — даже такой короткий срок.

Смешно.

Мысли помогают успокоиться, и в общий зал я спускаюсь полностью собранная.

Кидаю на генерала прямой взгляд:

— Я готова.

— Завтрак?

— Поела в комнате, — вру я. Мне бы сейчас и кусок в горло не полез от волнения.

— Хорошо. Пошли.

Отрывистые фразы, прямая спина, суровый взгляд. Дистанция, что, кажется, растет с каждой секундой. Хоть и идем мы бок и бок.