Двадцать два несчастья 4 (СИ) - Сугралинов Данияр

— Ну спасибо. — Она заулыбалась и поставила кружки на стол. — Садись, чай попьешь.

— Потом. Сначала Валеру заберу.

— Да он у Степки в комнате. Валера! — крикнула она. — Хозяин пришел!

Из комнаты донеслось недовольное мяуканье, потом сонный Валера, который, похоже, у Степки вел ночной образ жизни, показался в дверном проеме. Шел неспешно, хвост трубой, вид презрительный. Увидел меня, остановился, обнюхал ботинки, потерся о ногу и только тогда замурлыкал.

— Скучал? — спросил я, наклонившись.

Валера мяукнул коротко, как бы говоря: «Еще спрашиваешь».

— А это что? — Степка подошел ближе, разглядывая когтеточку, которую я поставил у стены. Запарился и прихватил ее вместе с гостинцами.

— А, это для Валеры, чтобы когти точил.

— А можно попробовать?

— Давай. — Я распаковал когтеточку и поставил ее на пол.

Степка присел рядом и постучал по ней пальцем. Валера подошел, обнюхал джутовую обмотку, примерился лапой, потом встал на задние лапы и с остервенением начал драть покрытие.

Степка захохотал.

— Смотри, мам! Ему нравится!

Танюха подошла, посмотрела на Валеру и улыбнулась.

— Ну надо же, с первого раза понял!

Валера продолжал драть когтеточку, урча от удовольствия, а Степка сидел рядом и наблюдал, не отрывая глаз.

— Слушай, Серега, — негромко сказала Танюха, — ты типа реально завтра с нами в секцию поедешь?

— Ну да. Когда Степка из школы возвращается?

— К часу примерно.

— Ну, тогда я, как освобожусь, примерно после обеда зайду к вам. Сходим на пробное занятие. Я посмотрю, что есть в районе, какие отзывы, во сколько тренировки.

— Степка, слышал? — обернулась Танюха к сыну. — Завтра с дядей Сережей в секцию самбо едем. Посмотрим.

Степка замер, медленно повернул голову и посмотрел на меня настороженно и недоверчиво.

— Правда? А вдруг… — начал сомневаться он и запнулся.

— Правда, — подтвердил я. — Но ты не переживай. Ты же хочешь посмотреть, как там занимаются? Вот. Просто взглянешь.

Он кивнул, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, но не получилось. Уголки губ дрогнули, глаза заблестели.

— А вы тоже пойдете? Внутрь?

— Конечно.

Степка снова кивнул, на этот раз серьезно, потом вернулся к Валере, который продолжал драть когтеточку, и сказал тихо, будто самому себе:

— Надо форму спортивную приготовить.

Танюха встретилась со мной взглядом и беззвучно произнесла: «Спасибо».

Я пожал плечами.

— Ладно, я Валеру забираю и к себе. Дела.

— Сядь, чаю хоть попей.

— Потом, Танюш. Спасибо.

Я взял переноску, открыл дверцу и позвал Валеру. Тот недовольно мяукнул, но, к моему удивлению, вообще не стал спорить и залез внутрь. Степка помахал нам на прощание.

— Пока, дядя Сережа! Пока, Валерка!

С когтеточкой и переноской в руках я вышел на лестничную площадку и спустился на свой этаж, а дома освободил Валеру. Тот сразу направился к когтеточке, обнюхал ее и принялся драть.

Я поставил чайник, начал разогревать сковороду для яичницы и достал телефон.

Стоило убрать режим «Не беспокоить», как тут же высветилось уведомление: пришла эсэмэска от банка.

Зачисление 10 535 996,00 RUB

Счет ****1641

07.11.2025 09:17

Я уставился на экран, перечитал еще раз.

Десять с половиной миллионов рублей.

Деньги.

Пришли.

Деньги пришли!

Я встал, прошелся по кухне, сел обратно.

Сердце колотилось. Глубоко вдохнул, выдохнул. Деньги есть. Долги можно закрыть, кредит «Совкомбанка», Михалыч, суд — все решаемо. Ремонт сделать себе и родителям, обновить им технику, себе выбрать нормальный ноутбук…

И тут пришла еще одна эсэмэска:

Счет ****1641 заблокирован.

Операции приостановлены в соответствии с 115-ФЗ.

Обратитесь в отделение банка.

Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Эйфория схлынула мгновенно, оставив после себя холодную пустоту. Резко захотелось выругаться — грязно и смачно.

Так нелепо сесть в лужу! С этим попаданчеством я совершенно забыл о том беспределе, который начался в банковской системе в последнее время. Знал о нем не понаслышке, все мое окружение в той жизни гудело: банки сейчас трактуют ФЗ-115, как хотят, могут заблокировать счета, даже если муж переводит деньги жене или мать сыну. Даже когда оба супруга идут в банк и умоляют вернуть им деньги, доказать зачастую ничего невозможно, приходится воевать долго и упорно, не всегда с победой. Или когда родственники перечисляют кому-то на лечение. Много таких случаев. Даже в лихие девяностые такого беспредела не было.

Валера подошел, потерся о ногу, замурлыкал. Я машинально почесал его за ухом.

И вот что мне теперь делать?

Звонить Караяннису? Так ведь придется ему объяснять, каким образом я перевел деньги с теневых криптосчетов академика Сергея Епиходова на счет казанского Сереги. Хотя объяснить-то я смогу, найду что наплести, но сначала…

Я набрал номер горячей линии, дождался ответа.

— Добрый день, банк «Совкомбанк», меня зовут Лариса, чем могу помочь?

— Добрый день, Лариса. У меня счет заблокирован. Пришло уведомление по ФЗ-115.

— Назовите, пожалуйста, номер счета.

Я продиктовал, оператор помолчала, стуча по клавишам, после чего провела идентификацию личности и наконец ответила на мою проблему:

— Да, вижу блокировку. По вашему клиентскому профилю уже есть закрепленный куратор. Консультацию проведет Ольга Витальевна Костромина. Отделение на Баумана подойдет? Когда вам удобно подъехать?

Я почти улыбнулся. Вот и отлично, что ко мне прикрепили уже знакомую Ольгу Витальевну!

— Завтра на десять утра, если возможно.

— Минуточку… Да, десять утра свободно. Записала. Приходите с паспортом и документами, подтверждающими источник поступления. Адрес: улица Баумана, второй этаж.

Я поблагодарил и отключился.

В понедельник попытаюсь разблокировать счета, и только если не выйдет, придется подключать Караянниса.

Валера запрыгнул на стол и уставился на меня желтыми глазами.

— Да, — сказал я ему. — Проблема.

Он мяукнул сочувственно.

Я погладил Валеру по голове, взял ноутбук и, открыв заметки, начал составлять список дел.

Сделать:

1. Алиса. Решить с вечеринкой…

2. Массаж. Уволиться.

3. Отвезти деньги за БАДы. Уволиться.

4. Найти работу по спец…

И тут я почувствовал, что если прямо сейчас не выйду на свежий воздух, то закиплю.

Закрыв ноутбук и быстро одевшись, я отправился развеяться.

Женщины, когда их одолевают досада и хандра, начинают много и быстро есть, особенно налегают на сладкое, а получив порцию дофамина, воскресают и бегут воевать дальше.

Я решил воспользоваться этим же методом. Хоть и исповедовал правильное питание, в это воскресное утро принципами решил пренебречь.

В любом городе, если знать где искать, кучкуются крошечные стихийные рынки. Там можно прикупить домашних пирожков, пожелтевшую подшивку «Советского Заполярья» за 1979 год или новенький китайский будильник. Власти с этим позором борются и даже побеждают, но через какое-то время точки возникают снова.

Такой вот базарчик я давно присмотрел, но руки все не доходили прошвырнуться по нему. А тут — дошли.

На небольшом пятачке возле рынка, как обычно, сгрудились завсегдатаи таких точек, и я купил у хмурого мужика три вяленые рыбешки, завернутые в газету с проступающими маслянистыми пятнами. Система промолчала, так что я понадеялся, что глистов, паразитов, токсинов от длительного вяления или еще какой заразы там нет.

Пришел домой, вымыл руки и так, даже не переодеваясь в домашнее, принялся есть.

Вобла пахла Каспием и Волгой с примесью йода, солнцем и, собственно, рыбой. Я стал разделывать ее, пытаясь аккуратно разрывать сперва руками, вдоль брюшка. В науке геологии твердость минералов определяют по шкале Мооса, от 10 до 1. Самый твердый — алмаз, самый мягкий, соответственно, тальк. Так вот, моя вобла была где-то между топазом и корундом. Но я был упорным, так что не прошло и получаса, как очистил ее с помощью ножа и напильника. Впрочем, шучу — ножом обошелся.