Невеста дракона - Роберт Кэти

Она разворачивается, чтобы поскорее уйти, пока Сол не перестал ограничиваться одним только легким шипением. Как только она поворачивает за угол, его гребень полностью опускается. Я поглядываю на него.

– Брачное исступление?

– Я сейчас не могу контролировать его в полной мере. – Он приходит в себя. – Со временем станет лучше.

Мы идем по коридору, ведущему в библиотеку. Я не могу сдержать счастливый вздох оттого, что снова окажусь в этом помещении. Большинство комнат в крепости весьма уютные, но эта кажется волшебной.

Я иду к стеллажам с книгами и резко останавливаюсь.

– Здесь есть что-то, к чему мне не следует притрагиваться?

– Все, что представляет опасность, заперто в хранилище. Здесь ничто не может причинить тебе вреда.

Я скорее спрашивала о том, что сама могу испортить, но, полагаю, этого ответа достаточно. Иду вперед, но снова останавливаюсь, когда Сол обхватывает меня за талию.

– Сначала поедим.

– Но…

– Что-то мне подсказывает, что я вот-вот потеряю тебя на несколько часов. – Его голос звучит тепло и терпеливо и наполняет меня странной нежностью. – Сперва поедим, а потом можешь предаваться исследованиям до обеда.

Мне хочется возразить, только для того, чтобы выяснить, как он поступит, но это справедливая просьба, и, честно говоря, я проголодалась. Разворачиваюсь в его объятьях и улыбаюсь ему.

– Спасибо. Не обязательно было просить Азазеля, чтобы он отправил Раману делать метку. Я знаю, что тебе это не понравилось.

– Это не имеет никакого отношения к тому, что они нанесли на тебя заклинание, а связано с тем, что они дразнили меня, пока мне не захотелось отгрызть им голову, рога и хвост.

Я не уверена, что он шутит. На самом деле я вдруг уверяюсь в том, что он снова говорит с жестокой честностью. Мысль о том, как Сол отгрызает кому-то голову, не должна казаться прелестной, но мне сложно сохранять объективное восприятие. Этот мир разительно отличается от того, в котором я родилась. Порой он кажется жестоким, но здесь я за короткую неделю познала больше доброты, чем за всю свою жизнь.

Азазель, до странности оберегающий связанных контрактами людей.

Сол, такой большой и свирепый, но в то же время нежный.

Даже Раману. Они ужасно раздражают, но сколько бы еще мы с Солом избегали друг друга, если бы они не вмешались?

Приходит Алдис с тарелкой, полной еды, и мы с Солом, непринужденно болтая, быстро с ней управляемся. Разговор выходит бессодержательным, отчасти по моей вине, потому что я то и дело поглядываю на книги. Наконец он откидывается на спинку с шипящим смешком.

– Вперед, Брайар. Приятного исследования.

Я встаю. Полная решимости поспешить к стеллажам, но импульсивно бросаюсь к нему в объятья.

– Спасибо.

Сол крепко обнимает меня долгое мгновение, а потом ставит на ноги.

– Тебе нужно только попросить. Ты все получишь, если это в моих силах.

Сумасбродное обещание. Он правитель всей территории, и пускай я, возможно, не вполне понимаю, насколько она может быть велика и что подразумевают его обязанности, это не меняет того факта, что я могла бы злоупотребить его обещанием. В его предложении не обошлось без доверия.

Я не уверена, что заслуживаю его.

Улыбаюсь, а в горле встает ком.

– Буду иметь в виду.

Когда я ступаю между стеллажей, кажется, будто вхожу в другой мир. Здесь даже тише, чем в остальной части крепости, и тихий шорох платья, колышущегося вокруг ног, кажется безумно громким. Беру первую попавшуюся книгу, толстый том в кожаном переплете. Он такой тяжелый, что я сажусь на пол, чтобы его открыть, а сделав это, задерживаю дыхание. Сработает ли заклинание Раману?

Слова сливаются в тошнотворном вихре, а затем на моих глазах преобразуются в английские. В изумлении провожу пальцами по чернилам. Магия. Как странно, что я могу столкнуться со столькими непостижимыми вещами, но именно от этой магии сердце наполняется восхищением.

Оказывается, книга – это учебник по анатомии кракенов и их эволюции с появлением в роду людей. Я листаю страницы с умеренным любопытством, а потом закрываю книгу и осторожно ставлю ее на место. Не кракен выиграл меня на аукционе.

Меня больше интересуют драконы.

Меня тотчас ошеломляет необъятное количество книг, поэтому, когда нахожу, как мне кажется, секцию с детскими рассказами, то хватаю сразу несколько книг и тащу их обратно в зону отдыха.

Там я застаю Сола, который продирается сквозь стопку документов высотой почти с него самого. Гляжу на толстые свитки пергамента и связки бумаг.

– Что это такое?

– Корреспонденция. – Он недовольно шипит. – Отчеты о сборе урожая, что несколько печально. – Сол поглядывает на меня. – Тобой тоже очень интересуются. Как только все… успокоится… нам придется устраивать приемы.

«Все» – это брачное исступление, из-за которого он становится таким агрессивным. Я покусываю нижнюю губу.

– А между нами что-то изменится, когда оно пройдет?

Он отвечает пристальным взглядом.

– Нет.

Осторожно кладу книги на низкий столик между нами, чтобы не разбросать его бумаги. Мне вроде как хочется сесть рядом с ним, но, конечно же, в этом нет необходимости. Пускай мы женаты, но едва ли мы…

– Что ты делаешь, Брайар?

Останавливаюсь на полпути к свободному дивану.

– Сажусь?

Он склоняет голову набок и рассматривает меня. Не знаю, какое у меня сейчас выражение лица, но в конце концов Сол говорит:

– Хочешь посидеть со мной?

Ложь готова сорваться с языка. После всего, что между нами было, не знаю, почему именно это кажется мне таким интимным. Но когда открываю рот, звучит правда.

– Да.

Сол отодвигается, хотя на диване предостаточно места для нас обоих. Очевидно, он сделан так, чтобы на нем могли сидеть два дракона, с огромным количеством подушек вместо пары больших мягких спинок, к которым я привыкла. Зарывшись в них, чувствую себя ребенком и раскладываю их вокруг себя, как маленькое гнездышко, чтобы чтение проходило с максимальным комфортом. Когда я устраиваюсь, Сол расслабляется и слегка обхватывает меня хвостом.

Беру первую книгу и начинаю читать, хотя остро ощущаю, как он близко. Он наблюдает за мной несколько мгновений, а потом будто неохотно возвращается к вороху корреспонденции и отчетов.

Книга увлекательна. Структура повествования в ней не совсем такая, к какой я привыкла, и больше похожа на стихотворение, чем на рассказ, но многие старые сказания людей передавались в стихотворной форме. Что уж точно привычно, так это назидательный тон, который, похоже, есть во многих детских книжках.

Я успеваю прочесть три книги, когда Сол существенно уменьшает стопку. Алдис заглядывает через равные промежутки времени, чтобы забрать законченную работу.

Мне… уютно.

Я еще никогда такого не делала, не находилась с кем-то рядом так непринужденно безо всяких ожиданий и напряжения. Пока я росла, родители придерживались мнения, что если один человек убирает, работает или занят чем-то еще, то и все остальные должны быть заняты тем же. Мама постоянно делала уборку. Только намного позже, когда я сама оказалась в несчастливом браке, то поняла, что для нее это было своего рода побегом. Мне же этого было недостаточно.

Я хмуро смотрю на книгу, но больше не могу разобрать слова, и не по вине заклинания.

– Сол?

– Хммм?

Я хмурюсь сильнее.

– Что мне делать?

Наконец, он смотрит на меня, похоже, уделяя мне все свое внимание.

– Ты о чем?

– Я не могу заниматься этим весь день. – Я указываю на себя, развалившуюся, удобно устроившуюся и слишком расслабленную. Ленивую, шепчет коварный голос в подкорке. Если не докажешь свою ценность, он поймет, что ты ничего не стоишь.

Сол колеблется.

– Хочешь заняться чем-то еще? – Он поглядывает на документы. – Мне правда нужно разобраться с этим сегодня, но если хочешь, завтра мы можем провести время за пределами крепости.

– Я не об этом. – Я закрываю книгу и пытаюсь сесть, но подушки мешают, пока Сол не обхватывает меня хвостом за талию и не помогает. Я дрожу. – Я что, должна провести семь лет, слоняясь без дела?