Развод по-попадански (СИ) - Смирнова Ирина "cobras"

Я натянула капюшон так, чтобы он полностью скрыл лицо, а плащ – всю фигуру, превратив меня в безликую тень, и поймала очередного извозчика. Возвращаться к дому Эдгара было очередным безумием, но я по-прежнему нуждалась в информации.

Картина, открывшаяся мне на Глиняной улице, подтвердила худшие опасения. У особняка царила суматоха. Двое слуг суетились вокруг дорожной кареты, запряженной тройкой лошадей. Эдгар, красный и растрепанный, жестикулировал перед офицером в мундире королевской гвардии.

– …и охрана мне потребуется немедленно! – Его визгливый голос отчетливо разносился в ночной тишине. – Он угрожал мне! Ворвался в дом! Утверждал, что его жена сбежала! Только не сообщайте об этом лорду Вальдору: я все улажу, все выясню и сам ему доложу. Может, этот подлец ее придушил, а теперь пытается всю вину свалить на меня!

Я сжала кулаки, спрятанные в складках плаща. Вот же гаденыш! И тут нашел, как стрелки перевести. Какая изощренная, гнусная ложь!

Рядом с Эдгаром металась грудастая нянька с заплаканным лицом – подозреваю, та самая Элен. В каждом ее движении отчетливо читалась досада за сорвавшиеся планы. Она постоянно пыталась что-то сказать Эдгару, но тот отмахивался от нее, как от надоедливой мухи.

Вдруг дверь распахнулась, и на пороге показалась взволнованная вторая служанка (та самая, что болтала на лавке). Она что-то негромко сказала, и Эдгар разразился новым потоком брани:

– Что значит «не можете найти»?! Весь дом переверните! Девчонка не могла просто исчезнуть!

Мое сердце бешено заколотилось. Они потеряли Лору? Или… или она сама спряталась? Почему я так думаю? Что-то из прежней памяти подсказывает, что малышка раньше так делала?

Но главное: эти гады хотят ее увезти. Прямо сейчас. И если это произойдет, я могу потерять ее навсегда. Ну уж нет! Моран, вот принесли ж тебя черти не вовремя! Зачем ты разворошил осиное гнездо? Не мог подождать, пока я придумаю, как забрать ребенка?! А теперь что делать?

Что-что: действовать! Если сейчас не рискнуть…

Мыслей об осторожности не осталось. Несколько шагов, узкий проулок, пахнущий кошками, и вот я уже подкралась к черному ходу. Дверь была не заперта – в суматохе все забыли о такой мелочи.

Я бесшумно скользила по темному коридору, прислушиваясь к голосам. С улицы все еще доносился истеричный монолог Эдгара, то и дело срывающийся на вовсе уж непотребные взвизги.

Ступеньки скрипели под моим весом, но этот звук тонул в общем шуме. Второй этаж, комната, еще одна… Впереди последняя приоткрытая дверь. Детская? Судя по маленькой кроватке и обшарпанным кубикам на полу – именно она. Я скользнула внутрь, огляделась и почти сразу поняла, где бы сама спряталась. Так что уверенно сделала несколько шагов и приоткрыла дверцу гардероба.

Лора сидела на полу между висящими платьями, поджав под себя ноги, и беззвучно плакала, прижимая к груди тряпичную куклу. Увидев меня, девочка вздрогнула и притихла, ее огромные глаза были полны страха, но кричать и звать на помощь она не стала.

– Лора! Вылезай сию же минуту, дрянная девчонка! – прозвучал с лестницы резкий голос Эдгара.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Я втиснулась в гардероб, в щель между платьями и стеной, и притянула к себе Лору, прикрывая ее своим плащом. Дверца захлопнулась, оставив нас в полной темноте.

В комнату вошли несколько человек. Эдгар и, судя по тяжелым шагам, еще двое мужчин.

– Лора! Кончай дурить и выходи!

Я чувствовала, как мелкая дрожь бежит по телу девочки, крепко прижавшейся ко мне. Она почти не дышала. Зато мое собственное сердце колотилось слишком громко.

Буквально в паре шагов от нас был тот, кто готов на все, чтобы сохранить свою власть над ребенком. И единственное, что нас разделяло, тонкая дверца шкафа. Но я не собиралась отдавать ему Лору ни за что на свете!

Глава 26

В отчаянии я принялась шарить рукой вокруг в поисках чего-то понадежнее ногтей и коленей. И нащупала что-то твердое и удлиненное. Деревянную вешалку с зазубренным сломом на одном конце. Идеально. Если сейчас неожиданно выскочить и ткнуть этим обломком в лицо… Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно даже сквозь дверцу. Лора прижалась ко мне, ее маленькое тельце дрожало, но она хранила молчание. Хорошая девочка, храбрая и умная.

Но тут в доме внизу поднялся невообразимый шум. Грохот, крики, звон разбитого стекла. Чьи-то гневные голоса, женские вопли.

– Что происходит?! – взвизгнул Эдгар прямо за дверцей гардероба. И, судя по удаляющимся шагам, заспешил к выходу из комнаты. – Кто посмел?!

Хаос. Божественный, прекрасный хаос. Не знаю, кто там внизу, но это был наш шанс. Прислушавшись, чтобы убедиться, что в комнате никого не осталось, я открыла дверцу. Лора тут же вцепилась мне в плащ, и я подхватила ее на руки – она была легкой, как пушинка, – и рванула к двери. Вешалку я захватила с собой – на всякий случай.

Лестница. Темная, скрипучая. Снизу доносились звуки борьбы – глухие удары, ругань, чей-то стон. Крепко прижимая Лору к груди, я бежала вниз, почти не касаясь ступенек. В голове стучало: «Черный ход – и свобода!»

Мы уже были внизу, в темном коридоре, ведущем к кухне и желанной двери на улицу, когда на нас налетел какой-то здоровый детина с перекошенным от злобы лицом.

– Стой, отдай ребенка, дрянь! – зарычал он, протягивая лапищу.

Я замерла, одной рукой удерживая вцепившуюся в меня Лору, и занесла свою вешалку для отчаянного удара. Но он не понадобился. Сзади мужика возникла высокая тень. Молниеносное движение, и эфес шпаги со звоном опустился на голову негодяя. Тот рухнул как подкошенный, не успев издать ни звука.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с Мораном. Он стоял, заслоняя нас от остальной суматохи, его каштановые волосы были растрепаны, в глазах – настороженность, решимость и… недоумение? Он с удивлением смотрел на меня, закутанную в плащ с головы до пят, с ребенком на руках. Секунда. Две. Испуганная женщина, спасающая ребенка. Он не узнал меня. Не должен был узнать.

– Джелика? – Его голос был хриплым от напряжения.

Мотнув головой, я рванула к двери и выскочила в ночь, не оглядываясь. Лора притихла, спрятав лицо у меня на шее. Я бежала по темным переулкам, петляла, прижимаясь к стенам, пока в легких не стало хватать воздуха. Только тогда замедлила шаг и, затаившись в глубокой нише между двумя домами, прислушалась. Ни шагов, ни криков погони. Только лай собаки где-то вдалеке.

Сердце все еще бешено колотилось. Дикое облегчение и полное смятение. Выходит, это Моран и его люди напали на дом Эдгара. Он искал свою жену? Пытался ее спасти? Ирония ситуации была настолько горькой, что хотелось и смеяться, и плакать. Он пришел спасать Джелику, а спас меня. И даже не узнал. Я вспомнила его недоумевающе-подозрительный взгляд. А что, если все же сообразил?

Отогнав эту мысль, я, держа Лору на руках, осторожно двинулась к своей съемной конуре. Шла окольными путями, еще дважды останавливаясь и замирая, чтобы убедиться в отсутствии слежки. Только когда дверь моей каморки захлопнулась за нами, наконец позволила себе выдохнуть.

Лора, измученная страхом и бегством, почти мгновенно уснула на моей койке, укутанная в мой плащ. Я сидела на полу рядом, глядя на ее спокойное личико, и чувствовала, как внутри все обрывается. Адреналин отступал, оставляя после себя ледяную пустоту и осознание полного одиночества.

Я полезла в тайник и достала тот самый документ о разводе. Бумага шелестела в дрожащих пальцах. Когда и как его использовать? Сейчас, когда Эдгар и Вальдор будут искать не только Лору, но и «исчезнувшую» жену герцога, быть Джеликой Сэйдж смертельно опасно. Лучше стать никем, обычной никому не интересной женщиной, и спокойно растить ребенка. Девочку, о которой я так мечтала в прошлой жизни.

Воспоминания настойчиво подсовывали мне лицо Морана: уставшее, яростное, нежное. Грусть накатила тяжелой, теплой волной. Но я отогнала ее. Нет. Теперь вся моя жизнь – это хрупкое существо, спящее на моей койке. Все остальное – роскошь, которую я не могу себе позволить.