Изгой Высшего Ранга VII (СИ) - Молотов Виктор

Потом я проводил Дашу до дома и пообещал позвонить, как доберусь до академии. Она провожала меня тёплым взглядом.

И когда я садился в служебную машину от ФСМБ, стоявшую у её дома, заметил в окне её силуэт.

Несмотря на все происшествия, нам обоим понравился этот день.

Самолёт до Москвы летел полтора часа. Я провёл их, глядя в иллюминатор и перебирая в голове события дня. Разлом, Марат, купол, дракон. Обычный выходной мага S-класса, ничего не скажешь.

В академию я добрался уже затемно. Дружинин ждал меня у двери комнаты, видимо, ему доложили о моём прибытии.

Он не летал со мной в Питер — этот день куратор провёл с сыном, так мы договорились. За мной, по его словам, должны были присмотреть другие оперативники. Ну и присмотрели.

Правда, что они могли сделать против купола — вопрос открытый.

— Протокол действий в таких ситуациях, — пояснил Дружинин, когда я спросил почему не было подмоги, — ждать десять минут. Если маг S-класса не справляется сам или видно, что ему грозит прямая опасность, тогда вступать. Десяти минут не прошло.

— Логично. Иначе бы их убили. Хотя в таком случае вообще не понимаю, зачем мне эти няньки.

— По протоколу положено, — вздохнул он. — Но вы правы, против монстров Учителя и их мощных техник оперативники бы ничего не сделали, только сами бы пострадали.

— Уже давно надо пересмотреть протоколы.

— Поговорю на этот счёт с Крыловым, — пообещал куратор. — Но навряд ли он согласится. Вас даже на день нельзя оставить, — куратор покачал головой. — Всегда находите приключения на свою пятую точку.

— Похоже, такова моя судьба, — усмехнулся я.

— Ну да, ну да. Теперь о ваших приключениях весь Питер знает. Я не про купол — его смогли засекретить, а про разлом, который вы закрыли раньше, чем прибыла оперативная группа.

— Ну, я же не мог пройти мимо.

— Могли. Но не стали.

Я только пожал плечами. Уже думал о душе, кровати и восьми часах сна. Завтра понедельник, занятия, а после есть другие важные планы. Рабочая неделя обещала быть не легче выходных.

Вдруг зазвонил телефон Дружинина.

Была уже ночь. Кто звонит в такое время? Либо Крылов с очередным заданием, либо что-то случилось.

Куратор достал трубку, посмотрел на экран. Ответил. Слушал секунд десять. И побледнел.

— Что с ним⁈ — голос Дружинина сорвался. — Как?.. Когда?..

Он резко отнял телефон от уха. Лицо побелело. Дружинин — всегда спокойный и сдержанный — вдруг стал выглядеть на десять лет старше.

Я сразу понял, что дело в Илье. Только на него куратор мог так отреагировать.

— Мне нужно бежать, — он сунул телефон в карман и рванул к лестнице.

— Я с вами, — сказал я и помчал следом.

Глава 11

Раньше Дружинин не пользовался служебным положением в личных целях. За всё время, что я его знал, куратор производил впечатление человека, который скорее сломает себе руку, чем нарушит устав. Правильный до мозга костей, до последней пуговицы на кителе, до запятой в рапорте.

Однако прямо сейчас мы приземлялись на служебном вертолёте, который предназначался исключительно для переброски моей команды на задания.

Ми-8 качнулся, шасси ударили по грунту, и лопасти начали замедляться.

Я выглянул в иллюминатор. Частный посёлок располагался километрах в тридцати от Москвы. Добротные кирпичные дома за высокими заборами, подстриженные газоны, дорогие машины на подъездных дорожках. До Рублёвки этому месту, конечно, далеко, но люди здесь жили явно не бедные.

А во дворе одного из домов — того, что с тёмно-зелёной крышей и кованым забором — открылся разлом.

Оцепление уже стояло. Лёгкое белое сияние защитного купола и магические лампы освещали округу, потому что фонари по какой-то причине не работали. Видимо, разлом при открытии выбил электричество в радиусе пары кварталов. Такое иногда бывает.

Мы с Дружининым выскочили из вертолёта и спешно направились к периметру. Обычно в таких случаях нужно искать старшего по операции, но, как правило, при виде нас он находился сам.

Этот раз не стал исключением.

Едва мы подошли к оцеплению, навстречу вышел майор. Невысокий, плотный, с красным от холода лицом и тёмными кругами под глазами. Видно, что дежурил давно.

— Товарищ подполковник, — он отдал воинское приветствие. — Товарищ Афанасьев.

Мы с Дружининым показали удостоверения, как и положено.

Кстати, в этот раз куратор даже не пытался меня отговаривать от поездки. Я-то ждал стандартную лекцию про опасность, про то, что мне нужно оставаться в безопасности, что мой уровень не для таких заданий.

Но нет. Видимо, он уже смирился с тем, что для мага S-класса практически нет ничего по-настоящему опасного, особенно в разломах подобного уровня. Тем более что Илья вообще должен был закрывать низкоранговые разломы, а я обычно ходил с командой на самые мощные.

Но сегодня мы прилетели не только ради разлома.

— Что произошло? — сразу спросил Дружинин. Голос был ровный, но я заметил, как дёрнулся мускул на его скуле.

Майор заговорил быстро, по-военному:

— Разлом обнаружен вчера утром. Замаскирован чёрной дымкой, визуальная оценка — Е-класс. Направили стандартную группу реагирования. Шесть человек, командир — Святослав Горян, пространственный маг С-класса.

— Горян? — Дружинин нахмурился.

— Так точно. Они прождали выхода тварей больше пяти часов, и было принято решение вызвать подмогу.

— Группу Павла Лорнеева, — догадался Дружинин.

— Так точно.

Так. Значит, внутри застряли не одна, а две группы. Я посмотрел на куратора. Его лицо окаменело — ни одной лишней эмоции, только профессиональная сосредоточенность. Но пальцы, сжатые в кулак, побелели на костяшках.

— Потом из разлома вышли пятеро, — майор кивнул в сторону машин скорой помощи за куполом. — Из обеих групп. Они вышли, но не смогли вытащить остальных. Сообщили, что это был замаскированный А-ранг.

— Павел среди них? — резко спросил Дружинин.

— Да. Он в скорой.

Куратор не стал ждать приглашения.

— Ведите, — приказал он, и майор послушался без единого вопроса.

Всё-таки должность у Дружинина была такая, что его по умолчанию все слушались. Подполковник ФСМБ, куратор мага S-класса, человек с допуском, о котором большинство офицеров могли только мечтать. Лишних вопросов ему не задавали.

Мы прошли мимо оцепления к машинам скорой помощи. В одной из них, на откидной койке, сидел мужчина лет пятидесяти. Седые виски, глубокий шрам на подбородке, усталые глаза. Левая рука перевязана, на лбу — свежая ссадина, заклеенная пластырем.

Я отметил, что они с Дружининым чем-то похожи. Не внешне — скорее манерой держаться. Та же военная выправка, та же серьёзность во взгляде. Люди одного поколения, одной системы.

— Паша, — Дружинин забрался в кузов скорой и сел напротив. — Что случилось?

— Прости, Андрей, — Лорнеев помотал головой. — Не уследил…

— Рассказывай.

— Мы шли закрывать Е-ранг, как думалось — стандартная операция. А оказалось, что внутри — А-класс. Магические твари, которых я раньше не встречал. Белые, светящиеся. Бьют магией света.

Сильная штука. Ослепительные вспышки, выжигающие лучи — примерно как у Сани, только агрессивнее и без человеческого контроля. Саня сколько раз пользовался подобным для убийства тварей? Не счесть. Только его лучи были управляемы, а у этих тварей — инстинктивны, и от этого ещё опаснее.

— Что с Ильёй? — спросил Дружинин.

Вот настоящая причина, по которой мы прилетели на служебном вертолёте.

— Не знаю, — Лорнеев опустил взгляд. — Нас отрезало, когда земля затряслась. Командиром был Горян. Он отдал команду перемещаться всем к разлому, когда ситуация вышла из-под контроля. Но не все успели.

У Дружинина сжались кулаки. Я буквально видел, как он хочет набить морду этому Горяну. Пространственный маг С-класса, командир группы — и отдал приказ отступать, бросив людей.

Понятно, что ситуация была критической. Понятно, что решение нужно было принимать за секунды. Но оставить своих внутри… тоже такое себе. И я не вижу здесь группы спасения, кроме нас с Дружининым. Хотя, по идее, кто-то из элитных отрядов должен прибыть на выручку.