Соло. Книга 6 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович

Десять «копий хаоса» сорвались вперёд, заставив рухнуть на землю десять тел со сквозной дырой в голове. В отличие от слизней, пушистые монстры прекрасно умирали. Не останавливаясь, я повернулся к повозкам, где девушка уже на остатках воли держала свою защиту. Ещё десять «копий хаоса» и окружающее пространство погрузилось в полную тишину.

Никто не рыдал. Никто не кричал. Никто не орал. Все молча смотрели на меня, ожидая дальнейших действий. Потому что вдруг враг моего врага не есть мой друг?

— Живой? — я протянул руку лежащему мужчине. — Монстры мертвы.

— Ранар де ворго? — ответил мужчина, не торопясь принимать мою помощь.

— Без понятия, что ты говоришь, — ответил я и, на всякий случай, отошёл в сторону. — Но есть подозрение, что ты меня не понимаешь. И это проблема. Как же я у тебя узнаю, где находится древняя столица?

Глава 11

Защитный купол, скрывающий людей, с громким хлопком лопнул, и девушка рухнула на снег без чувств. Но даже это не заставило остальных хотя бы закричать от ужаса. Все молча смотрели на странного человека, нацепившего на себя шкуру монстра.

Я посмотрел на девушку — выглядела она не важно. Из носа пошла кровь от перенапряжения, и даже возникло подозрение, что она перегрела источник. Если так — в ближайшие три-четыре месяца она не сможет пользоваться заклинаниями. Если вообще выживет!

Мужчина так и не принял мою руку, так что я отвернулся от него и, вытащив лечебный эликсир, пошёл к девушке. Дети и старики попятились, но опять же — молча. Словно голос в этом мире мог навредить.

Наклонившись над девушкой, я нахмурился, не сразу осознав, что мне показалось странным. Приподняв голову, чтобы было удобней вливать зелье, я откупорил крышку и начал медленно вливать лечебный эликсир ей в рот. Меховая шапка, скрывающая её голову, покатилась по снегу, и я едва не отпрыгнул в сторону, увидев волосы. Русые! Самые обычные русые волосы! При этом девушка пусть и с проблемами, но всё же пользовалась магией. Как это возможно⁈

Зелье подействовало, и девушка отрыла глаза. Карие. Такие, как у лишённых магии жителей нашего материка! Да что тут вообще происходит⁈

— Ванир шаран го? — прошептала девушка.

— Без понятия, о чём ты, но я рад, что успел, — произнёс я, показывая, что у нас есть проблемы коммуникаций. — Ты-то хоть не будешь отказываться от помощи?

Я протянул девушке руку, предлагая помощь и, хвала хаосу, она её приняла. Я поднял девушку на ноги и отошёл в сторону. Мало ли что взбредёт в голову акробату, стоящему неподалёку? Опасности я не ощущал, но, если вдруг он решит, что я пытаюсь навредить, полезет в драку. Убивать его мне не хочется. Не для того я его спасал.

Заметив, что и старики, и дети сторонятся убитых мной монстров, я подошёл к ближайшей туше. Мои ладони озарились «касанием хаоса» и, проведя по убитому монстру, я разложил шкуру, добираясь до внутренностей. Вот! Впервые кто-то подал голос. Пусть это и был вопль ужаса, но он показал, что здесь всё же живые люди, а не безмолвные существа.

Ничего особенного во внутренностях этого мехового монстра не было. Разве что камень, выступающий в качестве коннектора, был ещё слабее, чем у той тройки, что меня преследовала. Где-то на уровне половины кристалла разлома первого ранга. Да и нитей было не пять, а три. Монстр третьего ранга? Как же мало информации! При этом эти монстры смогли доставить проблем девушке-магу и акробату с огненными шарами. У меня была полная уверенность, что под его шапкой нет красных волос.

«Разложение» вступило в силу и через мгновение передо мной осталась лишь одна шкура. Больше ничего ценного в этой меховой обезьяне не было. Я повернулся в сторону детей. Они жались к старикам и заметно дрожали от холода. Подняв шкуру, я швырнул её девушке и взглядом указал на детей. Язык жестов оказался универсальным для двух материков. Девушка кивнула и накрыла шкурой самых замёрзших.

Шкуры на всех не хватило, но это уже не была проблемой. Судя по всему, местные категорически не желают самостоятельно работать с монстрами, оставив их на меня. Бегать от существа к существу мне не хотелось, так что я активировал сразу девятнадцать «разложений», разом обрабатывая все тела.

Кажется, на этот раз я сделал что-то не то — глаза девушки округлились, словно она увидела нечто невозможное. Подтягивать шкуры к себе я не умел, так что пришлось пройтись, одновременно с этим забирая камень. Ни в одном из них не было энергии больше, чем в разломе первого ранга. Видимо, какая-то мелочёвка напала на повозку. Твари, что обитали в глубине леса, сожрали бы эту двадцатку за считанные мгновения. О слизнях и вовсе молчу.

Шкуры пошли в качестве утепления детей и стариков и вскоре они перестали дрожать. Акробат осознал, что угрозы от меня не будет и попытался погасить пламя. Но получалось слабо — от повозки практически ничего не осталось. Всё, что ему удалось — отбросить в сторону несколько ящиков с припасами. Всё остальное сгорело без остатка. Я посмотрел на меховых монстров и понял, что к потере повозки они не имеют никакого отношения. «Огненный шар» акробата — вот причина того, что все остались без средства передвижения.

Сняв сбрую с птицы, акробат подошёл ко мне. Начал что-то объяснять, но довольно быстро выяснилось, что я не понимаю ни слова. Как не понимал и он ни единой моей фразы. Если полторы тысячи лет назад мы и говорили на одном языке, то за такое долгое время наречия сильно изменились. Я не слышал ни единого похожего слова.

На выручку пришла девушка. Видимо, она была не такой закостенелой, как акробат с копьём. Взяв палку, она начала рисовать на снегу карту. Точкой обозначила наше местоположение. Нарисовала лес и скалу, что возвышалась где-то на горизонте. Примерившись, она оценила расстояние между нами и скалой, после чего проложила палкой расстояние вдоль лесной опушки, равное четырём условным единицам. Там нарисовала несколько домов и жестом показала, что им всем нужно сюда.

Деревня или город! Это уже что-то! Там, где много людей, можно найти какого-нибудь мудреца, который помнит древние языки. Судя по интонации, девушка предлагала отправиться с ними, так что я кивнул, соглашаясь. Надеюсь, в империи этот жест воспринимается как согласие, а не угроза.

Получив моё согласие, девушка принялась действовать. Старики организовывали молодёжь, акробат собирал вещи в кучу и буквально через десять минут все были готовы двигаться дальше. Голодные, холодные, шатающиеся, но упорно не желающие сдаваться. Правда, после того как они прошли несколько метров, стало понятно, что дела не будет. Дети утопали в снегу чуть ли не по пояс. Да, ползли с завидным упорством, но тратили столько сил, что их точно не хватит на четыре перехода.

Пришлось вмешиваться, размахивая руками и всех останавливая. Забрав несколько шкур, я связал их между собой, получив не самую надёжную, но довольно прочную конструкцию. Жестом указал всем устраиваться внутрь. Меня не поняли, так что пришлось брать девушку за руку и едва ли не насильно усаживать её посреди шкур. Жестом показал остальным пристраиваться рядом. Вроде сработало, и дети со стариками окружили девушку, как что-то ценное.

Акробат сопротивлялся до последнего, считая себя самым сильным и выносливым. Пришлось забирать остатки поклажи и кидать её на шкуры. Если этот человек хочет бегать по снегу, кто я такой, чтобы с ним спорить? Сам же связал вместе два рукава, после чего активировал «полёт» и отправился вперёд.

Тащить по снегу дополнительный груз было тяжело, каждые двадцать минут приходилось делать паузы из-за перегревающегося источника, причём с каждым разом эти паузы становились всё длиннее, но такое передвижение всё равно было значительно быстрее, чем пешком.

За всё время «транспортировки» никто даже словом не обмолвился. Дети, вроде как привыкшие ко мне, едва увидели меня в воздухе, умолкли. Девушка молчала, пытаясь прожечь во мне дыру. Акробат несколько раз отстал, завязнув в снегах, потом сдался и тоже устроился на шкурах, стараясь не смотреть в мою сторону.