Бионическая ворона (СИ) - Вран Карина

* * *

Тем, кто пролистнул главу, для понимания.

Стоит принять, как данность, что доброе и мирное примирение с семьей Лин, из которой вышла мама Мэйли, невозможно.

Мама выразила желание уйти — сама. По веским причинам. В этом доме умерла её мама (бабушка Мэйли). Господин Лин так же высказался за отлучение Мэйхуа от семьи.

Подробный рассказ об этом получился тяжелым. Несмотря на многочисленные намеки и «рисовые зернышки», которые я рассыпала тут и там по страницам предыдущих книг. Простите за это.

Но без тьмы в мире (в любом из), увы, не обходится. А тени помогают лучше увидеть свет.

Глава 13

Свет одной-единственной свечи ясно виден на фоне мрака.

Моя мама выросла доброй и понимающей. Сильной, несмотря на кажущуюся хрупкость. В этом нет заслуги семьи Лин. Скорее, уместно слово «вопреки».

Говоря про законные методы привлечения к ответственности монстров из Темнолесья, ворона подразумевала, что придется с этим делом подождать. Так я затормозила батю своего прямолинейного.

И задала нам (семье Ли) цель на (отдаленное) будущее.

Допустим, мы сумеем разговорить свидетеля. Один раз Мэйхуа это удалось, в другой тоже может получиться. Верность верностью, но у людей же есть глаза, уши и (хоть у некоторых) сострадание.

Мама вместе с этим свидетелем выдвигает обвинение… И тут же получает встречный иск. О клевете.

Который с вероятностью, близкой к ста процентам, будет выигрышным. Корпорация Шулин — это про миллиарды. И нет, не в юанях.

Мы же, с ресурсами и влиянием Бай Хэ и Лилян, на фоне дедовской корпорации, что мошки около слона.

Один вялый удар хвостом (юротдела), и от мошек даже пятна не останется.

Имя моей мамочки будет размазано, её «крылья» (Бай Хэ) сломаются. Это так работает: если руководитель «потерял лицо», урон получает и его компания. Ущерб сложно предугадать, но он точно будет значительным.

Шанс не разбиться о слоноподобного гиганта появится, если обвинение «пристегнуть» к другому, причем громкому и вескому. Такому, что пробьет защиту и шкуру монстра (если что, слоны мне крайне симпатичны, а сравнение основано только на габаритах).

Это должно быть настоящее, ни в коем разе не сфабрикованное обвинение.

Возможно, связанное с корпорацией Шулин. Приятель Киры Вороновой из сферы строительства (сын директора и основателя одной питерской стройконторы), много всякого рассказывал об этом деле.

И это он сдерживался (даже после литров коньяка), чтобы не наговорить на статью-другую. Довольно красочные сравнения озвучивал о принципе слоистых конструкций и золотоносных пластах.

Кого-то нужно будет внедрить в корпорацию Темнолесье. Это вопрос лет, по щелчку пальцев неоспоримый компромат в руки не падает.

Другая возможность… Хотела бы я, чтобы с той стороны не дали и намека на обвинение.

Но я знаю: чудовища не останавливаются.

Они могут затаиться на время, могут впасть в спячку… Но рано или поздно монстр опять берется за своё.

Тому «дядюшке» Мэйли место в клинике. С высококвалифицированными специалистами. Я могу лишь надеяться, что исполнение желаний (вспомним фразу про отличное начало года) на долгое время утихомирило чудовище. Но если однажды оно снова примется за старое…

На ком станет вымещать злость? На верных молчаливых слугах? На «тихой» жене?

Ещё же есть малышка Лин Сюли. Поневоле задумаешься: девочку с ранних лет отправили под свет софитов — по воле случая? Или есть какие-то иные, скрытые мотивы?

Не хочу даже думать об этом. А вот о чем думать приходится, так это кого и как ввести в тот дом. Или как найти подход к нынешним «домашним» особняка. Второе кажется чуть реалистичнее, но именно, что чуть.

Мироздание, помоги уберечь безвинных!

Вывод: нужны подходы, нужны свои люди: как в логове чудовищ (особняке), так и в их «роще заповедной», то бишь, корпорации Шулин.

А ещё нужен вес. Чтобы нам поверили — с обвинениями по давнишнему и скрытому делу — семья Ли должна обладать влиянием. Голос Мэйхуа не должен быть заглушен громогласным ревом чудищ.

Значит, расслабляться и довольствоваться тем, что уже достигнуто, мы не имеем права. Работать, ворона, солнце ещё высоко!

Ради правды, солнце за горизонтом, но это не повод отмазываться от работы.

У меня съемки для «Бионической жизни». Откладываемый с осени «на вырост» эпизод с девочкой-биоником.

Момент, где девочка убегает из дома. Она терзается: действительно ли представляет опасность для людей? Для приемных родителей, которых она любит — искренне, всем сердцем. Не по велению встроенного императива.

Отчасти в этом отрывке ворона выразила свои собственные переживания. Тех времен, когда оказалась в непослушном теле ребенка-китайчонка, а рядом — чужие взрослые люди.

Сцены пришлось переписать. Я хотела красивое — море, безбрежное и неотвратимое. Шум прибоя и волны, захлестывающие камни, размывающие следы на песке.

Буквально показать состояние девочки — в переломный момент жизни — этой картинкой.

Режиссер Ян тоже проникся. Он вообще очень чувствителен к аллегориям и образности. Не предусмотрела ворона одного: мы хотели снимать море в сезон каникул. Понимаете, да?

Тысячи тысяч людей на каждом из доступных пляжей. Снимать в толпе? Поэтому-то на море и работают в зимний период. Летом же…

Ян Хоу в качестве решения предложил выезд на один из островов в Южно-Китайском море, где военные базы расквартированы. Из режимного объекта Саншайн на военный объект Остров? Ворона вся сгорала от предвкушения.

Но что-то не сошлось, и разрешения нам не дали.

В итоге сценариста Бай Я попросили изменить сцену. Переписать… время действия — на ночь. Так как альтернатива была — ждать зимы, эта ворона не стала ломаться.

Тем более, что наши «гении компьютерной графики» успели неслабо так продвинуться в работе и грозились — при сохранении темпа — успеть всё закончить до конца осени.

Наш щегол посодействовал: все трое получили места в магистратуре (по направлению «цифровые технологии в кино»). Мест было всего десять, желающих — куда больше. Будь парни бездарями, им бы никакое ходатайство не помогло.

Ворона рада: и за самих парней, и за то, что можно ещё целых два года не дергаться с оборудованием студии. Что хорошо, ведь за два года многое изменится. Начиная, собственно, с технологий.

Очень надеюсь, что ребят не переманят. Так что нужно будет их дополнительно простимулировать, чтобы не повелись на чужие зазывательные предложения. А таковые, к гадалке не ходи, поступят.

Да дураки будут рекрутеры из кинокомпаний, если не придут за «братьями» после выхода «Бионической жизни» на экраны.

Мы отсмотрели готовые части — это действительно очень достойно. Как будто реально — окошко в чуть более «продвинутое» время (относительно того, что я-прошлая видела) открыли и позволили заглянуть в мир будущего.

Мурашки бегали по коже, хотя ещё не всё «вылизано», не отработал звукорежиссер, и в целом шероховатости присутствовали.

Ворона уже в ожидании. Срединное государство ещё не знает, что его ждет. В массе развлекательной жвачки, за парчой и расшитым шелком нарядов под старину, мы — с «Бионической жизнью» — либо засияем, как то феерическое шоу дронов в одном из заключительных эпизодов, либо столь же феерически провалимся.

Непонятые — из-за разницы в том, что люди видят сейчас и том, что мы им покажем. Люди могут просто не поверить в скачок технологий. Особенно жители глубинки Поднебесной, где до сих пор идет борьба с бедностью.

Мы идем на риск. Осознанно и открыто. Риск не только репутационный: Ян Хоу многое поставил (возможно, всю свою карьеру) на этот сериал, но и финансовый. Хоть мы и сумели обойтись без привлечения сторонних инвестиций, бюджетные нужды закрыли средства от спонсоров.