Но обязательно придумаю, как только останусь одна! А для этого надо сбежать. И, чем быстрее, тем лучше. Пока Алмаз не придумал какую-нибудь новую шутку и часа весов не перевесила в сторону его убийства.
Щелкнул замок. Дернулась дверная ручка. И я буквально вылетела из аудитории, игнорируя опешившего дракона. Пролетела мимо и скрылась за поворотом коридора.
Библиотека? Ну, не-е-ет! Я иду к себе!
Мне срочно требуется уединение. Хотя, нет. Мне нужен кто-то опытный в любовных вопросах. И, по счастью, подходящий кандидат делил со мной комнату!
Мне срочно нужна Виолетта!
63
Риордан Обсидиан Драгоценный, правая Лапа армии
— Ну и зачем ты пришел? — спросил недовольно, глядя на сияющего брата.
— Соскучился?
— Алмаз!
— Не рычи, большой и злой дракон. Я решил тебя немного подстраховать.
— И что это значит?
Я сел на стул и окинул брата внимательным взглядом. Он начинал меня доставать, только когда скучал. Это вписывалось в текущие реалии: обе девушки, давшие отпор, теперь заняты, а остальные — не интересуют. Значит что? Можно попробовать выбесить старшего брата. Это его любимая игра с детства.
Алмаз всегда демонстрировал способности отличного политика и уже сейчас курировал работу тайной канцелярии. Там, где я предпочитал силу, он использовал хитрость. Иногда за это хотелось набить ему морду. Из любви, по-братски. Но я всегда сдерживался, напоминая себе, про роль старшего брата и прилагающуюся к ней ответственность. Успокаивало слабо, но отрезвляло.
— Ты сам сказал, что дракон выбрал себе русалину. А, как известно, влюбленный дракон — неадекватный дракон!
— Я себя контролирую.
— Неужели? И что, совсем не пытался соблазнить девушку прямо здесь, в пустой аудитории?
— В данный момент я ее пытал.
— Еще лучше, — младший закатил глаза и плюхнулся напротив. — И как успехи?
— Не твое дело.
— Ой, подумаешь, какие мы нежные, — хохотнул брат, но затем посерьёзнел. — Как твоя магия?
— Крупицы от того, что было. Еще несколько недель и резерв окончательно выгорит.
— Да, мой тоже.
— Что говорят твои источники?
— Ничего, — вздохнул Алмаз и устало прикрыл глаза. — Никто и никогда не сталкивался с подобным проклятием. Ни в одной древней книге нет упоминаний о подобном. Гордись, брат, для нас разработали уникальную гадость!
— Не вижу в ней ничего уникального. У тебя перед глазами пример сильфа, отхватившего такую же гадость.
— Не-е-ет, брат, ты не прав. Источник сильфа выгорел практически мгновенно, а высвободившаяся магия изуродовала его ауру. У нас другая ситуация. Это проклятие аккуратно вытянуло наши силы и перекачало в неизвестном направлении. Затем вплелось в энергоструктуру, меняя ее и блокируя способность накапливать магию. Как только резерв полностью иссякнет, мы с тобой превратимся в обычных людей, а драконьи сущности погибнут.
— Знаю, — рыкнул недовольно и с усилием растер лицо. — Мне не страшно стать человеком — длина жизни не имеет значения, если ее прожить правильно. Но пугает, что некроманты смогут применить это проклятие к другим. Ты ведь понимаешь, что тогда произойдет?
— Да, они превратят всех потомков элементалей в обычных людей. Осуществится их заветная мечта — мир без чудовищ. Долго же они к этому шли.
— И будут идти еще дольше, если подопытный материал не попадет им в руки.
— Мы уже обломали их несколько раз. Что мешает повторить успех? — хмыкнул брат.
— Потенциальные жертвы. Если мертвяки прорвутся в академию…
— Не прорвутся. Мы позаботились об усилении защитных механизмов.
— Они разработали проклятие, сумевшее выкачать драконов! Что им это усиление? Нужно либо уходить, либо вызывать подкрепление. Но, даже если уйдем, некроманты все равно нападут. Чтобы подчеркнуть нашу бессердечность и жестокость. Нет, Алмаз, мы останемся здесь и дадим отпор.
— Без магии?
— Руки есть. Меч держать умеешь.
— О нет, изволь. Я предпочитаю другой вид оружия.
— Интриги, например, — хмыкнул я. — Или доведешь врагов своей опекой.
— Ну чего ты сегодня такой занудный? Я же для тебя стараюсь! Не даю натворить глупостей.
— Каких?
— Запугать невинную русалину своим напором. А, судя по тому, как она вылетела из аудитории — страх там присутствует.
Хотелось щелкнуть брата по носу и сказать, что это вовсе не страх, но я не стал. Это только для меня. Все ее эмоции — лишь для меня. Видит небо, их было много.
То, как она смотрела. То, как прижималась. Не вырывалась. Это все говорило о взаимной симпатии. Осталось лишь вытянуть эти чувства, чтобы продемонстрировать их самой Арллин.
— Так что будем делать с мертвяками под стенами академии? — спросил брат, рассматривая перстни на ухоженных пальцах.
— Я уже вызвал подмогу.
— Драконов?
— Узнаешь.
— Обсидиан, что за секреты от брата? Я плохо на тебя влияю!
Я промолчал. Пусть будет сюрприз. И для Алмаза, и для моей маленькой русалины.
64
Арллин Лазурная, студентка академии «Девятого рубежа»
— Летта, мне нужно с тобой серьезно поговорить!
Влетев в комнату, я застыла напротив кровати подруги, наблюдая эпическую сцену. От окрика переодевающаяся феида дернулась. Нога застряла в штанине спортивной формы… А говорят, что феи утратили способность летать. Безбожно врут! Ладно, не летают, а планируют. И над посадкой стоит поработать. Но сам факт!
— Арллин, чтоб тебя дракон задрал! Нельзя же так орать!
Нельзя, но… Да, у меня были все шансы нарваться на непотребство с драконом. И очень нужен был совет более опытной женщины. Что возвращает нас к моей проблеме.
— Что делать, если тебя теоретически пытается соблазнить дракон?
— Послать к мертвякам этого теоретического прилипчивого убийцу материнских цветов!
— Это другой дракон.
— Да ладно? — Виолетта перестала копошиться на полу, оставив попытки натянуть форму, обратив все феидское внимание на меня. — Рассказывай!
— Я спрашиваю теоретически!
— Да-да, я так и поняла. И-и-и?
— Ну вот, если один предполагаемый дракон затаскивает студентку в пустую аудиторию, а затем не очень прилично к ней прижимается и собирается поцеловать — как ей быть?
— Ы-ы-ы! — очень информативно выдала подруга.
— Ты сейчас не помогаешь!
— Прости, я немного в восторге.
— А я — в шоке! Так что мне бы не помешала помощь друга.
— Да-да, секунду. Все, я готова к конструктивному диалогу. Итак, если мы рассматриваем ну о-о-очень теоретический случай, не имеющий с жизнью ничего общего, то нужно ответить на главный вопрос: а надо ли оно тебе?
— В смысле — связываться с драконом?
— И это тоже. Но тут важнее не его вид, а конкретный мужчина. Если тебе нравится он, его действия, прикосновения и поцелуи — то чего отказываться?
— Как раз потому, что он — дракон!
— Думаешь, у них там все иначе?
— В смысле?
— Вот что ты за подруга, а? Такую пошлую шутку испортила!
— Летта, соберись! Что мне делать?
— Тебе нравится Обсидиан?
— Нет! Да… Я не определилась.
— Ладно, зайдем с другой стороны, — мученически вздохнула феида. — Тебе нравятся его прикосновения?
— Они… волнуют.
— Сбежала бы, если он попробовал тебя поцеловать?
— Не уверена.
— Представляла его в грязных эротических фантазиях?
— Виолетта!
— Все-все, больше не шучу. Что тебе делать? Получать удовольствие! Драконы славятся умением соблазнять. Если этот конкретный за тебя взялся — то все.
— Ты знаешь, Алмаз тоже за нас брался.
— О не-е-ет, Арллин. Между издевательствами младшего принца и действиями старшего — существенная разница. Алмазу было скучно. Именно это чувство заставляло его искать развлечения за наш счет. Обсидиан — другое. Все мы видели, что он на тебя смотрел. Как он смотрел. Его действия были лишь вопросом времени.
